из моей груди, отвечая рёву, что доносился из храма.
Аманда ди Амос
Тело затряслось от холода и ужаса, когда груда камней зарычала, двигаясь в мою сторону. Я ощутила ледяное дыхание Атмара, когда он склонил голову надо мной. Два рубина зловеще полыхали на месте глаз; полубог клацнул зубами, напугав меня ещё больше. Я затаила дыхание, понимая, что он сейчас будет делать. Атмар открыл каменную пасть, высунув длинный призрачный язык, сияющий синевой, и начал жадно слизывать мою кровь с алтаря, даже заурчал от удовольствия.
Но вдруг полубог замер, прислушиваясь, и громко взревел, подняв морду, как будто от нестерпимой боли. Он замотал головой, от которой в разные стороны полетели мелкие камни, прямо на его приверженцев. Те, уклоняясь, кинулись врассыпную.
— Что такое?! — недоумённо озирался преосвященство, не понимая, что происходит с их божеством. — Атмар! Тебе не понравилась невеста?!
В ответ груда камней ещё громче взревела, оглушая басами, — даже храм затрясло — и теперь камни летели не только от полубога, но и с потолка. Я откатилась в сторону, увернувшись от крупного булыжника, который летел сверху, и упала на пол к ногам неподвижного ребёнка. Холод пронизывал, но я вдруг ощутила, как тепло прорывается ко мне от сердца. Харви! Он где-то рядом, я чувствовала его!
Атмар в последний раз вскинул каменную морду и развалился, снова превратившись в чёрные руины.
Не понимая, чем я не угодила их полубогу, преосвященство пальцем смазал мою кровь с алтаря и лизнул её, гадко поморщившись, как будто съел дождевого червя.
— Истинная! — процедил он и обернулся, уставившись на меня ошалелыми глазами. — Ты чья-то истинная пара! В тебе искра Ишани!
— А что, ваш Атмар не любит истинных? — съязвила я, вяло поднимаясь на ноги. Крови из меня выбежало уже прилично, и она продолжала струиться из ран.
— Калеб! Какого демона ты притащил обретённую истинную! — взревел глава братства, ища глазами послушника. Не найдя его, вновь обратил хищный взор на меня. — Искра Ишани —о яд для Атмара! Именно поэтому мы так упорно старались стереть память о богине долгие столетия, старались, чтобы ирбисы потеряли её дар навсегда!
— О как, — я снова осела на пол, не в силах держаться на ногах. В голове шумело, глаза застилала пелена.
— Ничего, у нас есть дублёрша, — ухмыльнулся гад. — Девушка с даром чувствовать правду. Он не такой сильный, как у тебя, но тоже сгодится для ритуала. Калеб! Веди Катерину…
Преосвященство гаркнул в сторону, но не успел он договорить, как ещё один рык прокатился по сводам храма. Не узнать его было невозможно.
— Харви… — прошептала я облегчённо, с удивлением устремив взор ко входу.
Муж ворвался, словно вихрь, снося на своём пути всех, кто пытался его остановить. Он вошёл в полутрасформацию, каким-то образом не дойдя до полного оборота. Его одежда местами разошлась по швам, являя бугристые мышцы. Длинные когти как острые лезвия кинжалов впивались в грудь противников, отбрасывая их в сторону. Братья раз за разом нападали на него, но Харви даже не смотрел на них, отбиваясь и уворачиваясь от мечей. Его яростный взгляд судорожно искал меня, а когда нашёл, муж с удвоенной силой продолжил прокладывать дорогу ко мне.
«Аманда, держись, я иду к тебе!» — услышала я в голове родной голос и невольно восхитилась мощью и напором своего ирбиса. Всё-таки он успел.
Вдруг меня грубо схватили и подняли на ноги. Кто-то удерживал меня, одной рукой прижимая за талию, а другой приставив к горлу тот самый ритуальный кинжал.
— Харви! — оскалился преосвященство. — Подойдёшь ко мне — перережу горло твоей истинной!
— Только тронь её! — взревел муж, отбившись от очередного нападающего. Откуда у него столько сил взялось?
Острие лезвия нещадно впивалось в мою кожу, вот-вот прорвёт тонкую преграду. Я еле дышала, перед глазами всё плыло, ноги уже совсем не держали меня.
Неожиданно мягкие колокольчики зазвенели откуда-то сверху, разливаясь негой по телу. Я устало улыбнулась, подняв взор на звук, и понимая, что нежнее ничего не слышала.
— Аманда! — еле прорываясь сквозь мелодию, долетел испуганный голос Харви. — Аманда!
Мне хотелось туда, откуда шла мелодия, и я взлетела, словно птица, — ввысь, к тёплому яркому свету, который ласково тянулся ко мне сквозь разрушенную крышу храма. Распахнув объятия, я кинулась к нему, ощущая спокойствие и долгожданное тепло.
Открыв глаза, я тут же прищурилась от летнего солнца. Вокруг простиралось бескрайнее васильковое поле, которое колыхалось от тёплого ветра.
— Аманда.
Я обернулась и увидела перед собой красивую молодую женщину в белоснежном платье. Светлые волосы, убранные в высокую причёску, отливали золотом на солнце.
— Ишани, — догадалась я, кто стоит передо мной. — Где мы?
— Это поле перехода между мирами живых и мёртвых, — мягко произнесла богиня с ноткой грусти.
— Я умерла? — как-то равнодушно поинтересовалась я.
— Пока нет, но ты на грани, — и божественная протянула руку. — Я пришла сюда, чтобы поблагодарить тебя. Когда вы с Харви соединили свои судьбы и магию в единое целое как истинная пара, твоя искорка передала мне большой сгусток энергии, и я смогла позвать близкого мне демиурга. Он меня и вытащил из ловушки бывшего мужа. Теперь я на свободе и могу чувствовать всех своих приверженцев, хоть и осталось их единицы в этом мире; но скоро всё изменится.
— Почему ты мне не сказала, что кровь истинной — яд для Атмара? — вдруг всплыли смутные воспоминания, словно из далёкого прошлого.
— Так нужно было, чтобы ты сама не подставилась, — улыбнулась богиня. — Ты очень смелая и добрая девушка, Аманда. В тебе горит уже не божественная искра, а настоящий огонь, который сможет зажечь сердца ирбисов. Они вновь поверят в меня и в дар истинной пары благодаря тебе и Харви.
— А что произошло с Харви? Он был сам не свой, когда ворвался в храм, — решила я выяснить все вопросы, касающиеся истинных.
— Когда ирбис чувствует, что его истинной угрожает смертельная опасность, — спокойно объясняла Ишани, — моя искра, которую получил он от любимой, разгорается так
