наверное, осталась только пыль. Даже сейчас секс звучит заманчиво. Секс звучит очень, очень здорово. И у меня никогда раньше не было секса с человеком. Мне любопытно. Любому мужчине было бы.
Но… Я не могу сказать ей «да». У меня есть предложения по работе. Предложения гораздо лучше, чем то, что предлагает мне она. Я не могу сказать «да». Только не сейчас, когда у меня есть возможность изменить свою жизнь и быстро разбогатеть.
У меня просто не хватает смелости сказать ей «нет». Только не сейчас, когда она смотрит на меня своими полными надежды темными глазами. Я не могу сказать ей «нет» прямо в лицо. Может быть, я улизну посреди ночи, когда она не будет смотреть на меня с такой надеждой и мрачной решимостью. Улизну, как последний подонок, каким я и являюсь, и забуду, что когда-либо встречал этого маленького человечка.
Мы припарковали аэросани, и она устроила мне небольшую экскурсию по дому, наблюдая за мной с надеждой в глазах. Я стараюсь быть объективным, разбирать это место на части и находить в нем недостатки. Но… Это хорошая ферма. У нее прекрасный участок земли, окаймленный полноводным ручьем, а поля ровные и тянутся, насколько хватает глаз. Ее скот находится на близлежащем пастбище, и животные жирные и здоровые. У нее есть несколько подаренных ей роботов и дронов, которые выполняют большую часть работы на ферме, и все, что ей нужно делать, — это программировать их и следить за ними. Я немного удивлен, увидев, что за ее роботами так же хорошо ухаживают, как и за всем остальным. Многие люди позволяют своим роботам портиться, потому что они всего лишь инструмент. Но не эта крошка. Она педантична во всем.
Человек — Пайпер — показывает мне следующий дом. Это небольшое жилище под куполом, спроектированное так, чтобы в нем было прохладно летом и тепло зимой. Интерьер немного тесноват, но она сделала его уютным благодаря своей старой мебели и множеству ярких гобеленов на стенах. Здесь есть крошечная кухня, гостиная с большим окном, выходящим на поля, и одна спальня.
— Маловат для семьи, тебе не кажется? — поддразниваю я ее.
Она вызывающе вздергивает подбородок.
— Я купила конструктор, чтобы пристроить одну-две комнаты. Просто я еще не дошла до этого. В сутках не так много часов, а я только одна. Это еще одна причина выйти замуж — получить помощь, — суровое выражение ее лица смягчается. — Но в основном, чтобы было с кем поговорить.
Черт возьми, она знает, как затронуть струны моего сердца. Я могу справиться с дерзостью и вызовом, но не могу выдержать грусть в ее глазах. Я потираю шею, глядя на маленький домик. Мне нужно сказать ей «нет». Что я не останусь. Что я не могу остаться. Мне нужно заработать состояние в другом месте.
— Не хочешь помыться? У меня есть душ, и баки для воды полны. Можешь оставаться там, сколько захочешь.
Пайпер направляется в спальню и открывает дверь, затем ведет меня в ванную.
Я слабый мужчина, потому что, конечно, хочу принять душ. Я провел несколько дней в этой вонючей тюрьме, запертый в клетке с незнакомцами и будущим мясным бульоном, и больше всего на свете хотел бы помыться. Она предлагает мне полотенце, и я беру его.
— Спасибо.
— Не за что. Я предлагаю тебе половину всего. Самое меньшее, что я могу сделать, это позволить тебе помыться.
Ее губы кривятся, как будто она хочет рассмеяться, но довольно скоро это проходит. Она выходит из комнаты и закрывает за собой дверь.
Я остаюсь один в ее спальне и, оглядевшись, вижу, что здесь нет ничего непристойного. У нее есть небольшой сундук для одежды, кровать, ширины которой едва хватает для двоих, и почти ничего больше. На стене есть видеоэкран, но старой модели. На самом деле, все вещи, которыми она владеет — старье, и я подозреваю, что многим из этих людей были выданы отбросы, только чтобы навести видимость, что им что-то дали. Очевидно, никого не волнует, успешны они или нет, и это меня гложет. Мое чувство справедливости обостряется, но я должен бороться с ним.
Я определенно не тот мужчина, который встанет на защиту попавшего в беду человека. Я преступник, сбежавший заключенный, и я покину эту фермерскую планету как можно скорее.
Итак, я принимаю душ и стараюсь не думать ни о чем, кроме как о том, чтобы привести себя в порядок. Это лучший душ, который я принимал за долгое время, и я провожу в нем слишком много времени. Я вытираюсь полотенцем и замечаю, что, пока я был в ванной, она проскользнула обратно в спальню. На кровати лежат трусы, которые, по-моему, подошли бы мне, но когда я беру их в руки, то вижу, что швы внутри непрофессиональные. Значит, это она сшила. Я надеваю их — и они такие короткие, что налезают мне только до икр, что вызывает у меня смех.
Эта малышка на самом деле понятия не имеет, насколько месакки больше людей. Почему я нахожу это таким очаровательным?
Пайпер заходит в комнату после того, как я одеваюсь и сажусь на край кровати. В остальной части маленького домика темно, и она держит в руках полотенце.
— Я тоже собираюсь принять душ перед сном, если ты не против.
— Это твой дом.
— Так и есть.
— Я не мог не заметить, что здесь только одна кровать. — Я указываю на матрас, на котором сижу. — Хочешь, я лягу на пол?
— Нет, мы оба можем спать в одной постели. В конце концов, я прошу тебя жениться на мне. Тебе не кажется, что быть ханжой немного глупо?
Я пожимаю плечами, потому что несколько дней спал на полу. Я могу спать на полу еще несколько дней, но я не упущу шанса поспать с такой аппетитной крошкой, как она, свернувшейся калачиком рядом со мной в приятной мягкой постели.
Она исчезает в ванной, а когда вскоре возвращается, от нее пахнет легким цветочным мылом и горячей водой. Ее стройное тело обернуто полотенцем, и я лежу в постели, наблюдая, как она поворачивается ко мне спиной, а затем сбрасывает полотенце.
Ну, что ж. Она смелая. Как бы непринужденно она себя ни вела, я уверен, что все это — часть плана, чтобы заставить меня остаться.
Должен признать, это удачный ход. Я с растущим вожделением наблюдаю, как она натягивает на себя сорочку. Кожа у нее странного бледного оттенка, но бедра плавно переходят в соблазнительную попку, которая без хвостика
