из-за камней отца, и побежала к нему.
— Нет! Вернись, Иви! — закричала Мэрит и побежала за ней. Эрвин высунулся из-за камней и закричал:
— Иви, нет! Беги назад! Иви!
Но из-за обрушенной стены выскочила Цини.
Вирий резко навел на нее арбалет и нажал на курок.
Но собака, дернув головой и оттолкнувшись, прыгнула. Арбалетный болт пролетел сквозь ее ухо и вонзился в область лопатки.
Но Цини лишь издала тихий рык и приземлилась прямо за спиной Мэрид.
Женщина, почувствовав ее, с силой оттолкнула от себя дочь. Девочка прокатилась по земле и сжалась в комок.
Цири распахнула пасть и резким выпадом, наклонив голову на бок, схватила Мэрит в зубы. Шейный позвонок и кости звучно хрустнули, сдавленные пастью.
— Нет! Мэрит! — в отчаянии закричал Эрвин и выскочил из-за камней. Спотыкаясь, побежал к собаке, замахнувшись топором. Но Цири, издав жуткий рык оголодавшего зверя, быстро выскочила из руин и побежала прочь.
Вирий в напряжении взглянул на последний оставшийся болт и убрал палец с курка. Собрав на ходу арбалет, выскочил следом за Эрвином.
Но увидел, как Эрвин, на миг остановившись возле дочери и велев ей лезть в тоннель, сам направился следом за собакой.
— Остановись! — в гневе прорычал Вирий, нагнав его возле другого здания. Но Эрвин, задыхаясь от чувств, отмахнулся от него и пошёл дальше.
— Мэрит! Мэрит! Где ты, отзовись?! — сдавленным голосом попытался закричать Эрвин, но выходило глухо и жалобно.
— Остановись, прошу. Она мертва, — уже мягче сказал Вирий, схватив его за плечо.
— Нет. Она жива. Я слышу её. Она зовёт на помощь. Мы должны… — еле выдавил из себя Эрвин и, сделав ещё один шаг, пошатнулся и упал на колени. Топор из его руки рухнул на землю. Его тело затряслось, и он широко раскрытыми глазами уставился куда-то вперёд.
— …Ее уже не спасти, — неохотно сказал Вирий. — Пойдем обратно.
На миг все стихло. Эрвин выдохнул так, словно испустил дух. И переполненными отчаянием глазами взглянул на него.
— Зачем?
Вирий сжал зубы, не желая поддаваться чувствам. Но у самого сердце сжалось от боли.
— Там ваши дети. Ради них. Без тебя им не выжить.
Эрвин скривился в лице, припал к земле и зарыдал.
— …Прошу тебя. Встань и пойдем.
— Я не могу. Я больше так не могу. Мы все равно умрем здесь. Нам здесь не выжить. Никак не выжить. Так к чему все это? Чего ради стараться, если в конце все равно не ждет ничего хорошего? — заскулил Эрвин, хватая руками землю и прижимаясь лбом к ней.
Вирий замер. В голове лихорадочно пронеслись мысли о том, что ждет его самого. Что его самого в конце этого пути не ждет ничего хорошего. Его путь закончится тем, что он проводит Адену наверх, и они расстанутся навсегда. Но, зная это, почему он всеми силами пытается сделать это? Почему спешит и прилагает все свои силы? Почему так хочет завершить дело?..
— Разве… если ты сдашься и не приложишь все свои силы для осуществления этого, ты сможешь считать себя достойным ее любви?
Эрвин, помедлив, поднял голову и посмотрел на него. Вирий стоял и тяжело дышал, крепко сжимая в руке рукоять кинжала. Не хотелось верить в то, что всё напрасно. Даже если конец не порадует его, но зато Адена будет счастлива вернуться домой. И разве ради этого не стоит постараться? Чтоб в конце пути он знал, что она будет помнить о нем? Что он останется для нее тем, кто спас ее и помог вернуться домой.
— Докажи ей, что она выбрала тебя не напрасно, — сказал Вирий. — Сделай всё возможное для того, чтобы ваши дети выжили. Будь достоин ее выбора. Вставай и идем. Горевать позволишь себе только тогда, когда они будут в безопасности.
Лицо Эрвина на миг вытянулось. Он наконец вытер слезы и стиснул зубы.
— Ты прав. Какой же из меня отец и муж, если я своих детей брошу? Идем скорее, — сказал он. Встал и быстро поковылял обратно. Вирий глубоко вздохнул и взглянул в ту сторону, куда убежала Цини.
Кажется, она без труда выследила их. И сейчас, похоже, ест, раз не атакует. Но это точно ненадолго. К тому же есть и другие собаки.
Вирий пошел обратно вслед за Эрвином. Когда вернулся, увидел, как дети облепили отца и плакали. Недалеко от них стояла Адена и тоже вытирала слезы.
— Я думаю, что в этой ситуации есть лишь два выхода, — сказал Вирий, заставив взглянуть на себя. — Либо нам нужно разделиться и попрощаться. Либо придумать какой-то план, как можно устранить и эту собаку. Без вожака они разбегаются.
— Может, нам просто продолжать двигаться по тоннелю? — предложила Адена.
— Иначе у нас и не получится, похоже, — ответил Вирий. — Тем более у меня остался всего один болт. Но мне стало ясно, что эта Цини прекрасно нас чует и будет идти следом. А значит, каждая следующая вылазка будет становиться опаснее. А без них мы не сможем, ведь не будем понимать, движемся в нужном направлении или нет.
Где-то неподалеку раздался сильный собачий рык и лай, словно псы дерутся за еду.
— Быстро. Заходите назад, — скомандовал Вирий. — Похоже, и остальные нас нагнали.
— Кровь почуяли, твари, — стиснув зубы, сказал Эрвин и взял на руки плачущего младшего сына. Дочь мягко погладил по голове.
— Пойдемте, дети.
— Нет! Куда мама ушла?! Я хочу к маме! — проскулила Иви.
Эрвин сжал челюсти, еле подавляя в себе желание разрыдаться.
— Ма… Мама там. Там мама. Ждет уже нас. Пойдемте, — сказал он.
Адена подошла к ним и взяла Иви за ручку.
— Пойдем. Мама очень хотела, чтобы ты пошла. Идем, — мягко сказала она. Девочка кивнула и, протирая лицо ручкой, пошла за ней. Эрвин взял за руку старшего сына и быстро повел его к тоннелю. Вирий глянул в сторону, куда им нужно идти, и залез следом за остальными, прикрыв ход плитой.
43. Договорились
Они шли по тонелю еще очень долго. Всю дорогу дети плакали и спрашивали, где мама. А потом стали говорить, что хотят есть. Адена уже сама ощущала, как в животе урчит от голода. Но есть было нечего, и выходить на поверхность совсем не хотелось. Хоть она и не видела, что случилось с Мэрит, но прекрасно понимала. И в сравнении с этим голод не казался ей таким страшным. Однако путь им преградил каменный завал. Вирий попытался посмотреть, возможно ли расчистить его, чтоб пройти дальше. Немного провозившись там, он сказал, что у них не получится это
