Они не были грубыми или похабными. Они были заинтересованными. И почти каждый, незаметно или не очень, делал легкий вдох, принюхиваясь. Воздух вокруг меня будто сгущался от этого всеобщего, немого обнюхивания. В свете последних событий мне казалось, что у каждого на уме одно и то же: оценить, поймать, пометить, обрюхатить. От этой мысли стало душно, и я невольно прижала папку с документами к груди, словно щит.
Отдел кадров оказался тихой гаванью в этом бурлящем море мужских энергий. За столом сидела женщина лет пятидесяти, с аккуратной седой прядкой в темных волосах, собранных в тугой пучок. На ней был строгий, но не лишенный элегантности костюм-двойка. Ее глаза цвета темного янтаря смотрели на мир с терпеливым, немного усталым пониманием. На табличке значилось: «Лидия Петровна».
— Новенькая? — спросила она, бегло просмотрев документы, затем подняла на меня взгляд. — И сразу в архив отдела безопасности? — В ее вопросе прозвучало легкое, едва уловимое удивление. Как будто меня определили в элитный спецназ прямо с гражданки.
Игнат, стоявший рядом, усмехнулся.
— Арсению лично спуститься и подтвердить? — спросил брат, и в его тоне зазвучала теплая, почти фамильярная шутка. Он даже задорно подмигнул мне, мол, все в порядке, она своя.
Лидия Петровна ответила ему понимающей, чуть улыбчивой гримасой.
— Нет, это лишнее, — признала она, возвращаясь к документам. Ее движения были выверенными и быстрыми. — Подпишите здесь, здесь и здесь, — женщина протянула мне несколько листов.
Я подписала заявление о приеме на работу, правила внутреннего распорядка и что-то про неразглашение. Бумаги казались абсурдным анахронизмом в мире, где верховодят волчьи законы, но ритуал был важен. Он давал иллюзию нормальности.
— Вот ваш пропуск, — мне вручили пластиковую карту с моей фотографией (сделанной, видимо, из паспортной базы) и логотипом «Ратников и Ко». — Он открывает двери в разрешенные вам зоны. Корпоративная карта для мелких расходов — канцелярия, обеды в столовой. И рабочий телефон. — Она положила на стол новенький, строгого вида смартфон. — Все внутренние номера уже забиты. Мой, Игната, Арсения Борисовича, службы безопасности. Не теряйте.
Я взяла эти атрибуты новой жизни. Пластиковая карта и смартфон скользнули в карман. Но в руках Лидии Петровны они казались не просто предметами, а ключами. Ключами от клетки под названием «безделье и ожидание». Пусть эта новая дверь вела в архив, полный отчетов о следах и угрозах. Но она вела куда-то. И это было уже что-то.
— Удачи на новом месте, Юлия Евгеньевна, — в ее янтарных глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение. Или на сочувствие. Сложно было сказать.
— Спасибо, — кивнула я, крепче сжимая в руках пропуск. Первый шаг был сделан. Теперь предстояло доказать, что я здесь не только как «перспективная самка», но и как специалист.
Архив отдела безопасности оказался не пыльной кладовкой, а просторным, прохладным помещением с высокими потолками, больше похожим на хранилище данных. Воздух пах старыми бумагами и слабым запахом озона от работающей техники. Стеллажи, уходящие вглубь зала, были забиты папками и коробками, но не они привлекли мое внимание в первую очередь.
В центре комнаты, за большим столом, буквально заваленным бумагами, сидел молодой оборотень. Игнат направился прямо к нему. Парень был погружен в изучение какого-то отчета и поднял голову только когда мы подошли вплотную. Он смотрел через очки в тонкой металлической оправе, которые придавали его лицу серьезный, немного профессорский вид. На вид ему было лет двадцать пять. Волосы темно-русые, чуть взъерошенные от привычки проводить по ним рукой. Лицо умное, с острым подбородком и внимательными карими глазами, которые сейчас смотрели на нас с легким недоумением и усталостью.
— Леша, знакомься, — сказал Игнат, хлопнув того по плечу. — Это моя сестра, Юля. Она будет тебе помогать разгребать эти авгиевы конюшни. Алексей наш архивариус и аналитик данных по совместительству.
Алексей медленно встал, отложив ручку. Его движения были осторожными, будто он боялся смахнуть очередную стопку бумаг. Оборотень кивнул мне, но в его взгляде не было ни капли радушия, которое излучал Игнат. Было настороженное любопытство, смешанное с явным недоверием. Он принюхался почти незаметно, легким движением ноздрей, и его брови чуть поползли вверх.
«Полукровка, — словно прочитала я в его взгляде. — И родственница босса. Великолепно».
— Помощь не помешает, — сухо произнес он, указывая рукой на груды коробок, которые возвышались у стены чуть ли не до потолка. — Вот неразобранное за последний квартал. Патрульные отчеты, рапорты с вышек наблюдения, данные с датчиков движения по периметру. Все вперемешку. Задача — оцифровать, внести в базу, отметить на карте все аномальные события. Каждую царапину на дереве, каждый посторонний запах, каждый сбой датчика.
Игнат, видя, что формальности соблюдены, похлопал меня по спине.
— Работай, сестренка, зайду позже, — бросил он и скрылся за дверью.
Алексей молча указал мне на свободное рабочее место рядом с его столом. На нем стоял не самый новый, но мощный на вид компьютер с двумя мониторами. Рядом лежала стопка чистых блокнотов, пачка ручек и… противогаз в герметичном боксе, что выглядело жутковато и сюрреалистично.
— Система простая, — начал Алексей, его голос был ровным, лишенным эмоций, как голос аудиогида. — Вот внутренняя сеть. Вот база данных «Периметр». Вот цифровая карта местности. Берешь рапорт, — он ткнул пальцем в ближайшую папку, — находишь дату, время, сектор. Вносишь суть события в базу: «Следы, не соответствующие патрулю Стражей, размер 23 см, направление на северо-восток». Потом отмечаешь точку на карте. Если событие повторяется в одном секторе — система сама подсветит кластер. Вопросы?
Вопросов было миллион, но я просто покачала головой.
— Тогда приступайте, — сказал он, подчеркнуто вежливо, и снова погрузился в свои бумаги, отгородившись от меня невидимой стеной.
И я приступила. Сначала неуверенно, путаясь в интерфейсе и военных сокращениях. Но довольно быстро втянулась. После квантовой физики и абстрактных формул, эта работа казалась… почти медитативной. Она требовала не гениальных озарений, а кропотливости, внимания к деталям, умения видеть закономерности в, казалось бы, разрозненных фактах.
«Патруль № 3. Зафиксирован запах дыма, не характерный для костров Стражей. Координаты…» «Вышка «Северная Сова». В 03:47 сбой питания на 2.3 секунды. Видеозапись отсутствует». «Сектор «Глухая чаща». Обнаружены клочья шерсти на колючей проволоке. Цвет серо-бурый, отправлен на анализ».
Это был пазл. Огромный, тревожный пазл, складывающий картину постоянного, невидимого напряжения на границах. Меня захватил процесс. Я забыла на время о брачной метке, о пристальных взглядах, о страхе. Здесь была задача, которую можно было решить. Точка за точкой, событие за событием.
Через пару часов Алексей, хмурясь, куда-то удалился, пробормотав что-то про «проверить сервер». Я осталась одна в тишине архива, нарушаемой лишь мягким гулом компьютеров. Рука невольно потянулась
