Елена Арсеньева - Разбитое сердце июля

Однако едва Алена сделала шаг к выходу, как по залу прошло оживление: музыка вдруг смолкла, все вскочили из-за столов и бросились к дверям:

– Приехали! Холстин! Все, это он! Холстин приехал! Вот он! Наконец-то! Ну, Николай Васильевич, мы тебя уже заждались! Штрафную, штрафную!

Отвечая короткими, сдержанными полуулыбками на преувеличенно радостные, фальшивые восклицания, в столовую вошел высокий, подтянутый мужчина лет пятидесяти, с темно-русыми, сильно тронутыми сединой волосами. Лицо у него было из тех, что привлечет внимание в любой толпе, – таким ощущением превосходства над людьми светился взгляд, такое спокойное достоинство выражали правильные черты все еще красивого лица. При этом сразу становилось понятно: перед вами вовсе не самодовольный болван, а человек, исполненный сознания собственной значимости – вполне заслуженного сознания! Такие лица бывают у людей, которые всеми своими благами обязаны только себе, никому более. Безочарованные, как правило, эти люди порою жестокие, даже очень жестокие, но крепко стоящие на земле и весьма привлекательные для женщин именно этой основательностью и непоколебимой уверенностью в себе. Любительнице вить из мужчины веревки или тасовать поклонников, подобно карточной колоде, рядом с ними делать нечего. Но женщина, которая осознает, что Господь сотворил праматерь Еву всего лишь из ребра Адама, которая умеет следовать за супругом в кильватере и готова повторять: «Что муженек ни сделает, то и хорошо!», сможет быть счастлива рядом с таким человеком. Конечно, Алена к подобным овечкам не принадлежит, а все же при взгляде на Холстина она подумала, что тусоваться с молодыми красавцами вроде Игоря, Алекса (ее прежнего, ныне безжалостно покинутого любовника), Олега (давно и прочно забытой ошибки молодости) или хотя бы сегодняшнего знакомца Вадима приятно и прелестно, но ведь лишь до поры до времени, и пора эта уже приближается, и всякое время, как известно, имеет свой предел. И не следует ли ей всерьез задуматься: неужели вот так и хочется век вековать одной-одинешеньке? Нет, о том, чтобы соединить, как принято выражаться, с кем-то жизнь, а попросту – выйти замуж, Алене невыносимо даже подумать: как это – ломать себя, приспосабливаться к какому-то постороннему человеку?! Но почему не найти себе солидного друга среди своих ровесников или даже гораздо старше, а если все-таки моложе, то не на пятнадцать-семнадцать, а то и двадцать лет (вот жуть, а?! Но уж такая она экстремальная авантюристка, наша героиня!), а максимум лет на пять? Даже не отдавая себе ясного отчета, Алена иногда присматривалась к мужчинам, попадающим в эту возрастную категорию, и внимательно разглядывала сейчас Холстина, понимая, что он-то подходит по всем статьям: и умен, и силен, и интересен, и довольно-таки красив, и, что не последнее, богат… К тому же принадлежит к тем редким мужчинам и женщинам, которые так же, как сама Алена, нипочем не желают сдаваться возрасту.

Как ни странно, большинство людей вовсе не хочет сохранить вечную молодость и немало злится на тех, кто пытается это делать. То есть, если бы красота сама собой не исчезала, если бы можно было превратиться в некий невянущий шелковый или бумажный цветок – то пожалуйста, с удовольствием. Но прилагать ради этого хоть какие-то усилия… Алену поражало, с какой готовностью люди отпускают вожжи возраста и позволяют себе опускаться, превращаться в развалину. Ну и, конечно, они неприязненно, а то и с откровенной злобой поглядывают на тех, кто не позволяет себе того же. Наверняка у Холстина много завистников и врагов не только из-за его денег и привычки «хавать» чужие фирмы (честно говоря, не самая лучшая привычка!), но и… из-за стройности его фигуры и легкости движений. Достигнуть этого помогают только две вещи на свете: постоянные занятия спортом и стойкая привычка не наедаться на ночь. И совершенно точно можно сказать, что пива Холстин не пьет ни утром, ни днем, ни вечером.

Да, появившийся на банкете мужчина стоил того, чтобы привередливая писательница заинтересовалась им… Правда, он москвич, а к этому племени Алена, как и прочие русские провинциалы, относилась враждебно и настороженно, но штука в том, что в данном конкретном случае ее мнение никого не интересовало. Опять дедушка Крылов: зелен виноград! Холстин вряд ли обратил бы на нее внимание, несмотря на ее красоту, шарм, интеллект и прочие тайные и явные достоинства. Потому что уж слишком обворожительное создание шествовало сейчас рядом с ним. И даже наша до жути самоуверенная (по-прежнему самоуверенная, несмотря даже на тот сокрушительный сердечный крах, который она недавно потерпела) героиня понимала, что сравнения с такой красотой и таким победительным очарованием не выдержать никому. Пожалуй, даже Жанне с ее умением дурманить людям головы…

Неприятное воспоминание о ненавистной разрушительнице ее счастья возникло не случайно: лицо, плечи и шея девушки, которая шла рядом с Холстиным, были так же, как у Жанны, щедро усыпаны веснушками, и так же, как Жанну, это ее ничуть не портило, скорее наоборот. Вдобавок Ирина Покровская (видимо, это была именно она) принадлежала к числу тех счастливиц, которые от природы обладают тонкой, упругой и бело-молочной, матовой кожей. Кроме того, в арсенале имелись медно-рыжие (явно свои, а не крашеные) длинные волосы, обрамляющие точеное лицо ворохом тугих кудрей (они немного напомнили Алене о Кристине, но воспоминание об этом ничтожестве проскользнуло мимо, не причинив привычной боли), ясные глаза удивительного орехового оттенка, роскошный рот, прекрасная фигура. Можно было не сомневаться, что и ноги у нее великолепной формы, однако их скрывала тяжелая, пышная бархатная юбка винного цвета, из-под которой виднелись тускло-желтые, словно бы выцветшие от времени, кружева нижней юбки. Стан Ирины обтягивал бархатный же корсаж, щедро обнажающий плечи и грудь, но на ногах были не хрустальные башмачки, как можно было ожидать, а… тяжелые замшевые ботинки на толстой ребристой подошве. В первую секунду такое сочетание вызывало оторопь, а потом восхищение и почему-то умиление: эта девушка принадлежала к числу тех избранниц судьбы, которым решительно все к лицу! В компанию таких же счастливиц входила и Жанна, а Алена – отнюдь нет, поэтому она быстренько изгнала из мыслей навязчивые воспоминания о бывшей подруге и еще кое о ком бывшем и проводила взглядом миновавшую ее пару.

Да, они оба красивы, в самом деле красивы, но все-таки видно, что Холстин намного старше невесты. Особенно когда они рядом. С первого взгляда это не бросается в глаза, но, присмотревшись, видишь, что лицо его изборождено тяжелыми морщинами. И слишком низко нависают брови над глазами, что придает лицу угрюмое выражение. А как старят его «бульдожьи щечки» – возрастные складки у губ! Будущий муж красавицы Ирины Покровской обречен на безумную ревность, а она – на бесчисленные ехидные реплики: мол, вышла за этого старика только из-за денег. Жаль, что мужчины редко появляются в косметических салонах, ведь в современной косметологии чего только не напридумано, чтобы ухватить за хвост и если не вернуть, то довольно надолго задержать ускользающую Жар-птицу – красоту молодости!