Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 92
Указав на бокал, который он заранее наполнил для меня и поставил на край письменного стола, Гидеон сказал:
— Присядь.
Снедаемая любопытством, я села. В Гидеоне ощущалось что-то новое: целеустремленность и спокойная решимость, сочетавшиеся со сосредоточенностью.
Что еще пришло ему на ум? И чем это обернется для нашего совместного вечера?
Но тут на глаза мне попался еще один маленький фотоколлаж в рамке рядом с моим бокалом, и моя тревога рассеялась. Рамка была точно такая же, как та, что стояла на моем рабочем столе, но в нее были вставлены три снимка, на которых мы с Гидеоном были вместе.
— Хочу, чтобы ты взяла это на работу, — тихо произнес он.
— Спасибо.
Впервые за последние дни я почувствовала себя счастливой. Прижав одной рукой рамку к груди, другой я взяла бокал.
— Ты целыми днями шлешь мне воздушные поцелуи со снимка на моем столе. Думаю, будет только справедливо, если у тебя появится такое же напоминание обо мне. О нас.
Я резко выдохнула, пульс мой слегка сбился с ритма:
— Я никогда не забываю ни о тебе, ни о нас.
— А я и не дал бы тебе забыть. — Гидеон отпил большой глоток. — Мне кажется, я понял, когда мы оступились впервые, из-за чего потом всю дорогу спотыкались да запинались.
— Да?
— Выпей арманьяку, ангел мой. Думаю, тебе это нужно.
Я осторожно пригубила напиток. Он обжег горло, но вкус мне понравился. Я сделала еще один глоток, побольше.
Крутя бокал между ладонями, Гидеон задумчиво посмотрел на меня и тоже сделал глоток.
— Ева, скажи мне, что было круче: секс в лимузине, когда лидерство принадлежало тебе, или в отеле, когда мне?
Я неуверенно поежилась, не совсем понимая, к чему ведет этот разговор.
— Думаю, ты наслаждался тем, что случилось в лимузине. Пока это происходило, конечно. Ясно, что не потом.
— Я был в восторге, — признал он со спокойной уверенностью. — До конца дней не забуду тебя в красном платье, не забуду, как ты стонала и говорила о том, что тебе приятно чувствовать внутри мой член. Если в будущем ты снова захочешь лидировать, я, несомненно, подыграю.
У меня свело желудок, мышцы плеч напряглись.
— Гидеон, меня начинает малость колбасить: все эти разговоры насчет «стоп-слов», лидерства… Создается впечатление, будто наш разговор клонится куда-то не туда.
— Это потому, что у тебя в мыслях садомазохизм и боль. А я веду речь о взаимном согласовании ролей. — Гидеон в упор посмотрел на меня. — Не хочешь еще бренди? А то ты совсем бледная.
— Думаешь? — Я отставила пустой бокал. — Звучит так, словно ты говоришь мне о своей склонности к доминированию.
— Ангел мой, да это ты уже и так знаешь. — Его рот скривился в легкой сексуальной улыбке. — Я говорю тебе о твоей склонности к подчинению.
Я вскочила на ноги.
— Не дергайся, — мягко, но с нажимом произнес Гидеон. — Мы еще не закончили.
— Да ты просто не соображаешь, что несешь! — Я твердо знала, что в жизни не допущу, чтобы кто-то снова мною командовал и чтобы я лишилась права сказать «нет». — Тебе ведь известно, что мне пришлось пережить. Я должна держать ситуацию под контролем точно так же, как ты.
— Ева, сядь.
Но я осталась стоять, просто чтобы доказать свою самостоятельность.
По его лицу расплылась широкая улыбка, от которой я начала потихоньку оттаивать.
— Ты хоть на секунду представляешь себе, что я просто схожу по тебе с ума? — спросил он.
— Если ты вообразил, будто я и вправду испытываю потребность исполнять чужие приказы, особенно в том, что касается секса, то, похоже, и вправду сошел с ума!
— Да угомонись ты, Ева! Сама ведь знаешь, что я не хочу тебя бить, мучить, унижать, причинять тебе боль или заставлять, как собачонку, выполнять команды. Это не нужно никому из нас. — Гидеон подался вперед и оперся локтями о столешницу. — Ты самое важное, что есть в моей жизни. Мое сокровище. Я хочу защитить тебя, дать тебе возможность чувствовать себя в безопасности. Вот почему у нас зашла об этом речь.
Господи! Ну как он может быть таким понимающим и в то же время таким безумным?
— Мне не нужно, чтобы надо мной доминировали!
— Тебе необходим кто-то, кому ты сможешь доверять… Нет, Ева, замолчи. Дай мне договорить. Ты сама просила меня заново проделать с твоим телом то, что когда-то причиняло тебе боль и повергало в ужас. Ева, я не могу сказать тебе, что значит для меня твое доверие и что со мной будет, если я его не оправдаю. Не могу рисковать. Мы должны все сделать правильно.
— Похоже, у меня и вправду напряженно с мозгами. Мне казалось, что у нас обалденная сексуальная жизнь, — скрестив руки на груди, пробормотала я.
Гидеон поставил бокал на стол и как ни в чем не бывало продолжил:
— Ты попросила меня сегодня пойти навстречу твоему желанию, и я согласился. А сейчас нам требуется…
— Если я тебя не устраиваю, плюнь на меня! — Я поставила на стол бокал и положила рамку, опасаясь сделать с ними что-нибудь такое, о чем потом пожалею. — И не пытайся приукрасить…
Но не успела я сделать и пары шагов, как он обнял меня и закрыл мне рот поцелуем. А потом прижал меня к стене и, схватив за запястья, поднял мои руки высоко над головой.
Обездвиженная, я ничего не могла поделать, когда он, согнув колени, с размаху ткнул своим напрягшимся членом мне в промежность. Раз, два. Сквозь шелк его трусов я чувствовала набухшим клитором возбужденный член. Потом он слегка прикусил мой прикрытый халатом сосок. Чистый запах его теплой кожи дурманил меня. Охнув, я обмякла в его объятиях.
— Видишь, как легко ты мне подчиняешься? — Он поцеловал меня в лоб. — И ведь тебе хорошо. Правда? Ты чувствуешь, что это правильно.
— Это несправедливо!
Я в упор смотрела на него. Интересно, чего еще он мог от меня ждать? И хотя нервы были на пределе, меня неудержимо тянуло к нему, и здесь уж ничего не поделаешь.
— Еще как справедливо. И к тому же это чистая правда.
Мой взгляд скользил по его густым черным волосам и прекрасному, словно вылепленному, лицу. Овладевшее мною желание было болезненно острым. А то, что он явно скрывал какую-то мрачную тайну, только усиливало мою любовь. Временами казалось, будто в его лице я обретаю вторую половину себя.
— Ничего не могу поделать, когда ты заводишь меня, — простонала я. — Мое тело физиологически расслабляется и размягчается, так что ты можешь ввести в меня свой здоровенный член.
— Ева, давай будем честны. Ты желаешь, чтобы я имел полный контроль. Для тебя важно то, что ты можешь доверить мне заботу о тебе. Ничего дурного здесь нет. Более того, я нуждаюсь в том, чтобы ты доверяла мне настолько, что покорно согласилась бы на этот контроль.
Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 92
