Эпилог 2
Эйфелева башня — весна
— Я тут несколько лет не была, и уже забыла, как много здесь ступенек. Господи, реально, их тут очень много! — волосы разметались по лицу Дебс, пока она карабкалась по последнему пролету на вершину башни.
— Здесь их по меньшей мере триллион, — добавил Дидье.
Ава улыбнулась, сжав руку Жюльена.
— То, как они так мучаются, заставляет меня чувствовать себя очень спортивной.
— Ты теперь в этом профи, даже после трех кусочков торта.
— Я надеюсь, что ты все правильно понял, Дидье. Я не уверена, что смогу вновь подняться по этим ступенькам на следующей неделе, — сказала Дебс.
— Я все правильно понял. Мои контакты, как обычно, предоставляют корректную информацию, — уверил ее Дидье. — Нам нужно лишь подождать.
Ава подошла ближе к ограждению и оперлась на них, глядя на совсем другой Париж, не тот, который она покидала в декабре. Снег и голые ветки деревьев уже исчезли, на смену им пришли зеленые лужайки, набухающие почки с цветами и палящее солнце. Париж теперь был ее домом, а на следующей неделе она начинала художественный курс в колледже. У нее также была подработка в кофейне недалеко от ее с Жюльеном квартиры. Оплачивали не так щедро, как в продажах квартир, но этого хватало на ее еженедельную порцию крепкого кофе и камамбера, и кто знал, что ее ожидает в обрисовывающемся будущем?
Рода приезжала в гости, и их отношения наладились. Они ездили на поезде на юг Франции и катались по пляжу на лошадях. Качественное и непринужденное время начало закрывать все трещины. И соответственно, если ее отец сможет оторваться от своего абонемента на Тоттэнхем, она надеялась, что они с Майлин тоже смогут скоро ее навестить.
— Итак, где мы будем сегодня есть? — спросила Ава.
Дидье закатил глаза.
— Опять ты о еде, Ава, серьезно?
— Я думала, мы можем вернуться в то маленькое бистро, где мы впервые ужинали вместе, — предложила Дебс.
— А, Brasserie du Bec, то бистро, где эти двое ничего не делали, кроме как ссорились, — сказал Дидье.
— А мы пытались балансировать пробки от вина на носах, — с улыбкой сказала Дебс.
— А ты лишь икала и говорила о всяких месье, — напомнила ей Ава.
— И ничего не поменялось, n'est ce pas? — ответил Дидье, ткнув Дебс в бок.
— Они идут, — объявил Жюльен, двигаясь от пролета к перилам, где уже собрались остальные.
— Возьмитесь за руки, — сказал Дидье, взявшись за Дебс и Жюльена.
Ава взяла Жюльена под руку, другой крепко вцепилась пальцами в перила, собираясь с духом.
— Шаг назад! — крикнул Дидье двум мужчинам, одетым в рабочие комбинезоны, которые шагали по лестнице.
— Мы протестуем! — добавила Дебс.
— Мы не сдвинемся с места! — закричала Ава.
Мужчины подошли к ним, больше заинтригованные, чем разозленные.
— Мы отстаиваем свои права как граждане Франции…, — начал Жюльен.
— И как отдыхающие, состоящие в отношениях с гражданами Франции, — добавила Дебс.
— И мы боремся за наше право…
— Мне очень хочется добавить «веселиться» сейчас, — сказала Ава.
— Все серьезно, Мадонна, — напомнил ей Жюльен. — Эти мужчины хотят срезать наши замки любви.
— Знаю, но… мы можем позволить им это сделать, а затем купить еще больше, — предложила Ава. — Нет? Это не в духе протеста?
— Если вы не уйдете прямо сейчас и не оставите наши замки любви навсегда в покое, то мы…, — начал говорить Дидье.
— Пойдем в атаку, — сказала Дебс и оскалила зубы.
— В атаку? Как быки? — переспросила Ава. — Мне никто не говорил, что мы будем атаковать.
— Мы будем стоять тут весь день, — продолжил Дидье. — Круглые сутки. И завтра тоже. Мы здесь будем спать и танцевать, — он начал перебирать ногами, все еще держась за руки с Жюльеном и Дебс, выбивая канкан, словно танцор Мулен Руж.
— Почему они не смеются? — спросила Ава. — Я хочу засмеяться.
— Весь день напролет, — повторил Дидье. — Откажитесь от своих режущих инструментов! Идите домой! Дайте нам спеть национальный гимн.
Высокий работник мэрии вскинул руки в небо, и вместе со своим напарником они отступили к лестнице, ведущей на следующий уровень.
Дидье поднял кулак в воздух.
— Победа за народом!
Ава разомкнула руки и наклонилась вниз, пальцами поднимая три замка, соединенных вместе.
— Не уверен, что мы сможем подниматься сюда каждый раз, как друг Дидье в мэрии будет предупреждать нас об их прибытии, — сказал ей Жюльен.
— Знаю, — с улыбкой ответила она. — Но как я и говорила, если что-то ломается, мы сможем это починить.
— И это жизненный урок, Мадонна, — сказал Жюльен, обнимая ее. — Жизненный урок.
— Нам тоже нужен свой замок любви, — сказала Дебс, беря Дидье за руку.
— Я скорее думал о наручниках в спальню, — отозвался Дидье.
Та хихикнула.
— Какой ты непристойный.
Ава подняла руку и прикоснулась к щеке Жюльена, смотря ему в глаза.
— Je t 'aime, месье Фитусси.
Он поцеловал ее, и его пальцы скользнули по ее очень коротким волосам.
— Je t'aime, Мадонна.
Конец.
