Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 86
Наиболее презентабельная публика собралась в центральной части Хрустального дворца. Похоже, никого из них не интересовало то, что их окружало.
— Чего ждут эти люди? — спросила Уин.
— Ничего, — ответил Меррипен. — Они здесь лишь затем, чтобы себя показать. Похожую публику я уже видел, когда приходил сюда раньше. Они не осматривают экспонаты. Они просто стоят и позируют.
Уин засмеялась.
— Может, стоит подойти к ним поближе и сделать вид, что мы их разглядываем, или все же лучше пойти посмотреть что-нибудь по-настоящему интересное?
Меррипен протянул ей маленькую карту. Внимательно изучив список экспонатов и их расположение, Уин решительно заявила:
— Ткани и текстиль.
По заполненному людьми стеклянному переходу Меррипен провел ее в зал потрясающих размеров. В воздухе стоял гул от работающих ткацких станков и силовых установок. В центре зала и по периметру висели ковры. От запаха шерсти и краски щипало ноздри. Товары из Киддерминстера, Америки, Испании, Франции, из восточных стран — целая радуга со всевозможными оттенками. Ткани всех мыслимых текстур — плоского плетения, с узелками, ажурные, махровые, вышитые, с позументами… Уин сняла перчатки, ощупывая образцы. Такого богатого выбора тканей она никогда и нигде не видела.
— Меррипен, посмотри сюда! — воскликнула она. — Это уилтонский ковер. Похож на брюссельский, только стриженый. На ощупь как бархат, правда?
Представитель производителя, который стоял поблизости, сказал:
— Уилтонские ковры становятся все более доступными, поскольку сейчас мы можем производить их на специальных станках, которые приводит в действие пар.
— Где расположена фабрика? — спросил Меррипен, проводя ладонью по пушистому ковру. Полагаю, в Киддерминстере?
— Там, и еще одна фабрика в Глазго.
Пока мужчины беседовали об особенностях производства ковров на новых машинах, Уин бродила вдоль рядов со стендами. В этом зале были еще машины, поражающие своими размерами и хитроумными механизмами. Одни машины специализировались на плетении нитей, другие — на печатании узоров на ткани, третьи — на изготовлении нити из шерстяного чеса. Один из станков наглядно демонстрирован механизированный процесс набивки матрасов и подушек из шерстяных отходов.
В восхищении наблюдая за процессом, Уин тем не менее заметила, что Меррипен подошел к ней и встал рядом.
— Невольно задаешься вопросом, наступит ли такой день, когда за человека все будут делать машины, — сказала Кеву Уин.
Он едва заметно улыбнулся:
— Если бы у нас было больше времени, я бы отвел тебя туда, где демонстрируют машины для сельского хозяйства. С их помощью можно выращивать вдвое больше урожая, затрачивая на это втрое меньше времени и труда, чем понадобилось бы, если делать все вручную. Мы уже приобрели молотилку для арендаторов в поместье Рамзи. Я покажу тебе ее, когда мы поедем туда.
— Ты одобрительно относишься ко всем этим технологическим новинкам? — с некоторым удивлением спросила Уин.
— Да, а с чего бы мне их не одобрять?
— Цыгане не верят в прогресс.
Кев пожал плечами:
— Во что бы там ни верили цыгане, я не могу игнорировать тот факт, что технический прогресс — благо для большинства. Механизация сделает многое более доступным для простых людей — одежду, пищу, мыло… даже ковер на полу.
— А как насчет тех, кто потеряет средства к существованию, когда их рабочие места займут машины?
— С развитием промышленности появится больше рабочих мест. Зачем заставлять человека делать тупую работу, вместо того чтобы дать ему образование и научить чему-то более полезному и интересному?
Уин улыбнулась:
— Ты рассуждаешь как реформист.
— Изменения в экономике всегда сопровождаются изменениями в обществе. Никто не может остановить этот процесс.
Какой у него пытливый ум, подумала Уин. Отцу ее было бы приятно узнать, каким стал его цыганский найденыш.
— Индустриализация потребует дополнительной рабочей силы, — заметила она. — Ты полагаешь, что много найдется жителей деревни, которые с удовольствием переедут в Лондон и в другие города, чтобы…
Громкий хлопок заглушил ее слова. Несколько посетителей испуганно вскрикнули. В воздух полетел пух. Его было так много, что он забивался в нос и рот. Все вокруг было усыпано мягкими хлопьями.
Меррипен мгновенно скинул с себя сюртук и накинул его на Уин, прижав к ее лицу носовой платок.
— Дыши через него, — пробормотал он и потащил ее из зала. Толпа рассеялась. Кто-то громко закашлялся, кто-то стал ругаться, кто-то смеялся. Из соседнего зала, крича от восторга, прибежали детишки, приплясывая и пытаясь поймать кружащиеся в воздухе хлопья шерсти.
Меррипен затащил Уин в узкий проход между двумя рядами стендов с образцами тканей. Ткани струились реками — бархат, парча, шелка, хлопок, муслин, шерсть самой разной выработки и фактуры — для одежды, обивки, драпировки.
Высунув голову из-под сюртука, Уин посмотрела на Кева и зашлась от смеха. Белые хлопья покрывали его черные волосы и налипли на одежду словно только что выпавший снег.
Озабоченность на лице Меррипена сменилась хмурой миной.
— Я собирался спросить, не надышалась ли ты шерстяной пылью, — сказал он, — но, судя по звукам, что ты издаешь, легкие у тебя чистые.
Уин не могла ответить — ее душил смех. Меррипен растерянно провел рукой по волосам.
— Не стоит, — давясь от смеха, проговорила Уин. — Ты никогда… Ты должен позволить мне помочь тебе: так ты сделаешь только хуже… а ты еще говорил, что это меня могут общипать… — Продолжая прыскать от смеха, она затащила его поглубже в коридор из тканей, туда, где их не могли увидеть. Здесь царил полумрак.
— Ну вот, теперь нас никто не увидит. О, ты слишком высок для меня. — Она потянула его за руку, чтобы он присел на корточки, а сама опустилась на колени. Сняв шляпку, она отшвырнула ее в сторону.
Меррипен пристально смотрел Уин в лицо, когда она принялась отряхивать от пуха его волосы и плечи.
— Не может быть, чтобы тебе это нравилось, — сказал он.
— Глупыш. Ты весь белый и пушистый — разумеется, мне это нравится. — И она действительно получала удовольствие. Он выглядел так трогательно — сидя на корточках, хмурясь и стараясь не шевелиться, пока она его чистила. И так приятно было играть с густыми блестящими прядками его волос — он ни за что не позволил бы ей этого при иных обстоятельствах. Не в силах сдержаться, она то и дело хихикала.
Но прошла минута, за ней другая, и ей расхотелось смеяться. Странная истома охватила ее. Медленно Уин продолжала вытаскивать пух из его волос.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 86
