нам еще дочь передать из рук в руки родителям Лимариуса. Хотя может и вправду не ругался, по императору же видно, как он любит своих внуков. Авириус, как не крути, младший из его сыновей – наследных принцев и тоже любимый. Рассказывал он как-то, как со своей сестрой Тайсией они баловали в детстве, но в сравнении с проделками наших детей их баловство было легкой шалостью.
– Мам, я так хочу братика, – выдернула меня из дум внезапная фраза. – Вот у Кируании есть с кем играть, когда меня нет рядом, а мне совершенно не с кем.
Я посмотрела на дочурку. Очень неожиданно прозвучала ее просьба. Еще ни разу Лаурэлия не заговаривала о подобном.
– Братика? – и на мой удивленный вопрос, она утвердительно кивнула. – Но если у тебя появится братик, то он будет очень маленьким. И играться с ним точно не получится в ближайшие года три. Это именно ему придется уделять особое внимание, заботиться, беречь и нянчить.
– Я согласна его нянчить три года, а потом он подрастет, и мы вместе будем играть.
– Когда он подрастет, и ты подрастешь. Ему еще не интересно будет играть в те игры, которые будут нравиться тебе уже в десять лет.
– Я буду совсем взрослой? Хорошо, тогда я буду его учить играм, рассказывать и показывать все… Ну мам, давай ты родишь мне братика. Пожалуйста, – и такие невинные ярко-желтые глазки уставились на меня в ожидании ответа.
– А почему не сестренку? – озадачила я дочку, что она тут же задумалась, не зная, что мне ответить.
– Нет, надо именно мальчика, – все же настояла она на своем:
Стало забавно, и кто же из родственников начал манипулировать мной через мою любимую дочку? А ведь им всем наследника мужского пола подавай. Вот не поверю, что эта идея пришла Лаурэлии лично. А вот сейчас и проверим свои догадки.
– Ладно, хочешь братика, будет тебе братик.
– Здорово! – воскликнула моя радость и захлопала в ладоши.
– Лаурэлия, а папа тебе сказал просить одного братика или сразу двух?
– Одного.
– Что и требовалось доказать.
От широкой улыбки на моем лице большие желтые глазки вдруг стали еще больше.
– Ой, – и она прикрыла рот ладошками.
– Папа просил, не говорить, что это его инициатива? – догадалась я, и Лаурэлия утвердительно кивнула, подтверждая это.
– Не выдавай меня, мам. Я же обещала, не выдавать его, а так получается, что я не держу своих обещаний.
– Обещания надо обязательно выполнять. Хорошо, я не буду тебя ему выдавать, но за это расскажи какой-нибудь другой секрет, например бабушкин.
Уж очень мне хотелось знать, о чем недоговаривает моя свекровь.
– Бабушкин?! – вмиг задумалась она и вытаращила свои глазки.
– Пусть будет тот, который ты не мне должна не рассказывать, а кому-то другому.
– Например, дедушке?
– Пусть будет дедушке. Ведь тогда ты не нарушишь данного обещания?
– Не нарушу! Бабушка меня кормила сладостями, когда дедушка запретил, и она просила ему об этом не говорить. Вот! – радостно произнесла дочь.
– А почему дедушка запретил кормить тебя сладостями? – я подозрительно уставилась на дочку. Глава рода просто так не будет что-то запрещать. И до Лаурэлии вмиг дошло, что поторопилась она со своим секретом. – Договаривай уж, раз начала.
– Он меня так наказал. Сказал, неделю буду без сладостей сидеть.
– А ты сразу к бабушке на ее жалость давить. Что натворила?
– Подралась, – тяжело вздохнула моя рыжая прелесть.
– С кем?
– С Дариусом.
– С этим одиннадцатилетним задирой, сыном троюродного брата твоего папы? – на мой вопрос она утвердительно кивнула. – Причина?
– Он сказал, что девчонка никогда не будет главой рода, а значит, место нашего папы во главе рода однозначно сместится, и тогда именно Дариус станет главой рода Ру-Ториэнов.
– Вот значит как…
И кто же, интересно, надоумил этого мелкого зазнайку, не умеющего язык держать за зубами, на такие взрослые мысли?
– Вот хотя бы поэтому, нам нужен братик, – подытожила мои мысли дочь.
– Да, с этой стороны ты абсолютно права. Нашему папе однозначно нужен еще и сын. Чтобы не было причин посторонним лезть с интригами в нашу семью.
Я улыбнулась и нежно погладила по волосам свою отважную малышку.
– И что такого ты сделала Дариусу, что дедушка тебя наказал?
– Поставила ему жирный фингал под левым глазом, прежде чем нас успели растащить.
Я как представила эту картину. Дариус же почти на две головы выше моей дочки.
– Надеюсь, ты при этом не пострадала?
– Да нет. Отделалась парой небольших синяков, и те под одеждой не видно. У него их куда больше должно было появиться.
– А знаешь, я даже горжусь тобой. Я бы тебя тоже кормила сладостями втайне от дедушки, – и мы вместе радостно заулыбались. – Значит, тебе помогли те приемы, которые я показывала?
– Нет, я воспользовалась папиным.
– Папиным?! – вот это новость! – Это ж когда тебе папа технику боя начал показывать?
Дочка вновь изменилась в лице. Став серьезной, и тяжело вздохнув, выдала:
– Когда-когда, когда застукал, как ты мне ее показываешь.
– Вот значит как?
Видимо все-таки балует мой муж свою дочку втайне от меня. Даже смешно стало. И при этом очень приятно.
– А ты случайно больше не с кем не дралась? Мне-то ты можешь это рассказать, я за такое не ругать буду, а разговаривать.
– Чтобы вот прямо драться, то ни с кем. А тренировки у нас с Рауриусом и Кируанией теперь часто бывают, когда я к ним во дворец приезжаю. Нас дедушка Сивариус тренирует… – и снова она тяжело вздохнула. – Мам, ну вот как? Как так получается, что ты так легко вытаскиваешь из меня все признания?
– Наверное, все потому, что я взрослая и опыта у меня больше? Папа-то из тебя куда больше информации вытаскивает. Так?
– Так, – с грустью в голосе согласилась она.
– Вот и учись, как папа информацию добывает. А вырастишь и будешь влегкую пользоваться его приемами.
Моя малышка вмиг изменилась в лице, поднимая уровень своего настроения. И именно в этот миг в кабине пилота появляется Лимариус.
– Не сильно без меня скучали?
– Сильно! – в один голос высказали мы.
–
