Когда группа начала расходиться по своим местам, я поняла, что человек, к которому я теперь прислоняюсь — Грант. Я тут же выпрямилась и отошла от него на два шага. Он слегка усмехнулся. Что он замышляет?
Всю ночь мы играли в опасную игру в кошки-мышки. Лёгкие прикосновения, краткие взгляды и разговор, полный намеков. Пока остальная часть группы напивалась и находилась в своём собственном мире большую часть вечера, Грант мог свободно играть со мной.
Не то чтобы я возражала. Я была добровольным участником. Было восхитительно, что он со мной флиртует. Он заставил меня чувствовать себя такой воодушевленной и желанной, какой я не чувствовала себя уже долгое время. Нравилось ли мне? Да. Кристиан тоже заставлял меня чувствовать такое, но сейчас было намного лучше.
Вина из-за флирта присутствовала, но я отмахнулась от неё. Я слишком хотела чувствовать то, что чувствовала.
— Отлично получилось сегодня, — сказал Грант, поднимая руку, чтобы дать мне «пять». Я протянула свою руку и соединилась с его, но прежде, чем успела отодвинуться, он сжал мои пальцы своими и не отпускал. Наши руки опустились, он всё ещё не отпускал, а я не отстранялась. Остальная часть группы была занята сбором вещей и переобуванием, и никто не заметил, как мы замерли рядом с кеглесборником. Его большой палец нежно рисовал круги на моей ладони, отчего по всей руке побежали мурашки. Он улыбнулся и вздохнул, почти беззвучно, когда увидел это, и затем отпустил мою ладонь.
— Приятно с тобой играть, — подмигнул он. Он подобрал ботинки и направился к стойке возврата.
О, он понятия не имеет как. Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы снова собраться, прежде чем я, наконец, добралась до скамейки и начала развязывать ботинки для боулинга. Моё дыхание снова начало выравниваться, а пульс пришёл в норму.
— Я всё решила, — сообщила мне Тоня, скользя рядом со мной по скамейке, пока мы не столкнулись бедрами. — Ты должна прийти снова и войти в состав команды. Я почти уверена, что ты наш новый талисман!
Я покачала головой:
— Не думаю, что у меня получится. — Это была неправда, но у меня уже было достаточно волнительных воспоминаний, которых хватит на всю жизнь. — Кроме того, разве Эммали не вернется на следующей неделе?
— Да, но она ужасна. Я думаю, что в последний раз, когда она играла, у неё три шара попали в жёлоб. Давай, ты должна продолжать играть с нами! Ты была великолепна! — Она дернула меня за рукав, как нетерпеливый ребенок. — Я готова умолять здесь, Джилли.
Я закатила глаза. Я едва знала эту девушку, которая назвала меня кличкой, которую я ненавидела, но, когда подняла голову, увидела, что Тоня была не единственной, кто хотел, чтобы я присоединилась к команде. Все, кроме Гранта, который уже ушел, выжидающе посмотрели на меня.
— Хорошо, хорошо. Я постараюсь прийти на следующей неделе. Но я не даю никаких обещаний. Я должна убедиться, что у меня ничего не запланировано.
— Ага! Я знала, что ты придешь. И ты должна прийти на пляжную вечеринку в эти выходные. Мы ходим каждую неделю, разводим большой костёр и пьём. Это так весело, ты должна прийти. — Тоня снова начала говорить, используя свой плаксивый голос.
Я вздохнула и покачала головой:
— Я должна уточнить у моего парня. Если он успеет вернуться, мы должны пойти в поход.
— Ну, возьми его с собой! Будет весело, — настаивала Тоня.
Эта девушка сводила меня с ума. Конечно, она выпила пару бокалов, но неужели она не может понять намек?
— Посмотрим.
Когда Грант ушел, а мои гормоны успокоились, реальность того, что я сделала сегодня вечером, перестала быть такой яркой. Мне нужно было вернуться домой и решить, что делать дальше. Я не могла позволить этому случиться снова.
Дойдя до машины и опустившись на водительское сиденье, меня настигло всё, что было вечером. Меня накрывало осознание моего идиотского поведения из-за глупой фантазии о каком-то симпатичном парне. Я застонала и ударилась головой о руль, бормоча: «Глупая, глупая девчонка». Надо прекратить это — сию же минуту, прежде чем я сделала что-то, о чём действительно пожалею. Больше всего на свете я хотела поговорить об этом с Авой или Триш. Мне нужен их совет. Мне нужны были мои девочки. Но пока это было невозможно, поэтому я вытащила телефон и написала Кристиану:
Я: Скучала по тебе сегодня вечером ХОХО
Кристиан: И я скучал
Я: как концерт?
Кристиан: Эх. Не так хорошо, как мы надеялись.
Я: почему?
Кристиан: Нам сказали, что это будет разогрев перед довольно классной группой, но нас просто заставили продавать мерч и играть в баре по соседству для рекламы. Мы даже не могли играть свои собственные песни.
Я: Отстой. Ты вернёшься домой пораньше?
Кристиан: Нет. Нам заплатили за всю неделю.
Кристиан: Почему бы тебе не приехать завтра после работы? Поужинаем.
Я задумалась на минуту. Джексонвилл был всего в полутора часах езды, так что это было возможно. И мне нужно было провести некоторое время с Кристианом, чтобы выкинуть из головы образ и чувства к Гранту.
Я: Звучит отлично. Где и когда?
Кристиан: Я напишу тебе утром. Спокойной ночи, детка, люблю тебя.
Я: люблю тебя тоже.
Я положила телефон обратно в сумочку и уже собиралась завести машину, когда услышала стук в окно. Когда повернулась, Грант стоял возле моей машины.
Я опустила окно машины, и он наклонился, опершись на него ладонями.
— Боже мой, ты меня напугал!
— Прости, Кексик. Я видел, как ты сидишь здесь, и хотел убедиться, что с тобой все в порядке. У тебя нет проблем с машиной или что-то в этом роде?
Я покачала головой, стараясь не смотреть в его ярко-зеленые глаза или на его бицепсы, когда он опирался на них всем своим весом.
— Нет я в порядке. Я писала смс кое-кому перед отъездом.
— А, ладно. Хорошо. Рад, что ты в порядке.
Я улыбнулась, но ничего не сказала. Над ним пронесся ветерок, и запах Гранта дошёл прямо до меня. Он опьянял, как гвоздика и свежескошенная трава, смешанные с небольшим количеством морской соли. Я хотела вдыхать его часами. Глубоко вздохнув, я неосознанно наклонила голову к нему.
— Ты… — прошептал он, прервав предложение.
Я села прямо, понимая, что практически кладу голову ему на руки.
— Мне очень жаль, я просто устала, — пробормотала я, огорчённая тем, что сделала. — Мне нужно идти.
Я понятия не имела, что он собирался сказать, но знала, что бы это ни было, мне было бы трудно сказать «нет». И мне нужно было уйти, прежде чем он снова попросит.
Я ожидала, что он уйдет, но он не двигался. Вместо этого его брови нахмурились, как будто он что-то очень глубоко обдумывал. Мне хотелось провести пальцем между бровями и расправить образовавшуюся небольшую складку. Я облизала губы, снова наклоняясь. Он наклонил голову ко мне, сокращая расстояние. Приглашая меня. Искушая меня.
Мы были так близко, что наше дыхание смешалось в букет мяты и вишнёвой газировки. Мои глаза закрылись, молясь, чтобы он был достаточно храбр для этого последнего шага, потому что я не была. Я все ещё чувствовала его горячее дыхание на своём лице, окутывающее все мои чувства, пока я не стала сверхчувствительна даже к малейшему движению. Шорох деревьев, гул двигателей, громкий стук моего сердца, легкий стон, сорвавшийся с моих губ. Его лицо было так близко к моему, что его губы были в миллиметре от моих. Мы почти целовались. Почти соприкасаясь.
Почти.
Но никто из нас не двигался. Мы были заперты в положении, в котором не хотели быть, но не хотели этого признавать. Это была самая сексуальная игра «кто первый струсит», в которую я когда-либо играла.
Но он проиграл, а может быть, и я, когда он отступил назад, чтобы снова увеличить дистанцию между нами.
— Я… я не должна… Грант, насчет сегодняшнего вечера… — Я не знала, что собиралась сказать, но в этом не было необходимости. Грант прервал меня:
