исчезли.
Затем пара огромных изогнутых когтей вцепилась Киру в плечо, погружаясь в плоть. Вспыхнула боль, когда Кира сбили с ног и швырнули в коридор, подальше от переплетения вонючих тел. Он врезался в стену в конце коридора.
Кряхтя, Кир поднялся на ноги, когда демонический лорд направился к нему. У демона отсутствовала часть руки, которая ярко пылала внутренним огнём, а из дыры в его животе вырывались языки пламени.
Несмотря на эти раны на своей чешуйчатой плоти, демонический лорд пыхтел в предвкушении убийства. Его глаза ярко горели, а тонкие губы широко раздвинулись над выступающими нижними клыками.
По крайней мере, его крылья, сложенные за спиной и царапающие когтями потолок, не были преимуществом в тесном пространстве коридора. И хотя он мог телепортироваться, возможности для этого были ограничены. Демонический лорд был в такой же ловушке, как и Кир, и даже если Кир не сможет выбраться отсюда, он позаботится о том, чтобы грёбаному монстру это тоже не удалось.
Кир бросился на демонического лорда, целясь в открытый пах, вместо того, чтобы целиться в горло, как ожидал ублюдок. Он глубоко вонзил свой клинок в чешуйчатую плоть. От боли тело демона согнулось. Но прежде чем Кир успел выполнить остальную часть своего плана, который заключался в нанесении второго удара, на этот раз в шею, демонический лорд схватил его за горло.
Кир только успел высвободить свой клинок, извергая адское пламя из паха демона, как обнаружил, что его швыряет то в одну стену, то в другую, несколько раз взад и вперёд по коридору, прежде чем демонический лорд дёрнул его вверх, ударив головой о потолок. Кир шарахнулся головой о металлическую раму, удерживающую тонкие потолочные панели, но, по крайней мере, это был не сплошной гипсокартон. Несмотря на это, перед его глазами вспыхнул свет, и он на мгновение потерял ориентацию, едва удержав свою шиву. Демонический лорд опустил его на уровень своего лица, и от сокрушительной хватки на горле Кира у того перехватило дыхание.
— Твой вид, — прогрохотал демонический лорд, — наконец-то познает ад.
Кир изо всех сил старался сосредоточиться, поскольку чернота застилала ему глаза, но, по крайней мере, ему и не нужно было ничего видеть. Он знал, что есть только одно место упокоения для его шивы, если это будет его последний удар. Он вонзил клинок прямо в горло демонического лорда. В тот же миг кончик другого клинка пронзил его сзади.
Кир рассёк своей шивой сухожилия, мышцы и кости, в то время как второй клинок ударил в другую сторону. Адское пламя полыхнуло с обеих сторон. В глазах демонического лорда едва успели отразиться удивление или боль, прежде чем рогатая голова упала.
Кира отбросило на землю, и он рухнул, хватая ртом воздух, чтобы вернуть его в лёгкие, когда пламя Бездны жарко и ярко вспыхнуло в теле ростом два с лишним метра. Огромная туша скорчилась и рухнула на пол, превратившись в кучку пепла, который взметнулся вверх чёрным облаком.
Когда пепел рассеялся, Кир, прищурившись, сфокусировал взгляд на директоре. Сшитый на заказ пиджак Джодари был изорван в клочья, а его белая рубашка в нескольких местах запачкана кровью, но его шива была крепко сжата в кулаке вдоль бока.
На потолке выдвинулись разбрызгиватели и начали разбрызгивать воду. Джодари вздохнул и пошёл по золе, которая быстро превращалась в грязь. Он остановился перед Киром и наклонился, протягивая руку. Кир схватил её и позволил Джодари поднять себя на ноги.
— Посмотри на этот грёбаный бардак, — проворчал директор, поворачиваясь и печально оглядывая коридор.
— Будем надеяться, что это самое худшее, — сказал Кир, сильно сомневаясь, что это так.
Глава 41
Сайрен пропустила начальный хаос из-за информации, которую узнала из ноутбука своей матери после того, как Рис разблокировал его для неё. Её не было в зоне отдыха Бункера, когда Ронан проходил через неё, потому что она была в одной из процедурных комнат на медицинском этаже.
Джонуса нигде не было видно, а Сайрен была не в том настроении, чтобы искать его или кого-либо из другого медицинского персонала. Ей нужно было немедленно убрать эту… штуку из руки.
Когда Амарада успела это сделать? Много лет назад? Или, может быть…
В голове Сайрен промелькнуло смутное воспоминание. Однажды, вскоре после того, как она вернулась в Резиденцию из аббатства, намереваясь узнать все секреты королевы, Сайрен заворочалась в своей плюшевой постели, разбуженная ощущением неправильности происходящего. У неё кружилась голова и её подташнивало. Она соскользнула с кровати и рухнула на пол, где всё потемнело.
Когда она наконец проснулась, уютно свернувшаяся в постели, прошло две ночи.
Амарада сказала ей, что она ошиблась, что она потеряла счёт времени и забыла, какой сегодня день. Королева утверждала, что подобные вещи случаются, когда живёшь в таком комфорте. По её словам, ночи теряют свои очертания, когда нечем определить их время.
Было ли это тогда? Её накачали наркотиками и держали без сознания, пока рука не зажила, чтобы она не догадалась, что сделала её мать?
Впрочем, не имело значения, когда это произошло. Важно только то, что это произошло. Важно было только, чтобы Сайрен прямо сейчас убрала этот грёбаный трекер из своей руки.
На подносе у смотрового стола лежали пакеты с запечатанными стерильными инструментами. Сайрен сорвала с себя кожаную куртку и, яростно швырнув её через всю комнату, бросилась к подносу. Она схватила скальпель и вырвала его из стерильного пластика.
Из обнаруженного файла Сайрен знала приблизительный размер и расположение устройства слежения, но ей всё равно пришлось снова и снова вонзать лезвие в мясо своего левого предплечья, пока она искала его.
Раздражённо вскрикнув, она швырнула окровавленный скальпель на поднос и схватила пинцет. Её левая рука полыхала от острой боли, поэтому она разорвала стерильную упаковку зубами. Она обхватила дрожащими пальцами рукоятку пинцета и вернулась к работе.
Она хватала воздух ртом, пока копалась в своей руке, испытывая тошноту как от гротескного зрелища, так и от боли. Её зрение затуманилось, но она безжалостно продолжала, пока металлический кончик щипцов не коснулся трекера.
Она ковыряла, пока не смогла ухватить устройство, а затем вырвала его. Задыхаясь, она уставилась на крошечное, непростительное вторжение в её тело и личную жизнь. И, глядя на трекер, Сайрен поняла, что даже сейчас её мать всё ещё может удивлять и причинять ей боль.
У Сайрен вырвалось рыдание, ужасный, прерывистый звук. Она подавила его. Она не хотела, чтобы Амарада одержала победу, добившись её ужаса. Она разжала пинцет и позволила трекеру упасть на пол.
В глазах у
