Я знаю, что ты не доверяешь Накарату, но уж работницу из Министерства образования бояться не стоит, как думаешь?
— Мне это не нравится, — честно признался Вирай, нахмурившись, и после паузы добавил: — Я могу пойти с тобой.
— Не надо, — покачала головой Таиса. — Я скоро вернусь.
Он сжал губы, но не стал настаивать.
— Тогда возвращайся побыстрее, чтобы я не беспокоился, — тихо попросил Вирай и еще раз окинул машину Ниры неодобрительным взглядом.
В машине обе девушки не разговаривали, каждая из них была сосредоточена на чем-то своем, и чем быстрее они приближались к пещере со священным озером, тем более гулко билось сердце Таисы.
Она прокручивала эту мысль снова и снова: Накарат их перепутал… Да, Таиса могла оказаться жрицей, но не той, которую он выбрал семьсот лет назад… Она была непредначертанной и нежеланной… Тогда почему он до сих пор ее не отверг? Или в прошлом их могли связывать какие-то более сложные отношения, о которых Накарат умолчал или… которые просто-напросто стерлись из его памяти?
Если ритуал сможет пробудить ее память… не сделает ли это Таисе больнее? Она поджала губы. Ей одновременно хотелось и не хотелось об этом знать, и всё же любопытство перевесило.
Кто была настоящая жрица, предназначенная для Накарата?
У пещеры Нира включила фонарик и уверенно шагнула внутрь. Таиса пару мгновений поколебалась снаружи, и девушке пришлось обернуться.
— Ты идешь? — спросила она и, видя заминку, уточнила: — Ты… мне не доверяешь, верно?
Этот вопрос напомнил те же самые слова Накарата, сказанные у этой пещеры. Тогда Таиса не знала, что ее ждет… теперь же она могла получить долгожданные ответы.
«Если это всего лишь какой-то ритуал памяти, думаю, я справлюсь, а если отступлю сейчас… сомнения останутся со мной навсегда. А я уже устала от этой неопределенности», — подумала девушка.
— Иду, — наконец-то собралась Таиса с духом и последовала за Нирой.
Каменные стены отражали звук шагов гулким эхом, а иногда в коротких перерывах между ними можно было уловить отдаленное и равномерное звучание капель, бьющихся о сталактиты.
Нира знала дорогу к озеру так же хорошо, как Накарат, она не сомневалась в поворотах и шла уверенной походкой. Чем ближе они подходили к озеру, тем сильнее становился запах из смеси лемонграсса, мяты, бархатцев и каких-то более резких трав.
— Чем это пахнет? — настороженно спросила Таиса.
— Пока ты работала в школе, я кое-что подготовила для ритуала, — ответила Нира. — Эти травы нужны для пробуждения памяти: они станут проводником через подсознание.
Таиса в ответ коротко промычала «ммм». Наконец, они вышли к озеру. У его кромки были расставлены свечи, благовония и рассыпаны травы, от которых и исходил запах.
— Садись у воды, закрой глаза и постарайся сосредоточиться на своей памяти, — велела Нира. — Я прочту мантру, которая направит твой разум к воспоминаниям, и оставлю тебя на какое-то время, потому что во время проведения ритуала ты должна быть одна наедине с озером. Оно — тоже ключ, так как является зеркалом между прошлым и настоящим. Чуть позже я вернусь за тобой.
— Ты хочешь оставить меня тут одну? — захлопала глазами Таиса.
— Здесь безопасно, — заверила ее Нира.
— А если что-то пойдет не так?
— Ты мне не веришь?
Таиса чуть нахмурилась. С одной стороны, ее определенно что-то смущало… С другой стороны, зачем Нире было ей врать?
— Послушай, — спокойно и доверительно сказала Нира, — я, как и ты, как и Накарат… тоже хочу во всем разобраться. Так будет легче для нас троих. По крайней мере, если ты удостоверишься, чье ты воплощение… Накарат разберется со своими чувствами и не будет мучить нас обеих. Разве ты сама этого не хочешь?
Таиса подумала, что ее слова имели смысл.
— Ну и потом, другие люди видели, что ты уезжала со мной, — добавила Нира. — Если с тобой вдруг что-то случится, как думаешь, к кому появятся вопросы?
— Ну ладно, — уступила Таиса, в голове прокручивая, помнит ли все повороты, чтобы выйти из пещеры самостоятельно на случай непредвиденных обстоятельств.
Она села у кромки воды, сложила ладони в молитвенном жесте и попыталась сосредоточиться на обрывках воспоминаний, которые уже успела увидеть. Нира стояла поодаль и тихо шептала слова какой-то мантры.
Таиса очень глубоко погрузилось в свои думы, не зная, сколько прошло времени, но в какой-то момент почувствовала чье-то движение по камню: сначала легкое шуршание, а потом шипение.
Девушка резко открыла глаза, обернулась и увидела, как из каменных расщелин начали выползать змеи, которые медленно ползли в ее сторону и выглядели… отнюдь недружелюбно.
Однажды Накарат сказал, что они никогда не навредят Таисе…
«Ты… солгал?» — ужаснулась девушка в мыслях, резко вскочив на ноги и понимая, что у нее не было путей к отступлению.
Таиса в панике осмотрелась: Нира уже ушла, и она не знала, в какой момент.
— Нира! — позвала Таиса. — Вернись сюда! Ты слышишь меня?
Девушка достала телефон из кармана, но на такой глубине пещеры связи, естественно, не было.
«Ну, конечно же, что могло пойти не так… Змеи не признают меня как воплощение истинной жрицы? Значит… всё это время я была ложной? Или что вообще тут происходит…» — суетливо сменялись в голове Таисы мысли.
Змеи подбирались всё ближе и шипели. Таиса не успела бы пробраться сквозь них к выходу из пещеры… Она отступила назад, пока нога не соскользнула с камня.
В следующий миг холодная вода озера сомкнулась над ней и поглотила с головой, подводным потоком утаскивая на дно.
* * *
На время проведения ритуала Нира вернулась в особняк Накарата. Тот сидел в кресле в своей комнате и что-то читал на планшете. Завидев девушку, он поднял на нее глаза.
— Ты надумал, как будешь пробуждать жемчужину? — спросила Нира, подходя ближе.
Накарат отложил планшет и встал. Он более внимательно осмотрел девушку, чувствуя, что, возможно, был слишком холоден с той, кого так долго ждал.
— Ты пришла… для того, чтобы попробовать ее пробудить? — мягко спросил он.
Нира выдохнула с толикой облегчения. Ощутив в голосе Накарата, что он наконец-то смягчился, девушка почувствовала, как напряжение между ними заметно спало, и черты ее лица расслабились.
— Ты наконец-то примешь меня? — спросила Нира с надеждой и прильнула в объятие Накарата, прижавшись щекой к его груди и обвив руками за талию.
Когда-то семьсот лет назад Маюрин с тем же лицом тоже обнимала его… От ощущения мимолетной ностальгии внутри Накарата что-то дрогнуло, но уже через секунду всё оборвалось. Вместо сердечного отклика он ощущал пустоту.
Нира заметила, что мужчина совсем не спешил проявлять инициативу, и
