моря. В этот раз, чтобы уместиться всем, зафрахтовали большую яхту.
Татьяна Ивановна загорала, лёжа в шезлонге. За два часа дневного сна внуков можно и самой отдохнуть.
— Мам, Артём сам приготовил фруктовое мороженое. Будешь?
— Плачет по нему ресторанный бизнес. Неси!
Беременная Тоня выглядела особо прекрасно, если верить словам Саввы, а в реальности, будто большой мяч проглотила.
Татьяна кивнула на задранное животом парео.
— Как там Маша с Дашей? Сегодня не дерутся?
— С утра спокойные. Видно вчера всё поделили… — Тоня подала матери металлическую креманку и не спеша опустилась на соседний шезлонг. Рука по привычке легла на огромную выпуклость. — Даже разрешили маме немного искупнуться.
— Говорила тебе, зачем рисковать? Роди, а потом путешествуй сколько угодно, — взгляд серых глаз стал тревожным.
Беспечная Тоня махнула рукой.
— Чего девчонкам бояться, если бабушка рядом? Братьев приняла и их примешь. Я другого боюсь.
— Моя железная Тоня чего-то страшится?
— Если будут как Дима с Демидом, то налетаешься. Иллюминатор выдавят, чтоб облачко потрогать. Всю Россию исколесили в итоге.
— Разве плохо? — Татьяна Ивановна широко улыбалась. — На втором ребёнке бог даёт отдохнуть!
— А на третьей с четвёртой?
Они мужественно сдерживали смех пару секунд, но не выдержали и рассмеялись.
Звонкий хохот нёсся над палубой.
— Вот вы где… — стройная, как тростинка, Таня подставила лицо солнцу. — Вечно смеётесь. Детей не разбудите.
— Одной ворчуньи хватает в семье.
— Я не ворчливая, а осторожная!
— Ещё бы. При таком муже… — Тоня прыснула в кулак. — Ты у нас самая бессильная и неумелая!
— Принцесса! — Татьяна Ивановна с нежностью прикоснулась к руке любимицы. — Кремом для загара не забывай пользоваться. Обгоришь!
— На горошине! — беззлобно протянула Тоня.
— А Максу нравится! — Таня заняла место с другой стороны от матери. — Принцесс у него сразу три.
— А шея одна.
— Ничего, мы прекрасно на ней умещаемся.
Татьяна Ивановна улыбалась нарочитым спорам любимых девочек. Разве могла она мечтать, что станет матерью троих детей и бабушкой, пока четверых внуков? На подходе ещё две девочки.
— Бабушка! Я тоже хочу мороженое! — Демид всегда стремился быть первым.
— Нет, я! — Дима редко уступал брату.
Два светлоголовых мальчика босиком, в одних лишь трусах, неслись по деревянной палубе в сторону лежаков.
Татьяна Ивановна с нежностью смотрела на мальчиков, но креманку подняла высоко над головой.
— Не хулиганить! Сейчас Артём принесёт всем!
Сорванцы не успели вступить в драку за холодное лакомство. Крепкие руки папы сгребли их в охапку. Савва с любовью расцеловал светлые макушки.
— Кто обещал мне больше не драться? — Он обернулся к няне: — Скажите стюардам, пусть принесут мороженое на всех, пока не проснулись девчонки.
— Ага, сейчас! — улыбающаяся Тоня подставила под поцелуй щёку. — Оглянись!
Из дверей второй палубы показался заспанный Максим с голубоглазыми, черноволосыми девочками на руках.
— Принцессы тоже хотят мороженое! — заявил он с ходу.
— Мороженое!
— Мороженое!
Синхронно вторили девочки папе.
Таня театрально закатила глаза.
— Максик, на жаре? — она наслаждалась тем, что может позволить себе быть капризной.
— Да, на жаре! Хватит перестраховываться… — Карие глаза здоровяка светились обожанием. Он с умилением смотрел на самых красивых девочек в мире. — Принцессы, вы папу не подведёте?
— Нет! — пухлые губки Аси сложились бантиком.
— Нет! — кулачок Таси подпёр пухлую щёчку.
— Хотим к бабушке!
— К бабушке хотим!
Требовали капризули.
Татьяна Ивановна целовала протянутые маленькие пальчики. Душу переполняли любовь и нежность.
— Раз все проснулись, поднимаемся в кают-компанию! — старшую в семье слушались беспрекословно.
Солнце ярко светило с безоблачного лазоревого неба. Синее, чистое море не спеша катило волны к берегу. Лёгкий бриз ласкал загорелые лица.
На редкость дружная, выстрадавшая счастье семья, смеясь, и подшучивая друг над другом, собралась за большим столом…
