Инкуб на сессию - Аника Ледес

— Думаете, есть такая?

— Уверен, — сказал Риэль с такой убеждённостью, что даже я поверила.

Тролль шмыгнул носом, вытер слёзы и вдруг улыбнулся. Сквозь мокрые дорожки на лице проступило что-то похожее на надежду.

— Спасибо, — сказал он. — Вы первый, кто меня выслушал и не сказал, что я ненормальный.

— Вы не ненормальный, — твёрдо сказал Риэль. — Вы просто... тролль с богатым внутренним миром. Это редкость.

Тролль расплылся в улыбке, и я поняла, что Риэль только что спас ещё одну душу. Мой инкуб, который сам до недавнего времени считал себя неудачником, теперь помогал другим.

Я тихонько прикрыла дверь и пошла на кухню — ждать, когда сеанс закончится.

Через полчаса тролль вышел. Увидев меня в коридоре, он смутился, кивнул и быстро прошмыгнул к выходу, прижимая к груди мокрый платок.

— До свидания, — сказал он. — Я... я в среду приду. Если можно.

— Конечно, — улыбнулась я.

Дверь закрылась. Я вошла в приёмную. Риэль сидел на диване, устало откинувшись на спинку, и пил уже остывший чай.

— Устал? — спросила я, садясь рядом.

— Есть немного, — признался он. — Но он хороший. Просто запутался.

— Ты ему помог.

— Я просто слушал, — скромно сказал он.

Я чмокнула его в щёку. Он улыбнулся, и хвост его лениво обвился вокруг моей талии.

— Как Софи? — спросил он.

Я вздохнула. Вот оно. Момент, когда надо рассказать про то, что я узнала.

— Риэль, — сказала я. — У Софи тоже инкуб.

Он замер с чашкой в руке.

— Что?

— Инкуб, — повторила я. — Категория А. Элиан. И Софи уже влюбилась.

— И что теперь?

— А ничего, — я развела руками. — Он сказал, что это просто работа. Что она прекрасна, но чувства... ну, не его профиль. Она решила, что раз уж через месяц всё равно забудет, то хотя бы получит удовольствие. И научится танцевать.

— Танцевать?

— Он инструктор по танцам, — объяснила я. — По легенде.

Риэль помолчал, обдумывая информацию.

— Элиан, — сказал он наконец. — Я знаю этого инкуба. Он правда один из лучших. Очень профессиональный. У него высокая репутация и очередь из клиентов. И он никогда не нарушает правила.

— То есть он просто делает свою работу?

— Да, — кивнул Риэль. — И его нельзя за это осуждать. Он не обещает того, чего не может дать. Он честен.

— Ага, честен, — буркнула я. — До истерики довёл мою подругу своей честностью.

— Лея, — Риэль взял меня за руку. — Ты же понимаешь, что не все инкубы такие, как я. В основном все работают по контракту и не испытывают к клиентам никаких чувств. Это просто... еда. Как для вас — хлеб. Ты же не влюбляешься в хлеб?

— Хлеб не умеет так смотреть, — возразила я.

— Согласен, — улыбнулся он. — Но я о другом. Элиан не плохой. Он просто... обычный.

Я вздохнула. Спорить было бесполезно. Риэль был прав — нельзя осуждать инкуба за то, что он делает свою работу. Но Софи... Софи было больно, хоть она и делала вид, что держится. И это надо было как-то исправлять.

— Слушай, — сказала я, вскакивая. — А может, найдём Софи другого инкуба? Ну, который не просто работает, а... ну, который ищет любовь? Которому нужны не клиенты, а отношения?

Риэль посмотрел на меня с сомнением.

— Лея, таких инкубов почти нет. Мы, в основном, ориентированы на работу. Любовь — это... побочный продукт. Редкий. И в основном инкубы собирают себе в пару суккубов.

— Но ты же есть!

— Я — исключение, — вздохнул он. — И то, если честно, я не искал любовь. Я просто хотел помочь. А ты оказалась... ну, ты.

— Какая?

— Такая, — он улыбнулся, и я поняла, что больше ничего не нужно.

— Но должен же быть кто-то ещё! — не сдавалась я. — Кто-то, кто устал от работы и хочет нормальных отношений.

Риэль задумался.

— Я не знаю таких, — сказал он честно. — Но можем спросить у родителей. Они в Гильдии давно, знают всех.

Я замерла.

— У твоих родителей? — переспросила я. — Ты серьёзно?

— А что такого? — удивился он. — Они любят знакомиться с новыми существами. И у них огромный круг знакомств.

Через полчаса мы сидели в гостиной у родителей Риэля. Мама — в струящемся платье лазурного цвета, с идеальной укладкой и сияющими глазами. Папа — в домашней рубашке, с чашкой какого-то дымящегося напитка и с любопытством разглядывающий нас.

— Значит, нужен инкуб для подруги? — уточнила мама. — Которая сейчас страдает от неразделённой любви к категории А?

— Ага, — кивнула я.

— И чтобы он хотел настоящих отношений?

— Да.

— И чтобы он был... ну, безопасным? Чтобы не разбил ей сердце?

— Желательно.

Мама задумалась. Папа тоже задумался. Они переглянулись.

— Есть один, — сказала мама. — Корнелиус.

— Корнелиус? — переспросила я. — Звучит как имя профессора.

— Он и есть профессор, — кивнул папа. — Только уже не в магическом мире. Он теперь работает в мире людей. Врачом.

— Врачом? — удивилась я. — Инкуб — врач?

— А что такого? — пожал плечами папа. — Он специалист по ультразвуковой диагностике. Работает в обычной человеческой клинике. Питается эмоциями пациентов — облегчением, когда всё хорошо, иногда страхом, но с этим справляется.

— УЗИ? — переспросила я. — Серьёзно?

— Серьёзно, — кивнула мама. — Он очень хороший специалист. Люди его любят. Он добрый, внимательный.

Я представила Софи. Представила инкуба-врача, который ищет любовь. Представила их встречу. Картинка складывалась... ну, странная. Но почему-то тёплая.

— И как нам их свести? — спросила я.

— А пусть она пойдёт к нему на приём, — предложил папа. — Как пациентка. Скажи ей, что надо проверить здоровье. Молодые люди сейчас часто болеют. Органы надо беречь.

— Пап, — сказал Риэль укоризненно. — Это глупо.

— Не глупо, — возразила я. — Если подумать... Софи мнительная. Я просто скажу ей, что очень переживаю за своё здоровье после всего пережитого и хочу пройти обследование. И попрошу её сходить со мной за компанию.

— Лея, — Риэль посмотрел на меня с ужасом. — Ты хочешь врать подруге?

— Я хочу её спасти! — возразила я. — Это разные вещи.

— Это одно и то же.

— Риэль!

— Лея!

Мама и папа смотрели на нас с умилением. Кажется, их забавляла наша перепалка.

— Дети, — сказала мама мягко. — Не ссорьтесь. Лея, твой план хороший. Я договорюсь с Корнелиусом. Он согласится, думаю.

— Отлично, — кивнула я. — Тогда завтра начинаем операцию «Спасти Софи».

Через два дня я сидела в кафе с Софи. Она была задумчива, крутила в руках чашку и отвечала односложно.

— Софи, — сказала я, начиная заранее заготовленную речь. — У меня к тебе просьба.

— Какая? — она подняла голову.

— Я решила