Я его не виню. В отличие от моих братьев, которые делали это больше для того, чтобы быть огромной занозой в моей заднице, Монти заботится о Монро больше, чем о ком-либо другом, и он поклялся защищать ее так долго, как только сможет. А это значит, от любого мужчины, который захочет причинить боль или прикоснуться к его младшей сестре. Узнать, что она беременна, от пьяного секса на одну ночь, это вызовет у него сердечный приступ.
— Ты собираешься рассказать Монти в ближайшее время? — спрашиваю я, стараясь не слишком давить на нее по поводу ее предстоящего будущего. Она все еще на очень раннем сроке беременности, но, несмотря на то, что она худая и подтянутая, она начнет проявляться в мгновение ока. — Теперь, когда здесь Нэш, я не думаю, что он будет таким же невежественным, как Монти, в отношении твоей ситуации.
Глаза Монро расширяются от ужаса. Я не думаю, что она думала о том, как присутствие Нэша в городе повлияет на ее сокрытие этой тайны.
— Нет, я не скажу своему старшему брату, единственному отцу, который у меня когда-либо был, что я забеременела от случайного секса и планирую воспитывать ребенка сама, не говоря отцу ребенка о своей беременности. Я планирую скрывать всю свою беременность, и, кто знает, может быть, Монти не заметит, что в моей домашней студии прячется ребенок.
— Ладно, поняла, щекотливая тема.
Монро виновато улыбается.
— Извини, Би. Я не хотела на тебя нападать. Я знаю, что ты тоже переживаешь столько эмоций теперь, когда Нэш дома, и ты просто пытаешься помочь, но я просто не знаю, что делать. Все пошло к чертям. — Слезы снова текут из ее глаз, и я чувствую себя ужасным другом, добавляющим еще больше к ее и без того переполненной тарелке проблем. — Конечно, я должна сказать Монти, но я не планировала этого, пока не разберусь в ситуации получше. Но теперь, когда Нэш здесь, мне кажется, что все стало намного сложнее.
Расскажи мне об этом. Когда я, наконец, почувствовала, что двигаюсь дальше, забыла о существовании этого придурка, и что наша единственная ночь вместе не испортила всю мою любовную жизнь или ее отсутствие на протяжении гребаного десятилетия, он появляется и все переворачивает с ног на голову. Я встречалась, имела несколько отношений и секс на одну ночь с тех пор, но не было никого, кто хотя бы отдаленно заставил бы меня чувствовать то, что я все еще чувствовала с Нэшем, после всего этого времени.
Мое тело, словно мышечная память, помнило его, а мой разум тут же пал жертвой тех чувств, которые я испытывала к нему много лет назад.
— И что теперь? — спрашиваю я, хотя думаю, что это больше для меня, чем для нее.
Монро обращает на меня умоляющий взгляд.
— Я подумала, мы могли бы спрятаться здесь вместе, пока он не уедет?
Смеясь, я обнимаю ее и притягиваю к себе.
— Неплохая идея, но я не думаю, что избегать его, это выход. Нэш не может напугать тебя и заставить уйти из собственного дома, и он, блять, не заслуживает твоего прощения, но он, черт возьми, должен увидеть своими глазами, как его уход и игнорирование повлияли на тебя.
— Да, я знаю. Монти не позволит ему остаться, если это означает потерять меня, даже если это на несколько дней. Этот человек переживает больше, чем должен переживать настоящий отец.
— Ты его младшая сестра. Конечно, он волнуется, тем более, что вас всегда было только двое и больше никого.
— Могу ли я хотя бы остаться на ночь? Я не уйду из дома, не тогда, когда у меня там студия, и мне в любом случае придется вернуться на работу, но сегодня я просто не могу туда вернуться.
Дотянувшись до пульта, я включаю телевизор и включаю одно из наших любимых шоу для успокоения, «Любовь слепа».
— Конечно, ты можешь, Мо, но никто из нас не может убежать и спрятаться от него и от того, что он сделал. Нэш Бишоп не вернется через десять лет и не превратит нас в тех же убитых горем девушек, какими мы были, когда он ушел.
— Мы взрослые женщины, — вмешивается Билли. — Великолепные, сексуальные и трудолюбивые женщины, за которых любой мужчина должен быть благодарен. Мужчины должны боготворить землю, по которой мы ходим, а не заставлять нас плакать и рыдать после себя.
Монро откидывается на спинку дивана и обнимает нас, крепко прижимая к себе для объятий.
— Я люблю вас, девочки. Я уже говорила вам это?
Воспоминания о нашем времени в колледже возвращаются ко мне и вызывают ностальгию. Мы провели так много ночей, погрузившись в этот самый диван, плача из-за парней и наших оценок. Мы делали доски визуализации, планировали каждый аспект нашего будущего. На этом диване HoneyBees, Стингерс и интерьерный бизнес-дизайн Монро, Monroe Avenue, воплотились в жизнь одной пьяной ночью, когда нам так надоело полагаться на других, чтобы воплотить наши мечты в реальность.
Мы трое прошли через многое вместе, преодолевая все препятствия, которые встречались на нашем пути, особенно когда город, который я любила, отвернулся от меня. Когда я уже не была той девушкой, которой, по их мнению, я должна была быть. Кроссроудс ненавидел перемены, и когда у нас внезапно появились идеи, способные перенести Кроссроудс в двадцать первый век, они не знали, чего ожидать. Потребовалось время, но, похоже, теперь наш дом, наконец, принял нас такими, какие мы есть, и Нэшу не позволят превратить наш рай в ад, просто вернувшись в место, где ему не место. Больше нет. Не тогда, когда это был его выбор — так долго отсутствовать.
Билли кивает.
— Да, но ты же знаешь, мне нравится это слышать.
Монро откидывается назад, сбрасывает сандалии и садится на диване, скрестив ноги, устраиваясь поудобнее.
— Билли Коул, почему бы тебе не отвлечь нас некоторыми из твоих эскапад с мужским полом или его отсутствием?
— О, сладенькая, поверь мне. Ты не захочешь слышать о проблемах, с которыми эта девушка столкнулась на прошлой неделе. Клянусь, нам нужно устроить что-то вроде мероприятия по подбору пар, чтобы отсеять бессмысленные свидания и отфильтровать хорошие. Онлайн-знакомства ужасны, но я не представляю, как я когда-либо найду любовь где-либо еще. Не в Кроссроудс, где единственные великолепные мужчины связаны с одной из вас.
— Знаешь что, Биллс, — говорю я ей, и во мне загорается маленькая искорка любопытства. — Это не такая уж плохая идея.
ГЛАВА 7
Нэш
Заходя в Стингерс в третий раз на этой неделе, и в третий раз за пять дней, что я вернулся в город, я не совсем уверен, каков мой план.
Я продолжаю говорить себе, что я здесь, чтобы увидеть Джейса и наконец-то поговорить о том, что давно назрело. Но как только я захожу и вижу ее, я понимаю, что это чертова ложь. Мой взгляд мгновенно притягивается к ней, не то чтобы в баре было достаточно людей, чтобы я мог ее не заметить. Хотя, как будто я подсознательно ищу ее, как только переступаю порог. За местными жителями, танцующими под кантри-музыку, играющую из динамика, или за группами мужчин, сидящих в кабинках и опрокидывающих стопку за стопкой, Бейли выделяется из толпы. Не заметить ее невозможно, и, оглядывая зал, я понимаю, что я не единственный, кто с этим согласен.
Я понимаю, что таверна Стингерс — это главный паб города. Завсегдатаи приходят сюда выпить и насладиться комфортом после долгого рабочего дня, и это, похоже, здесь норма. Хотя это больше, чем просто бар, живая музыка и толпа, радостно танцующая в середине зала, добавляют атмосферы. Не говоря уже о том, что аромат настоящей южной еды, доносящийся с кухни, просто безумен.
Знакомые лица приветствуют меня, когда я прохожу через бар, не утруждая себя тем, чтобы взглянуть на меня еще раз. После того, как я приходил сюда три дня подряд, похоже, я больше не являюсь городским феноменом. Проведя рукой по бороде, я делаю глубокий вдох и продолжаю свой путь к ней еще раз, напоминая себе, что я пришел сюда не для того, чтобы увидеть ее. Я здесь из-за Джейса, который, я уверен, откровенно избегает меня.
