– Лиам много чего говорит, но по большей части это чушь собачья. Боже, Иисусе. Почему жизнь так сложна? – она разочарованно выдыхает.
– Если кто–то и может разобраться в этом, то я знаю, что это ты.
Я подмигиваю ей, и она делает двойной глоток, прежде чем её верхняя губа растягивается в озорной усмешке.
Дарси ставит бокал и выпрямляется.
– Это правда, парень с бедрами? – в её голосе появляются дерзкие нотки, и мне чертовски нравится, когда она такая. Бросает мне вызов. – Пожалуйста, просвети мой мастерски решающий проблемы мозг. Как это может быть просто? – она слегка обводит низ живота, и моя грудь вздымается.
– Мы можем работать как команда. Твой мозг создан для решения задач. Мой создан для того, чтобы заботиться о тебе и нашем ребенке.
После моих слов её лицо смягчается, плечи расслабляются. Я знаю, что она хочет сказать больше.
Когда Дарси соскальзывает со стула и направляется в туалет, я могу сказать, что ей нужна минутка. Я всегда дам ей пространство, в котором она нуждается.
– Не думаю, что у тебя есть товарищи по команде, которые хотят быть одержимыми мной и при этом нарушить несколько правил, не так ли?
Дженна наполовину смеется, наполовину серьезна. Это становится очевидным, когда она снова привлекает моё внимание к бару, и я ставлю ногу на стул Дарси, играя ремешком её сумочки. Я удивлен, что она забыла её, ведь девушки любят тратить много времени в уборной, приводя себя в порядок.
Особенно британские принцессы.
– А что? Ты тоже надеешься подцепить парня–хоккеиста?
Дженна усмехается.
– Да, нет, может быть. Учитывая, что Кендра, Коллинз, а теперь и Дарси встречаются с парнями “Blades”, я здесь лишняя. Как обычно, чёрт возьми, – последнюю фразу она произносит тихо, и я не собираюсь поправлять её по поводу статуса наших отношений.
Дженна – настоящая загадка. Внешне она обычная девушка и профессиональная спортсменка. Но этот разговор только подтверждает правильность моего первоначального впечатления о ней. Она хочет парня из плохой части города, того, кто будет нажимать на все её кнопки и возбуждать ее. Я уверен в этом. Я видел достаточно девушек, чтобы знать, чего они хотят.
– Эммет Ричардс холост, – подсказываю я.
Она делает глоток коктейля и качает головой.
– Ничего личного, но он не в моём вкусе, – она пожимает плечами, поворачиваясь лицом к остальным. – Никто здесь на меня не влияет. Наверное, я ищу единорога.
Она не дожидается моего ответа и сама отталкивается от бара, направляясь в туалет. Я уверен, что Дарси появится не раньше, чем через тридцать минут.
И это дает моему мозгу как раз достаточно времени, чтобы снова сосредоточиться на Лиаме. От меня не ускользнуло, что Дарси не рассказала мне, что он сказал, и часть меня задается вопросом, было ли её умолчание преднамеренным.
Он не заслуживает встречи с ней, не говоря уже о том, чтобы она вернулась в его жизнь. Гнев прорастает из беспокойства, огнем обжигая мои вены.
Она носит моего ребенка, и теперь он хочет вернуться в её жизнь, словно они могут начать всё сначала. Конечно, он не знает, что она беременна – или, по крайней мере, я думаю, что он не знает, – но кем, чёрт возьми, себя возомнил этот парень?
Я опускаю взгляд на её сумку.
Не делай этого, Арчер.
Тихий голос разума слабеет, и я беру её сумку, расстегиваю её и достаю телефон, направляясь к двери, молясь, чтобы никто из команды не видел этого.
Холодный осенний воздух прилипает к моей тонкой рубашке, когда я стою возле бара, уставившись на заблокированный телефон Дарси. На экране высвечивается её совместная фотография с Кендрой, Коллинз и Дженны на вечеринке.
Чёрт. Я хочу, чтобы эта фотография была заменена той, на которой буду я, качающий нашего ребенка на коленях.
Моя первая попытка разблокировать её телефон неудачная. Значит, пароль не дата её рождения.
Я пробую ещё раз – дата свадьбы Джека и Кендры.
Безуспешно.
Прикусив внутреннюю сторону щеки, я думаю о невозможном. Она бы не выбрала дату, когда мы впервые переспали, не так ли? Я пробую, потому что эта дата – мой пароль.
Это срабатывает, и я проглатываю комок эмоций, переходя к её сообщениям.
Чёрт, я знаю, что это вторжение в частную жизнь, но мои защитные инстинкты подсказывают мне, что Дарси позволяет мне увидеть только верхушку айсберга Лиама.
Лиам: Почему ты игнорируешь все мои звонки?
Дарси: Потому что нам не о чем говорить. Я не хочу с тобой разговаривать.
Лиам: Говори за себя. Мне есть что сказать.
Дарси: Например, что? Я на работе, и мне нужно сосредоточиться на статье, которая должна быть опубликована завтра утром.
Лиам: Например, о том, что я хочу, чтобы ты вернулась. Я думаю, что мы совершили ошибку, расставшись. Тебе не следует быть в Нью–Йорке. Ты должна быть здесь, со мной, планировать нашу совместную жизнь.
Дарси: Ты серьёзно? Последнее, что я слышала, ты был влюблен в Либби. Возьми себя в руки, Лиам. Она знает, что ты пишешь мне?
Лиам: У нас с Либби всё кончено. Так что нет, не знает.
Лиам: Ты сейчас с кем–нибудь встречаешься?
Дарси: Некоторое время назад ты потерял право спрашивать меня об этом.
Лиам: Как его зовут?
Дарси: Это смешно. Оставь меня в покое.
Лиам: Не могу. Как его зовут?
Дарси: Моя жизнь больше не имеет к тебе никакого отношения.
Лиам: Будет иметь, если я сяду на самолет до Нью–Йорка и увижу тебя. Ты не должна быть там, Дарси. И почему ты вдруг решила работать в скромном модном журнале? Я думал, у тебя были более высокие устремления. Ты всегда много говорила о своих мечтах, ЛОЛ.
Дарси: Единственное, чего я сейчас хочу, – это закончить этот разговор.
Лиам: И в этом–то и проблема, прямо здесь.
Дарси: ...
Лиам: Ты всегда думала, что лучше меня, у тебя всегда находились остроумные слова, чтобы заставить меня замолчать. Стоит ли удивляться, что я тебе изменял, когда ты так чертовски самоуверенной? Ты всегда была такой.
Лиам: Удачи твоему парню, кем бы он ни был. Ему это чертовски понадобится.
Тот факт, что я держу телефон Дарси, – единственная причина, по которой он не разлетелся на тысячу кусочков.
Ублюдок.
Я стою, глядя на освещенную улицу, проезжающие машины и прохожих, пока обдумываю – или, скорее, пытаюсь отговорить себя от звонка этому придурку.
К чёрту это. Он не узнает мой голос. Скорее всего, он никогда в жизни не смотрел хоккейный матч. Наверное, он смотрит только какое–нибудь дерьмо.
Услышав международный гудок, я не могу сдержать самодовольную улыбку. Хорошо. Он всё ещё за тысячи миль от неё – именно там, где ему и нужно быть.
– Алло? Дарси? – на другом конце отвечает сонный мужской голос.
Во мне мгновенно вскипает адреналин. Ярость, которую я испытывал раньше, сейчас не просто ничто.
– Всё в порядке? – спрашивает он, когда я не отвечаю.
Когда я слышу, как он ворочается в постели, поскольку в Великобритании сейчас, должно быть, три часа ночи, я задаюсь вопросом, действительно ли он один или всё ещё живет с девушкой, с которой, по его словам, порвал отношения.
