Сайрита Дженнингс - Темный принц (ЛП)

От Дориана:

«Ради тебя я могу вынести все что угодно. Просто того, что ты здесь, в моем пространстве и в моей кровати опять, достаточно. Я так сильно скучаю по тебе. И люблю еще больше».

Моя улыбка делается еще шире от его слов. Он любит меня. Это все, о чем я могла только просить и каждая моя клеточка полностью верит ему. Внезапно меня переполняет желание быть с ним во всех смыслах, и я счастливо пишу ответ.

Дориану:

«Я тоже тебя люблю. Я приду. Не могу дождаться, когда вернусь туда, где я должна быть».

Возвращаюсь к работе с документами и счетами, которые разбросаны передо мной на столе, безумно желая побыстрее выбраться отсюда и попасть в распростертые объятия Дориана. Делаю мысленную пометку заскочить к себе в квартиру и влезть во что-нибудь сексуальное, отбрасывая все намерения о медленном развитии событий. Зачем ждать, когда смерть, кажется, стучится в мою дверь каждые пять минут?

Когда я уже собираюсь уходить, раздается звук моего мобильника, указывающий на смс. Я жадно хватаю его, рассчитывая на еще одно сообщение с любовным содержанием от Дориана.

Однако оно от незнакомого номера, в нем нет слов, лишь прикрепленный медиа файл. Я пожала плечом и открыла сообщение, – это видео. Какого черта? Кто мог отправить его мне?

Первое, что я замечаю, – незнакомая спальня. Пурпурный элегантный декор, массивная кровать с балдахином, которая идеально подошла бы для принцессы. Цоканье высоких каблуков становится громче, когда кто-то приближается к записывающему устройству. Звук прекращается и в фокусе появляется знакомое лицо. Аврора. Она смотрит в камеру и злобно улыбается в объектив, будто мне в лицо. Прямо сквозь меня. Кровь застывает в венах.

Аврора отворачивается от камеры и идет к входной двери. Я слышу, как она разговаривает с кем-то, ее пронзительный певучий голос раздражает мои барабанные перепонки. Затем ещё цепочка звуков шагов присоединяется к стуку её дорогих каблуков. И как только он попадает в фокус камеры, каждый дюйм этого аппетитного тела в синих джинсах и тёмном свитере с V-образным вырезом, леденящее чувство в моих венах начинает шипеть и сжигать меня сверхъестественным образом, обездвиживая там, где я стою. Дориан. Любовь всей моей жалкой жизни, объект каждого желания, моя ходящая, говорящая фантазия, в данный момент сопровождается к кровати моей грёбаной соперницей и его нынешней невестой.

Какого. Чёрта?!

Дориан опускается на кровать, явно недовольный интимной обстановкой. Аврора располагается меж его ног и кладет руки ему на плечи. Он что-то бормочет, но настолько низко, что я не могу ничего разобрать. Аврора посмеивается, а затем начинает массировать его плечи. Дориан заметно напрягается от прикосновений, но потом все же расслабляется. Ее руки перешли от нежных поглаживаний к сильному сдавливанию его мощных мускулов, и я полностью сосредоточилась на горстке ткани в ее руках, поднимающих его свитер. Кажется, будто время побежало быстрее, и, прежде чем я успеваю отвернуться, Аврора стянула пуловер Дориана через голову, обнажая его крепкий, подтянутый торс.

Дыхание застряло в горле, пока мой мозг пытался переварить увиденное. Руки Авроры метнулись к своей рубашке, чтобы расстегнуть каждую пуговку, Дориан смотрит бесстрастно, не делая никаких попыток остановить ее. И вот, она встала перед ним в своих юбке, каблуках и кружевном черном бюстгальтере. Аврора делает шаг вперед и ее грудь оказывается на одном уровне с его ртом. Она берет его за подбородок, встречаясь взглядом, заставляя сделать довольный вздох.

Я знаю это, потому что сама была на ее месте. Дориан собирается дышать Авророй. И хотя я была живым зрителем этого представления раньше, факт, что меня нет там, чтобы остановить его, напомнить о всех причинах, почему Дориан не должен делать этого, заставляет сжаться сердце в моей груди.

Волнение в воздухе, мерцание вокруг них указало на начало ритуала. Ухоженные руки Авроры вцепились в голые плечи Дориана, пока она склоняется перед ним. Оба тяжело дышат, неотчетливые звуки экстаза зазвучали из моего телефона. Я едва замечаю горячие слезы, готовые пролиться из моих глаз. Быстро смаргиваю их, стиснув зубы, зная, что в любую минуту Дориан готов придти в себя и оттолкнуть Аврору. Он должен. Он ведь любит меня. Верно?

Следующие несколько секунд стали еще ужаснее. Я наблюдала, как Аврора толкнула Дориана на кровать и оседлала его, демонстрируя крошечные стринги. Она опускается на него, не прерывая зрительного контакта. Слезы появились вновь и заскользили по моему лицу. Я смахнула их, отказываясь показывать слабость даже в уединении своего кабинета.

Со всем рвением Дориан зарывается лицом в ложбинку между грудей Авроры и обхватывает ее голую задницу. Так же, как он сделал месяцы назад, когда я была свидетелем их обмена. Затем он срывает ее лифчик, и нежная ткань почти распадается в его восторженных руках. И когда ее нахальные груди падают на его лицо, а соски соскальзывают к прекрасным губам, экран темнеет. Пытки прекращаются и видео заканчивается. А я остаюсь одна в полной тишине, не в состоянии принять только что увиденное. Но я знала, что случилось потом. Знала, что только что увидела. И даже моя склонность к отрицанию не способна скрыть правду.

Переводчики: Shottik, lera0711, ZarinaKatarina, likalikush97

Редактор: grammarnazi

Глава 22

Не помню, как выбралась из Кашемира, или как добралась до бара в нескольких кварталах от магазина. Но, плюхаясь на барный стул, я знала, что пришла сюда с определённой целью. Забыть то сообщение. Забыть Дориана. Аврору. Тьму и Свет. И всё дерьмо, случившееся в моей жизни, что не дает мне спокойно вздохнуть в этот богом проклятый день.

Очертания рюмки расплываются из-за непролитых слез в моих глазах, но все же я хватаю ее, выпиваю и ударяю пустой стопкой о стойку. Именно тогда замечаю количество пустых рюмок.

Пять. Сама того не замечая, не осознавая, где я нахожусь, я опустошила пять рюмок.

Как будто после просмотра видео мои сердце и разум вошли в режим самосохранения, не позволяя мне ощутить невыносимую боль, которую сообщение несомненно должно было вызывать. Но сейчас я сижу на шатком барном стуле, перед глазами расплываются пустые стаканы, а чувство страха и горя медленно заполняют мой организм, как смертельная болезнь, которая постепенно разъедает тебя по кусочкам. И прежде, чем ты сможешь заметить и оценить непоправимый ущерб, понимаешь, что уже слишком поздно. Ты уже наполовину сгнила и слишком искалечена, чтобы начать лечение. Нет способа выпутаться из этого. Смерть была бы щедрым подарком.