Я знаю, кто это сделал. Я знаю, что она убьет его, но я должен признать, что это чертовски забавно, и я получаю серьезную выгоду от этой маленькой шалости. Я отдам должное маленькому Тедди.
— Мэгги.
— Что? Ты видишь её? — её ноги сжимаются сильнее.
— Да.
— Избавься от неё.
— Я не могу. Ты полностью перекрываешь мне кровообращение. Несмотря на то, что ты такая маленькая, у тебя какая — то сверхчеловеческая сила.
Она отводит голову, но совсем чуть — чуть.
— О, прости.
— Всё в порядке, но это не мышь.
— Не мышь? — она отстраняется от меня ещё немного, встречаясь со мной взглядом, как будто всё ещё боится. От этих прекрасных голубых глаз у меня на секунду перехватывает дыхание. Я качаю головой.
— Не мышь.
Она нерешительно опускает взгляд между нами, и это выглядит так, будто она только что осознала, что обнажена выше пояса. Я не могу сдержать легкой улыбки.
— Это крыса.
Её глаза расширяются, а ноги снова сжимаются вокруг меня, когда она кричит.
— Забери меня отсюда! — она начинает наклоняться к двери, как будто собирается вытащить меня наружу. Я смеюсь.
— Это не смешно! — кричит она, её руки ищут, за что бы ухватиться. — Вытащи меня отсюда, а потом поймай её! Почему ты просто стоишь?
Я позволяю одной руке скользнуть вверх по её обнаженному позвоночнику, и это восхитительно.
— Мэгги.
— Шевелись!! Шейн, я серьезно. Если ты не вытащишь меня отсюда и не поймаешь её…
— Мэгги, — пытаюсь я снова.
— Что?!
— Она ненастоящая. Фальшивка.
Она замирает. Тишина становится громче, когда она смотрит мне в глаза.
— Нет.
— Да, — я подхожу ближе к стойке, чтобы взять полотенце и опустить её.
— Неееет, — повторяет она.
— Да, не живая, — улыбаюсь я.
Я опускаю её на пол, протягивая полотенце, чтобы она могла прикрыться. Она накрывает им себя, смотрит в пол, как будто не совсем мне верит, а затем глубоко вздыхает.
— Я собираюсь, чёрт возьми, убить его.
Я смеюсь.
— Это не смешно. Я чуть не описалась, и у меня почти случился сердечный приступ, одновременно, — она заправляет полотенце под мышки, сжимает в кулаках мою рубашку и притягивает меня ближе, чтобы прислониться ко мне головой. — Я почти уверена, что видела, как моя жизнь пронеслась перед моими глазами.
— Мэгги, ты не можешь бояться маленькой мышки.
— Она совсем не немаленькая.
Я кладу руки ей на голову, отводя её лицо, чтобы она посмотрела на меня.
— Теперь ты в порядке? — я не могу сдержать ухмылку.
— Я не знаю, — её глаза впиваются в мои. — Единственная причина, по которой он останется в живых, это то, что он заставил тебя смеяться. Тебе следует делать это почаще.
— Да? — я смотрю на неё. Её глаза. Её рот. Тот рот, который я хочу поцеловать. Единственный рот, который я хочу целовать и, возможно, никогда не останавливаться.
— Определенно. Это действительно приятный звук.
Я наклоняюсь, чтобы прижаться своим лбом к её. Я знаю, что не должен переступать эту черту, но я никогда так сильно не хотел переступить её. Последствия серьезные, и в данный момент я хочу убедить себя, что всё будет хорошо. Этот шаг не означает, что я эгоистичный ублюдок. Она заслуживает того, кто может дать ей всё.
Мне требуется всего секунда, чтобы понять, что она не отстраняется. Я закрываю глаза, чувствуя, как её нос прижимается к моей щеке, когда её руки сжимают мою рубашку, а затем нежнейшее прикосновение её губ к моему подбородку. Я хочу коснуться этих губ, попробовать на вкус и навсегда отметить как свои и только свои.
Она шепчет моё имя, и желание завладеть её ртом слишком велико.
Затем тихий голос прорывается сквозь мой туман.
— Мэгги.
Я быстро отстраняюсь, когда Мэгги садится, выглядя такой же ошеломленной и сбитой с толку, как и я.
— Мэгги, — я снова слышу голос Лив через дверь. — Ты в порядке? Тедди беспокоится, что ты действительно злишься.
Она прочищает горло.
— Да. Я в порядке. Скажи ему, что он будет убирать в уборной в течение месяца.
— Хорошо. Ужин готов. Ты идешь?
— Да. Я буду там через несколько минут, — её взгляд поднимается, чтобы встретиться с моим. Чары рассеяны, но она выглядит так, словно ей тоже интересно, что бы произошло. — Спасибо, что спас меня.
Это я должен благодарить Тедди.
— В любое время, — я отхожу, чтобы оставить её одну, но всё во мне хочет остаться и вернуться к тому, что мы собирались сделать.
Я закрываю за собой дверь и делаю долгий, глубокий вдох, потирая лицо рукой. Мне нужно взять себя в руки. Если я попробую что — нибудь с Мэгги, это причинит ей только боль и разочарование. Я сделаю всё, чтобы предотвратить это.
Я хотел бы быть всем, в чём она нуждается и чего заслуживает, мужчиной, с которым она мечтает разделить свою жизнь, но я не такой. Я давно знаю, что не подхожу, и что нельзя дать кому — то то, чего у тебя никогда не было. Я не был создан для любви и партнерства. Я провел слишком много лет в одиночестве, никогда не зная этого чувства и не испытывая такого рода связи, чтобы быть чем — то стоящим для кого — то другого.
Это всё, что я знаю. Это всё, чем я когда — либо буду. Вот и всё. Я качаю головой. Я не могу позволить этому случиться снова. Я не могу позволить Мэгги думать, что я могу предложить ей что — то большее, хотя на самом деле это не так.
Я сделаю всё, чтобы помочь ей. Я буду защищать её и помогу ей защитить этих детей, что включает в себя защиту её от меня.
Глава 31
МЭГГИ
Большая мозолистая рука Шейна проводит по моему лицу, убирая волосы. Я остаюсь совершенно неподвижной. Может быть, я сплю, но я чувствую его прикосновение. После того почти поцелуя во время инцидента с мышью всё стало реальным, по крайней мере, для меня. Чем дольше я не целую Шейна, тем больше не понимаю, что происходит между нами и расстраиваюсь.
Знаю ли я, что это, скорее всего, не очень хорошая идея? ДА. Правильно ли я понимаю, что для Шейна поцелуи будут просто поцелуями? Да. Хочу ли я большего? Ещё одно большое и решительное ДА. Поэтому я лежу совершенно неподвижно, принимая всё, что могу, пока его пальцы нежно скользят по моему лицу. Я хочу прижаться к ним. Я хочу придвинуться ближе, найти его губы и позволить своим рукам блуждать по всем мышцам под тонким слоем хлопка. Я хочу не торопиться и, наконец, познать глубины Шейна, которые, как я знаю, существуют, но остаются полностью закрытыми.
Я едва сдерживаю стон, ловя его прежде, чем он вырвется наружу.
— Мэгги. Хей, — рука Шейна убирается с моего лица и обхватывает моё плечо. — Мэгги.
Я скулю, переворачиваясь на другой бок, желая, чтобы он вернулся к тому, что делал, и ко многому другому. Я бы даже позволила ему сидеть и читать мне, как это было в те ночи, когда он был дома, вместо того чтобы вставать.
— Что? Я не хочу вставать. Слишком много дел, — я переворачиваюсь на спину и смотрю в потолок, на поток света, проникающий сквозь щель в занавесках. Шейн вытягивает руки. Его подобны шедевру. Прекрасно.
Я кладу руку на лоб. Я серьезно должна взять это под контроль, и быстро. Мы просто женаты.
— Ты готов к сегодняшнему дню, здоровяк? Надеюсь, у нас достаточно еды. Я ставлю десятку на то, что Хэнк приведет с собой домой парней, когда они вернутся с игры.
— Думаешь? Разве соседская девушка не придет? Он сказал, что она помогала ему с какими — то футбольными трюком.
— Сэди?
— Ага.
Ворчливый утренний голос Шейна чертовски сексуален и не помогает мне оставаться на своей половине кровати.
— Он такой же, как другие, и увидит её только тогда, когда будет уже слишком поздно. Кроме того, я пригласила её отца.
Большая голова Шейна поворачивается в мою сторону.
— Её отца?
— Да. Он холост, хорош собой и пару раз помог мне выбраться из затруднительного положения.
Он хмыкает.
— Отлично.
Я украдкой смотрю на него из — под руки.
