в панике разбегаться.
– Что… – Я не успеваю договорить, потому что вижу четырех крылатых существ, опустившихся на пляж. – Что происходит? – в тревоге спрашиваю я.
Калеб прижимает меня к груди, всеми силами стараясь защитить от нарастающего хаоса.
– Горгульи, – бормочет он. – Проклятье.
– Г-горгульи? Ты имеешь в виду…
– Да, именно. – Калеб кивает на крылатого монстра, который протягивает когтистую лапу и хватает одного из мужчин, вставшего у него на пути.
Я ожидаю, что тварь собирается просто отшвырнуть его, но она подносит дрыгающееся тело ко рту, откусывает голову и начинает медленно пережевывать ее, обводя взглядом пляж.
– Нужно уходить. Сейчас же, – рычит Калеб и помогает мне подняться на ноги.
Прежде чем я успеваю спросить, что происходит, он хватает подол моего платья и отрывает его.
– Нельзя, чтобы нас что-то задерживало.
Затем берет меня за руку и тащит за собой по тропинке, ведущей к главной дороге и обратно к дому.
Я же не могу отвести взгляда от огромного существа, пожирающего человеческую голову, отказываясь верить в происходящее.
Спасибо Богу за Калеба и его реакцию, потому что я сама едва начинаю оправляться от потрясения.
– Вот черт. – Он внезапно останавливается, и я вижу, что пляж окружили новые горгульи. Каждая из них медленно направляется к нам, пожирая людей на своем пути.
– Они убивают всех подряд, – в ужасе шепчу я. – Мы должны что-то сделать, Калеб. Мы не можем просто… – Мой голос дрожит.
Кругом становится все больше крови. Все больше обезглавленных тел падают на землю, пока горгульи продвигаются сквозь толпу.
– Они здесь из-за меня? – спрашиваю я, дергая его за рукав. – Наверное, они…
– Даже если и так, они никогда до тебя не доберутся. Ты мне доверяешь? – Калеб поворачивается ко мне, всем своим видом излучая уверенность и решимость.
Я киваю.
– Да, они пришли за тобой. За твоей кровью, – морщась, отвечает он. – Единственный способ спасти людей – это увести тварей подальше от пляжа и дать время убежать…
Калеб быстро придумывает план, а тут мое внимание привлекает жалобный крик о помощи.
Обернувшись, я с ужасом замечаю, сколько разрушений уже оставили после себя горгульи: мертвые тела повсюду, разбитые в щепки лавки, покрытый кровью песок.
Но мой взгляд прикован к кое-чему другому.
К ребенку.
Он ползает по песку примерно в метре от нас, не переставая звать родителей. Мимо пробегают люди, спеша покинуть пляж, а некоторые даже спотыкаются о него. Мальчик кричит от боли, пытаясь защитить себя, но едва ли может пошевелиться.
Но все игнорируют его, заботясь лишь о собственном спасении, и я чувствую, как сердце сжимается от боли за него.
– Калеб! – Я умоляюще смотрю на него снизу вверх, указывая на маленького мальчика.
– Дарси, – глухо стонет он, но уступает и прикрывает меня, пока я несусь к малышу.
Приблизившись, я в ужасе замечаю, что он серьезно ранен: одна нога у него сломана и часть кости торчит из плоти. Теперь понятно, почему он ползет, а не бежит, как все остальные.
– Мамочка! – кричит он, а его щеки красные от слез.
Внезапно мои мысли возвращаются к тому единственному видению из далекого прошлого. Села излечила раны одним прикосновением. Но получится ли у меня?
Я могу исцелять себя, но хватит ли моих способностей на других людей?
Не зная, что еще делать, я поддаюсь инстинкту и опускаюсь на колени перед маленьким мальчиком и ласково заговариваю с ним, пытаясь успокоить.
– Поторопись. Нужно уходить, – говорит Калеб резко, однако взгляд его не вяжется с тоном, потому что он смотрит на меня с затаенной тоской.
Сердце громко бьется в груди, и я пытаюсь выровнять дыхание. Положив руки прямо на травму, вспоминаю, как Села направляла энергию в ладони, ждала, когда та завибрирует на коже, и только потом вливала ее в тело ребенка.
Я пытаюсь сделать то же самое.
Сосредотачиваюсь на ладонях и внутренней энергии и взываю к ней.
Спустя несколько попыток я чувствую, как внутри меня что-то оживает, пульсирует прямо под кожей.
– Все в порядке, – улыбаюсь я мальчику, отвлекая его, и прижимаю руку к сломанной кости.
Стиснув зубы, направляю всю свою энергию в его тело, представляя, как кость и кожа срастаются.
Сначала ничего не происходит.
Но еще немного усилий – и я чувствую, что энергия откликнулась. Покинув мое тело, она превращается в целебный туман, который тут же окутывает поврежденную ногу.
Через несколько секунд от травмы не остается и следа.
– Беги, – говорю я мальчику. – Беги и найди свою маму.
Он растерянно моргает, не понимая, что только что произошло. Но в конце концов выполняет мой приказ.
И убегает прочь.
– Ты видел? – Я вскакиваю и тут же ощущаю приступ головокружения. И я бы непременно упала, но сильные руки вовремя подхватывают меня. Мир перед глазами вертится, зрение затуманивается, а тело обмякает в объятиях Калеба. Если бы не он, я бы не удержалась на ногах. Сил хватает лишь на то, чтобы не потерять сознание.
Но… почему? Я чувствую себя прекрасно, когда исцеляюсь сама. Да и Села вылечила того ребенка безо всяких последствий. Для нее это была вторая натура. Так почему же я так обессилела?
– Черт возьми, – ругается Калеб. – Я горжусь тобой, любимая, но больше так не делай. Не сейчас. Пока к тебе не вернулись силы, – мягко отчитывает он и подхватывает меня на руки.
Я не задаю никаких вопросов и просто прижимаюсь к нему, обвивая руками шею и глубоко втягивая его запах.
Слабость… Я чувствую сильную слабость…
Люди все еще носятся вокруг, и до сих пор им удавалось хорошо скрывать нас с Калебом. Но внезапно одна из горгулий замечает нас и сверкает красными глазами, в которых отражается чистая решимость – любым способом настичь свою единственную цель.
– В лес, – решает Калеб и, крепче прижав меня к себе, срывается с места. Некоторые люди тоже пытаются спрятаться на болотах, и Калеб выбирает другой путь, чтобы отвлечь внимание тварей на себя.
Горгулья следует за нами, и трое других также идут следом.
– Сработало, – говорю я Калебу, изо всех сил стараясь сосредоточиться, поскольку мое тело все еще не восстановилось после лечения мальчика. – Они идут за нами, оставив людей в покое.
– Горгульи – как Киака. У них есть хозяин, тот, кто отдает приказы. Очевидно, кто-то приказал им напасть на тебя. – Калеб поджимает губы. – Странно, что браслет Рианнон не сработал.
– Как думаешь, почему они напали именно на фестивале? Прямо у всех на виду?
– Потому что ты почти никуда не ходишь, Дарси. А с тех пор как Рианнон усилила защиту, ничто не
