двести километров в час. Двести десять. Двести двадцать. Двести тридцать. Порыв пронзительного ветра ударил в грудь, из-за чего пришлось сильнее прижаться к корпусу мотоцикла.
Внезапно ко мне приблизился ярко-синий байк. Логан Кроуфорд, один из известных дилеров Академии Темного Креста, сверкнул глазами и помахал мне рукой, будто уже одержал победу.
Не хотелось его расстраивать, но мы проходили это уже сотни раз – и каждый из них заканчивался его вторым местом.
Всего кругов было пять, и уже на втором я вырвался в лидеры.
В Синнерсе люди часто поговаривали, что я заключил сделку с Дьяволом. Я находился на грани смерти столько раз, что уже сбился со счету. Гонки, аварии, бои, перестрелки. Но я никогда не задумывался, придет ли этому конец. Просто наслаждался свободой и вседозволенностью.
Никто не мог усмирить это.
Мое сердце неслось галопом, стремясь пробить грудную клетку. Тело дрожало от возбуждения и азарта, когда я вышел на третий круг, а через пару минут – на четвертый. Я не смотрел назад, пытаясь узнать положение других участников. Только вперед.
Вперед, вперед, вперед.
Когда от победы меня отделял один-единственный круг, боковым зрением я уловил движение слева. Мотоцикл стального цвета поравнялся с моим, и я сжал челюсти от раздражения, когда понял, кто решил поучаствовать в заезде.
Кэмерон резко вильнул в мою сторону, из-за чего мне пришлось съехать на соседнюю полосу.
Ебаный ублюдок.
Он начал таранить меня, прижимая к обочине. Глаза затмила красная пелена гнева, но я постарался не поддаваться эмоциям. Это всегда играло на руку соперникам.
Я прибавил скорости. Мотоцикл вырвался вперед, как вдруг заднее колесо вильнуло от удара. С губ сорвалось рычание. Я чуть не потерял управление и находился в шаге от того, чтобы метнуть в него нож. Однако на это уйдет драгоценное время, а мысль о финише спасала меня тем, что я в кровь разобью его чертово лицо.
Последний поворот всё стремительнее приближался.
Сбоку послышался крик, но из-за шлема и завывающего ветра я не разобрал слов. Всё мое внимание было сосредоточено на следующем рывке. И замысле, который мог принести мне победу.
Чтобы опередить Кэмерона, мне нужно было максимально прижаться ко внутренней стороне круга, чуть ли не уйдя в горизонтальное положение. В прошлом году один парень разбился, когда неправильно выполнил этот маневр. Я до сих пор помнил растекающуюся по асфальту кровь, которую уносил за собой проливной дождь.
Но кто я такой, чтобы отказываться от развлечений?
До поворота оставались считаные секунды. Я выровнял дыхание и сильнее прижался к мотоциклу, разогнавшись до двухсот семидесяти километров. Шум дождя и крики толпы ушли на задний план. Остались только я, дорога и железо под моими руками.
Три.
Два.
Один.
Время словно замедлилось.
Сжав челюсти, я увел мотоцикл вправо и наклонился максимально близко к трассе. Угол был настолько острым, что металл проехался по асфальту, вырвав из-под себя искры. Поворот занял от силы три секунды, но казалось, будто я бесконечно парил в невесомости.
Я скрипнул зубами от напряжения.
И резко выровнялся.
До финишной черты осталось несколько метров. Руки и ноги дрожали от напряжения, однако я сильнее выжал газ.
И уже через мгновение первым пересек белоснежную линию, оставив Кэмерона где-то позади.
Отсоси, ублюдок.
Адреналин бурлил в венах даже после того, как я остановился. Ко мне сразу же бросилась толпа фанатов, но я снял шлем и двинулся сквозь них к тому, кто финишировал вторым.
Резко толкнув Кэмерона в грудь, я прорычал:
– Что ты, блядь, устроил? Не можешь выиграть другими способами?
– Здесь нет правил, Бишоп! – выплюнул он, но отступил назад. – Признай, что тебе плевать на гонку. Тебя больше задевает то, что я увидел ее первым.
Резко втянув носом воздух, я прохрипел:
– Даже не смей говорить о ней.
– О, я буду. Потому что знаю то, чего не знает она. – На его губах появилась ядовитая улыбка, которую я собирался стереть кулаком. – Только представь, что она узнает об этом от меня, а не от тебя. Как сильно это по ней ударит. Как сильно она тебя возненавидит. Мне нужно просто столкнуть ее с Малакаем, которого ты так усердно от нее прячешь – и дело сделано.
Я говорил, что у меня проблемы с гневом?
Повторюсь: у меня большие проблемы с гневом.
Через мгновение мой кулак впечатался в его скулу. Хруст кости заставил живот сжаться от удовольствия. Я повалил Кэмерона на землю и начал осыпать его лицо жесткими ударами. Беспощадными. Совершенно обезумевшими.
Толпа ревела и скандировала то мое, то его имя, что напрочь лишило меня рассудка.
– Бишоп! Черт возьми, успокойся, парень!..
Челюсть вспыхнула яркой болью. Я пропустил удар, отвлекшись на крик организатора, но это не остановило меня. Сейчас ничто не остановило бы меня.
Так я думал.
Пока удар не пришелся по человеку, крик которого заставил кровь в моих жилах заледенеть.
Я не услышал и не увидел, как она подобралась ко мне спины, поэтому принял ее за кого-то другого. За кого угодно, только не за Дарси. Поэтому оттолкнул ее локтем, даже не предполагая, какие эмоции это во мне вызовет.
Позади раздался тихий вскрик.
В ту же секунду время для меня остановилось. Медленно развернувшись, я увидел, как она прижимает ладонь ко рту и морщится. Гнев отступил, сменившись ледяным оцепенением. Что-то в груди сжалось, хотя раньше я ничего подобного не испытывал.
Я напрочь забыл про корчащегося на асфальте Кэмерона. Придвинувшись к Дарси, машинально поправил ее очки и обхватил ладонями горячие щеки.
– Эй, любимая, ты меня слышишь? Я не думал, что это ты. Это… – Я запнулся, когда она болезненно нахмурила брови, не поднимая взгляда. – Дарси, посмотри на меня.
– Всё в порядке. Я в порядке. Просто это было неожиданно, – быстро выпалила она.
Затем подняла голову, и я заметил на ее губе выступившую кровь. Прямо на том месте, где раньше была рана.
Я думал, что разучился испытывать страх, сожаление и другие человеческие эмоции, кроме агрессии, но в это мгновение мне стало так стыдно за свою импульсивность, что захотелось провалиться сквозь землю. Вдобавок к этому я чувствовал вину. Наверное, впервые в жизни.
Я напугал ее.
Я, блядь, ударил ее, пока она пыталась оттащить меня от чертового Кэмерона.
– Сильно болит? – прошептал я и аккуратно провел большим пальцем по ее нижней губе.
Она покачала головой. Затем, поймав мой взгляд, слабо улыбнулась. Темные крапинки в ее затуманенных от опьянения глазах заискрились.
– Я уже поняла, что на этой стороне вы очень любите
