Я чувствовала тело Нанта так, будто бы оно было моим собственным, и ощутила, как нас обоих с головы до ног окатила горячая волна желания слиться воедино, стать одним целым.
Отбросив всякую предосторожность, Нант судорожно сжал меня в объятиях и с глухим стоном ворвался языком в рот, пьянящим поцелуем разливая по телу сладкий огонь.
Наши сердца забились в унисон, дыхание стало одно на двоих, обоюдное желание опаляло так, что могло сжечь нас дотла, и весь мир перестал существовать.
– Так, тихо, тихо, ребятки, всё, разошлись по углам! – откуда-то из тумана донёсся до нас встревоженный голос Ли. – Для первого раза достаточно!
Серый вихрь оторвал меня от моей пары и отбросил на кровать.
Раздался яростный рёв пантеры и глухой стук удара чьего-то тела об стену.
– Ты убить её решил, Роксинант? – строгим голосом отчитал его император.
Поднявшись на ноги, оглушённый оборотень потирал ушибленную голову и приходил в себя, бросая на меня и Ли виноватые взгляды.
А я чувствовала себя так, словно по мне прошёлся нестандартный танк – сладкий как зефир, но тяжёлый как гаубица, и решила, что полежу-ка я немного на кровати.
– Её привязка немного ослабла для вас, но никуда не делась, и секс с тобой гарантированно отправит её на тот свет! – Ли продолжал отчитывать оборотня. – Так что, я думаю, вы оба сейчас поняли, что поцелуи между вами уже возможны, но лучше от них пока воздерживаться: у вас же капитально крышу сносит и вы не в силах сохранить контроль! А сейчас, ребятки, включили всё своё внимание, слушаем меня и запоминаем. Повторять дважды не буду. Итак, целоваться вам теперь можно, но с большой осторожностью, сами понимаете. Обнимашки, поглаживания – сколько угодно. Можешь облизывать её и ласкать языком и руками где захочешь, в любом месте, в том числе между ногами, и доводить её таким образом до оргазма. Но твой мужской орган не должен оказаться внутри её тела – ни во рту, ни в других отверстиях, ты меня понял? – Ли дождался, пока Нант с уверенностью кивнёт. – Если она захочет тебя порадовать – пускай сделает это своими бархатными ручками.
– Ясно… – хрипло выдохнул оборотень.
– Теперь что касается тебя и других мужчин, красотулька, – повернулся Ли ко мне. – Не знаю, что у тебя с этим Дином, если ты с ним уже целуешься, но послушай меня. Обнимать, гладить, целовать и облизывать всё твоё тельце и доводить тем самым до разрядки может кто угодно, безо всяких последствий для тебя. Но вот ласкать языком или рукой нежные складочки между ног – может только Рокси, как обладатель моей крови в своих венах и твоя истинная пара. Иначе магия в татуировке расценит эти действия как измену и результатом будет твоя смерть через сутки. А о том, чтобы кто-нибудь, кроме меня и Лайтинериса, вставил в тебя свой детородный орган – даже не думай! Ни в ротик, ни куда-либо ещё. Если захочешь довести какого-нибудь счастливчика до оргазма – задействуй руки. И умоляю тебя: береги себя, Лекси. Я не хочу тебя хоронить! – голос императора дрогнул.
– Понятно… – пробормотала я, стараясь устаканить всю эту информацию в голове. – Спасибо за инструкцию по выживанию, Ли…
– А теперь снимай штанишки! – повернулся вампир к опешившему Нанту.
– З-з-зачем? – заикаясь, выдавила я из себя.
– Пантеры в штанах не бегают! Лайтинерис вернулся. Через несколько секунд войдёт в спальню, – Ли не успел договорить, как оборотень уже метнулся в ванную.
