неделю.
Но как же я была рада его появлению! В груди разлилось такое тёплое чувство, что, казалось, вот-вот поглотит с головой.
— Я только что узнала, кто такой Тыковка, — я показала на раскрытую книгу.
— Духобор? — Кенан прошёлся глазами по рукописному тексту, — когда-то слышал о них. Но, если духоборы и существовали, то исчезли тысячи лет назад.
— Да нет же! Всё сходится! Духоборы появлялись в селениях во временя наибольших трагедий. В такие времена смертей было настолько много, что бедные души не могли найти дорогу с земной жизни. Духоборы скакали по ночам, унося десятки душ, а их грива развевалась тенью, откуда и появлялись эти скакуны!
Но всё равно Кенан смотрел на меня скептически.
— Я всё это время думала, что это у меня некий особый дар видеть души, но это всё из-за Тыковки. В первые разы, когда я их видела, Тыковка всегда был рядом. И Густав сказал, что они потом решили открыться передо мной. Единственный раз, когда души пришли без Тыковки, так это было у Фитхи, и после того, как я похоронила первые останки, даруя бедной женщине покой. И даже тогда это Тыковка заставил меня найти их и похоронить, Духоборам физически больно, когда они слышат плач потерянных душ!
— Как он вообще попал к тебе? — Кенан присел рядом, нежно взяв меня за руку.
— И это сходится! Духоборы уязвимы, когда они маленькие! От страшной боли они могут призвать душу, которые способны их спасти. Возможно, когда над Тыковкой жестоко издевались, он и призвал мою душу.
— Ты была при смерти там, в своём мире?
— Я не думаю, — это было так давно, что уже казалось нереальным, а была ли я при смерти? — Мы тогда расследовали серию убийств. Среди подозреваемых были курьеры из доставки, но и районы разные, и системы никакой не было, хотя…
Возможно ли, что, если бы я открыла дверь, то умерла бы? Наверное, да.
— Бли-и-ин, я истинного Духобора заставляла таскать контрабандное вино, — простонала я, закрывая глаза, — и хотела скормить ему Фитху.
— Серьезно? — Кенан рассмеялся.
— Ну да, это помогло бы, не находишь? — Улыбнулась я в ответ, завороженно глядя на его красивую улыбку.
— Ты, кстати, проиграла спор, — Кенана с видом довольного кота откинулся в кресле.
— Я никогда не проигрываю, — самонадеянно проговорила я, но Кенан довольно хмыкнул, — ну, почти никогда. Какой я спор проиграла?
— Я нашёл два одинаковых отпечатка пальцев, теперь ты должна выйти замуж, — сказал он с видом человека, только что выигравшего лотерею.
— Да ну, это невозможно… Ты специально искал одинаковые отпечатки пальцев?!
— Это ведь было твоим условием, не так ли?
— Такое говорят в шутку, да, но… Кенан, что-то случилось?
Он мгновенно стал серьёзным. Долго и пристально смотрел мне в глаза, а потом очень тихо, настолько, что пришлось напрячь слух, чтобы расслышать, проговорил:
— Я нашёл способ вернуть тебя домой.
Этой фразы я ожидала меньше всего. Одно дело хотеть вернуться, но не иметь возможности, и совсем другое — найти дорогу домой, но… Хочу ли я возвращаться? Здесь же Тыковка. Подумать только, мы с великим Духобором пользовались одной мазью на двоих. А ещё я его пару раз шлёпала по крупной попе, когда приучала к туалету. А они ведь такие могущественные, мифические. Им даже поклонялись когда-то…
А ещё мальчики, я же им обещала!
И Кенан. Мужчина, который пробрался так глубоко под кожу и сжал моё сердце, что становилось даже больно.
— Кенан, я…
— Останься здесь, — он сжал мои руки, — со мной, пожалуйста.
— Ты ведь понимаешь, что тебе придётся усыновить четверых детей с криминальным прошлым, если решишь жениться на владелице сети борделей?
Он счастливо рассмеялся, заключая меня в объятиях.
— И Тыковка съедает тонну рыбы в неделю, — продолжила я, отвечая на страстные поцелуи Кенана, — и елку ты поможешь мне наряжать без этих твоих нравоучений о бесполезности срезанного дерева в доме. И насчёт детей я не шутила.
— Усыновим, хоть целый приют, моя любовь…
