— Присаживайтесь.
— Спасибо, я постою, — казалось она смотрит сквозь него.
— Я настаиваю, — с нажимом сказал он.
— Я тоже, — она небрежно прислонилась плечом к стене у окна и принялась рассеянно рассматривать небо.
Император медленно закипал, она буквально бесила его своей невозмутимостью, тем, что имела наглость насмехаться и игнорировать его. Но мужчина только сильнее стиснул кулаки, успокаивая себя тем, что сможет полюбоваться на ее лицо, когда будет вручать ей ее приз.
Внимательно наблюдавший за девушкой Исао, с каждым мгновением мрачнел: ее движения потеряли легкость, в них все больше проскальзывала скованность, во взгляде появилась отрешенность, а голос был абсолютно лишен каких-либо эмоций, как и невероятно бледное лицо. Мужчина не прислушивался к ее короткому разговору с Нифонтом, его больше тревожило то, как она покачнулась и с видимым облегчением оперлась плечом о стену. Он подошел к ней и тихонько позвал:
— Анита.
Девушка совершенно на него не отреагировала, уставившись невидящим взглядом в окно. Мужчина похолодел — он понял, что ей плохо, но она это тщательно скрывает, и чуть не выругался вслух.
— Анита, — Воздушный Властелин отцепил от пояса флягу и вложил ее в девушке в руку, властно придерживая и осторожно нажимая на точки активизации энергии, — выпей это.
Она моргнула, перевела на него пустой взгляд своих глаз, а потом усилием воли заставила себя сделать несколько больших глотков восстанавливающей жидкости.
— Спасибо, — одними губами прошептала она, а в ее глазах появилось осмысленное выражение.
— Надолго этого не хватит, — Исао невероятно сильно тревожился за нее.
— Долго и не надо, — она попыталась чуть глубже вдохнуть и едва сдержала стон боли.
— Что ты с собой сотворила? — его вопрос так и остался без ответа, потому что в этот момент в комнату втащили окровавленное мужское тело и швырнули его на пол в центре комнаты.
— Можете забирать свой выигрыш, сити, — насмешливо протянул Император, наблюдая за тем, как девушка становится настолько бледной, что перестает напоминать человека, — он свободен.
На один долгий миг Аниту затопило отчаяние, сердце замерло, а потом резко все изменилось: кровь в ее венах вскипела, в теле появилась небывалая легкость и сила, а потом пришла обжигающая ярость, сметающая на своем пути все…
Казалось вот она стоит у стены, а в следующую секунду ее прижимает своим телом к дверям…Рэм.
— Рэм? — удивленно выдохнула она, вглядываясь в его полные обжигающей тьмы глаза.
— Анита, — облегченно выдохнул он и скользнул губами по ее виску. — Теперь все будет хорошо, эмуншер.
— Откуда ты тут появился? — она попыталась дотронуться до него, но с удивлением поняла, что он крепко удерживает ее руки, прижатым к стене над ее головой. Ее недоумевающий взгляд и отсутствие попыток вырваться успокоили его.
— Прости, — он медленно освободил ее и осторожно заключил в объятья, поддерживая. — Меня Исао вызвал, — ответил он на ее вопрос. — Как ты себя чувствуешь? — его глаза посветлели до своего обычного невероятно притягательного чернильного цвета.
— Едва на ногах держусь, — честно ответила девушка, и он легко подхватил ее на руки.
— Отдохнешь, и все пройдет, — с очаровательной улыбкой пообещал он.
— Рэм, — Анита только сейчас оглянулась и ошарашено замерла, — а что тут произошло?
— Одна маленькая нубит похулиганила, — тепло рассмеялся он, счастливый от того, что с ней ничего не случилось.
— Хочешь сказать, что это все я сотворила? — ужас наполнил ее глаза — в комнате не осталось ни одной целой вещи, даже стены претерпели изменения, казалось, здесь произошел взрыв, а может и не один.
— Ну не все так плохо, эмуншер, — от его теплой, полной любви улыбки ей стало легче, — это всего одна комната. А кроме того, все остались живы, даже так разозливший тебя Нифонт.
— Что же тут произошло? — сдавленно спросила Анита.
— Если говорить просто, шерити, — в поле ее зрения попал Исао, одежда которого выглядела не лучшим образом, а лицо украшал порез от виска до скулы, — у тебя крышу от ярости снесло напрочь. Подобное я уже видел, вот и вызвал того, кто знал, как это остановить.
— Ох, — только и смогла вымолвить девушка, а потом взяла себя в руки и чуть хрипловато поинтересовалась, кивнув на его рану: — Неужели это моих рук дело?
— Ничего страшного, — поспешил успокоить ее он, — простая царапина. Это будет мне уроком на будущее — не становится между тобой и твоей целью, — он легко засмеялся.
— Ты это о чем? — удивилась Анита.
— Эмуншер, — она подняла на него глаза, и объятья Рэма стали чуть крепче, когда он продолжил, — Исао не дал тебе разорвать Нифонта.
— Что? Я пыталась…
— И весьма успешно, — раздался голос Императора, а потом девушка увидела и его.
Анита снова почувствовала, как от одного его вида в ней поднимается обжигающая ярость, ее глаза потемнели и в них вспыхнули алые искры.
— Спокойно, эмуншер, — Рэм чуть встряхнул ее, а его тихий бархатный голос мягкой лаской скользнул по ее коже, вызывая дрожь удовольствия. Судорожный вздох сорвался с ее губ, она инстинктивно потянулась к нему и вздрогнула от неожиданного легкого поцелуя, приходя в себя.
— Дыши, Анита, дыши медленно, — голос Рэма успокаивал ее. — Вот так, эмуншер, вот так, контролируй себя, — он улыбнулся, когда ее глаза приобрели природный цвет.
— Вит? — едва девушка вернула себе контроль, она вспомнила, в каком состоянии он был, перед тем, как для нее все затянула тьма.
— Выживет, шерити, — поспешил ответить Воздушный Властелин. — С ним сейчас Джун. Знаешь, — он усмехнулся, — если бы не он встал между Императором и тобой, когда ты отбросила меня с дороги, Рэм не успел бы тебя остановить.
— Витольда, вы не тронули, нубит Анита, — Нифонт рискнул снова появиться в поле зрения девушки, с удовольствием отметившей, что ей таки удалось до него добраться.
У Императора была рассечена бровь, на скуле красовался кровоподтек, поверх которого шел глубокий порез, еще один кровоподтек украшал челюсть, длинная кровоточащая рана шла от груди до плеча, а сквозь повязку на ребрах обильно проступила кровь.
— Повредил ребра на гонке, — заметил ее удивленный взгляд Нифонт, — поэтому и заставил вас столько ждать — мне делали перевязку. И да, вы мне их таки доломали.
— Больно? — нейтральным голосом поинтересовалась девушка.
— Да, — ответил он.
— Сильно? — еще один вопрос, заданный невинным тоном.
— Очень, — откровенно признался мужчина.
