расстраивать окружающих тем, что умирает.
Синцзюань закрыла глаза и принялась вспоминать одну из странных спетых ученицей песен, которая тоже называлась “Последняя осень”, и которую сочинил некто с необычным именем Дэ Дэ Тэ.
В последнюю осень ни строчки, ни вздоха,
Последние песни осыпались летом…
“Синцзюань” означало “красивая и счастливая”, когда шестьдесят лет назад случилось столько всякого дерьма, это имя стало казаться насмешкой. Её клан стоял на грани уничтожения, отец погиб, мать лежала в Кристалле Безвременья, слишком молодой и проблемный брат не был ни поддержкой, ни опорой, а у неё самой имелись неизлечимые повреждения Ядра — как в таком состоянии называться “красивой и счастливой”? Никак!
Прощальным костром догорает эпоха,
И мы наблюдаем за тенью и светом…
И она стала именовать себя — Госпожа Тэнтон, Госпожа Боль, потому что боль стала её частью, постоянной спутницей, болело тело, болела душа, мысли о прошлом и будущем тоже были пропитаны болью. Но в этой же боли получалось черпать силу. Чтобы вставать каждый день и делать то, что было нужно и правильно. Чтобы спокойно смотреть в лицо той дряни, чья мать всё разрушила и слишком легко погибла. Чтобы терпеть главенство бывшей шицзе, её тупость и вздорный характер, и ждать, когда получится исполнить задуманное, а именно выучить достойного ученика и спасти запертых в Безвременье старейшин Клана. Мастерство Исцеляющей Боли редко кому давалось, у неё были надежды на Дэмина и на Сяохуэй, но они не оправдались. Брат оказался слишком ненадёжен, а верная помощница не подходила по характеру. Но всё же пятьдесят лет ожидания окупились, хотя когда хрупкая детская фигурка в бело-голубом склонилась перед ней, предлагая цветы и прося об ученичестве, она даже не восприняла её всерьёз, подумала, что девочка запуталась и что-то не так поняла. Впрочем, Шу Сяохуэй рассказывала, что в какой-то мере так и было, девочка ошиблась, но это были ошибка, благословлённая Небожителями, и всё начало меняться! И не только в их клане! Одно возвращение забытой богини чего стоит! И эти её песни… “Я начал жизнь в трущобах городских...” стала гимном нищих районов, и никакие запреты не смогли этому помешать.
Осенняя буря, шутя, разметала
Всё то, что душило нас пыльную ночью…
Малышка Лиу, которой потом она дала имя Дэйюй, явно была необычным ребёнком, и возможно, даже не совсем ребёнком, слишком уж по-взрослому рассуждала и вела себя. У неё даже сердечные демоны были недетские! Синцзюань и Сяохуэй не раз гадали вдвоём, как такое могло произойти. Было у них предположение, что девочка росла не среди людей, а, например, в каком-нибудь демоническом царстве. Ей богу, песни, которые она выдавала, могли сочинить только демоны, настолько они были ДРУГИЕ, хотя своя собственная необычная прелесть в них, конечно, присутствовала!
Всё то, что давило, играло, мерцало,
Осиновым ветром разорвано в клочья!
Но если девочку воспитывали демоны, высоконравственные такие и в своей собственной манере образованные демоны, то когда это было? Сяохуэй провела расследование, заявилась с гостинцами к Тётушке Чжао, той самой сердобольной соседке, что принесла им Син-Сина, и поговорила с ней по душам о детстве Дэйюй. Девочка никуда не пропадала и всё время была на виду, Тётушка Чжао помнила её с рождения и утверждала, что раньше она была ленивым и капризным ребёнком. Получается, что-то заставило её измениться едва ли не в одночасье…
Голодное море, шипя, поглотило
Холодное солнце и за облаками…
Была у них ещё версия о путешествии во времени. Если допустить, что Дэйюй уже один раз прожила жизнь, скорее всего, среди тех же демонов, а потом случайно или намеренно каким-то образом вернулась в своё детское тело, то многое становилось понятным. И даже момент этого самого возвращения им удалось найти, подруга Дэйюй, Небесная Дева Сан точно помнила, как девочка задремала в клетке работорговцев, когда их везли в Сад Тысячи Наслаждений, а потом проснулась и стала совсем другой: молчаливой, серьёзной и замкнутой.
Вы больше не вспомните то, что здесь было,
И пыльной травы не коснётесь руками…
А может быть и такое, что Дэйюй перенеслась вовсе не в своё тело и попросту заняла место Су Сяоцян, а саму её выпихнула неизвестно куда. Кто знает, может, изначально Дэйюй была вовсе не человеком, а демоном, духом или даже небожителем. Сейчас, правда, она целиком и полностью принадлежала к миру людей и ничего нечеловеческого в ней
