Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 96
одеты в темно-синие туники, на ногах сапоги до колен, золотые пряжки отполированы до зеркального блеска. Стражи повсюду носят с собой копья, как никогда готовые кинуться в битву… а я, как никогда, готова, чтобы они оставили меня в гребаном покое.
Дело в том, что они совершенно не умеют ходить тихо и скорее привлекают опасность, чем ее отпугивают, когда за мной таскаются.
Я больше не могу шнырять где хочу и спокойно заниматься своими делами. Каждый мой шаг теперь под надзором. Даже когда я справляю нужду, стражи стоят едва ли не вплотную к двери уборной.
Я вздыхаю, разглядывая бутерброд в промасленной бумаге, который мне вручила Кухарка. Вручила с вымученной улыбкой, и глаза ее остались холодными. Это лишь добавило соли на мои раны.
– Вкусно? – интересуется Вант.
– Ты бы знал, если бы не обидел вчера Кухарку замечанием о том, что телятина была сыровата, – говорю я и получаю в ответ лишь невнятное ворчание, которое приносит мне большее удовлетворения, чем стоило бы.
Обычно в это время я завтракаю с Бейзом, и мысль свинцом ложится на грудь. Прошло уже несколько дней с тех пор, как я показала ему настоящую себя, но я никак не могу заставить себя с ним встретиться.
Никаких завтраков, обедов, ужинов, тренировок…
Ничего.
Бейз прекрасно знает, каких усилий мне стоит принимать себя. Я изливаю на него свое отчаяние каждое утро. Все это время ублюдок держал в руках противоядие, но предпочитал его не использовать.
Настоящие друзья так не поступают.
Охранники негромко обсуждают, как им не терпится вернуться на Юг, и я, откусывая от бутерброда, предчувствую, что сейчас спросит Вант.
– Мы вроде должны были отплыть вчера, разве нет?
– У меня осталось еще несколько дел, Вант. Я очень занятая особа, знаешь ли.
Не утруждаю себя рассказом о глубоком страхе пересечь Черту безопасности, совершить прыжок, от которого я намерена увиливать всеми возможными способами, пока они не иссякнут. Меня пока не выставили за ворота, и я надеюсь, что Кайнон отправит свои корабли до моего прибытия, даст мне еще немного времени на то, чтобы выбраться из скорлупы.
– До сих пор, – заявляет Вант, сжимая узкую переносицу, – ты занималась только тем, что рвала цветы, сажала цветы, обдирала кору с дерева, обрезала у ежевики все шипы, собирала камни, доставала садовника за то, что он выполнял собственную работу, счищала мох с валуна, выдергивала грибы из кучи конского дерь…
– А кстати! – перебиваю я Ванта, роясь свободной рукой в сумке. – Те грибы нужно заготовить, но сначала наберу термальной воды из Луж. Держите кулачки, чтобы у меня завалялась пустая банка, иначе придется быстренько сгонять вверх по Каменному стеблю.
Стражи хором стонут.
– Нашлась! – объявляю я, размахивая банкой, а потом запихиваю ее и остатки завтрака обратно в сумку, к камню, который закончила ранним утром, когда мне не спалось.
Про себя я улыбаюсь.
Камень – идеальное дополнение к моей стене, финальный аккорд там, где я могу дотянуться. Моя опора среди вихря незаконченных дел.
Этому камешку место дома, но я не могу его установить, пока за мной таскаются эти двое и везде суют свои носы.
Я закрываю сумку, вешаю ее на плечо и поднимаюсь.
– Мы опять куда-то идем? – спрашивает Каван, лениво приподнимая бровь.
Вант пытается подавить зевок.
Отлично.
Я таскала их туда-сюда задолго до восхода солнца, вверх-вниз по Каменному стеблю, чтобы забрать намеренно забытые вещи. Даже заставила перетаскать в башню камни, на которые давно засматривалась, но сама не могла унести.
Никогда еще не слышала, чтобы двое взрослых мужчин так много ворчали.
Мне бы вести себя с ними повежливее, но взгляды, которые они на меня бросают, когда думают, что я не вижу, взрастили во мне едкое семя.
– Да. Все время надо куда-то идти, что-то делать. Уверены, что не хотите… посидеть пока? Сама сбегаю, а на обратном пути вас прихвачу. Могу принести похлебки, которую готовят для слуг.
Стражи отталкиваются от дерева, одинаково недовольно вздыхая.
– Мы с тобой.
Да чтоб вам провалиться.
– Чудесно, – вру я, сверкая улыбкой.
Впрочем, она тут же сползает с лица, стоит мне повернуться к деревянной двери в стене и рывком ее открыть.
Стражи успешно липнут ко мне, словно банный лист, но и у меня есть кое-какое замечательное преимущество…
Я знаю замок, как должна знать свои пять пальцев.
Южане – нет.
Я крадусь темным коридором, в котором нет окон, – только редкие факелы взрезают мрак клочками света. И коридор этот особенный, в нем полным-полно секретов. Именно поэтому я невкусно завтракала именно там, у дуба.
Если свернуть вон в ту маленькую дверь слева, то попадешь окольным путем к Лужам. А если подняться по лестнице справа, которая почти вертикально устремляется ввысь, то каким-то образом окажешься на кухне, расположенной под землей.
Следуй неприметным переходом, от которого тянется окутанное темнотой ответвление – по которому я и крадусь, – и вынырнешь посреди Перепутья, где не успеешь глазом моргнуть, как свернешь не в ту сторону.
Расплывшись в улыбке, я вдруг срываюсь с места, мчусь вперед по извилистому коридору так, что свистит в ушах. Перед крутым поворотом припадаю спиной к стене и жадно прислушиваюсь.
Шаги стражей громыхают далеко позади. Улыбка становится шире.
Неудачники.
Снова бегу, выбирая темные боковые туннели и лестничные пролеты, несколько раз возвращаюсь по своим же следам – вдруг у южан достаточно острое обоняние, чтобы выследить меня по запаху. Наконец, удостоверившись, что окончательно оторвалась от стражей, я спешу по хорошо освещенному коридору, и позади меня нет ничего, кроме благословенной тишины.
Возможно, я больше никогда не увижу Ванта и Кавана, но сейчас в моем сердце не найдется ни грамма сочувствия.
Мне бы насторожиться от этого внезапного осознания. Очередная деталь в растущей груде свидетельств, на которые я упорно закрываю глаза…
Я теряю себя.
Я иду, зажигая факелы, окутывая рисунки золотистым светом, в котором одни элементы начинают проступать, а другие, наоборот, углубляются в скалу.
Когда я впервые наткнулась на этот коридор, желание украсить его нахлынуло столь мощно, что я не сумела удержаться. Он был темным, спрятанным от всех, заброшенным.
Уединенным.
Я начала рисовать по одному камню зараз – фреску из десятков, сотен, а потом и тысяч обрывков шепотов, связанных воедино.
Глаза цвета морской глубины, серебряный меч с украшенной цветами рукоятью, наполовину съеденная мраком луна, грозовые облака над увядшим растением, горящее дерево, оловянные чешуйки, отражающие свет.
Остановившись, провожу рукой по рисунку бутона белой розы,
Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 96
