– И что ты предлагаешь? – Виктор так и не выпустил ее из кольца сильных рук.
– Нам нужна аппаратура. Если мы будем ее охранять, это сразу заметят и Полковник не купится. Я полечу одним рейсом с Сашей, а ты следующим с пересадками. Встретимся на месте, помнишь тот ресторанчик в Пальме, ты рассказывал, что встречался в нем с Мануэлем.
– Да, неплохое место, так и поступим.
– Почему у меня такое чувство, будто я только что сдал экзамен?
– Возможно, так оно и есть, – улыбнулся Виктор.
– Я уже вырос, давно работаю на контору и мне не нужно одобрение старшего брата.
– Если бы оно не было тебе нужно, у тебя не было бы чувства, что сдаешь тест.
– Ладно, я поехал за техникой и больше не хочу ничего слышать, сам все знаю. Да, Мануэль добудет нам все необходимое уже на острове. – Отрапортовал Миша и направился в комнату одеваться.
– Кто такой Мануэль?
– Он был моим связным несколько лет назад, когда наши интересы пересекались с Испанцами. По большей части он свободный художник, официально служит в Испанской разведке но иногда оказывает помощь нам и МИ-6. Надежный человек, но со своим кодексом справедливости.
– Что это значит?
– Он не всегда согласен с решениями руководства, плохо подчиняется приказам и работает только на хороших ребят.
– Подожди, если он плохо подчиняется приказам, почему его держат там? И как он решает, какие ребята хорошие, а какие нет?
– Вот это как раз самое интересное. Хороших и плохих он фильтрует сам, по личному кодексу чести. В данной ситуации мы на стороне хороших парней и имеем шанс получить от него всю помощь, на которую он вообще способен. А держат его на службе потому, что он гений в тактике и стратегии, он человек невидимка, его привлекают только в самых трудных случаях и он всегда оказывается на высоте.
– У вас что, кружок Бондов по интересам?
– Что-то в этом роде, – рассмеялся Виктор.
– Замечательно, с каждым днем все лучше и лучше.
– Мне нужно позаботиться о документах, чтобы сегодня вечером ты смогла пересечь границу Евросоюза.
– Дам тебе мой паспорт, – ответила Саша и направилась в комнату.
– Мне нужно будет уехать, и ты останешься в квартире одна. – По голосу девушка слышала, что Виктор борется с собой, он боится оставлять ее но должен, если хочет успеть оформить документы сегодня же.
– Я большая девочка и вполне смогу посидеть одна в квартире пару часов без няньки. – Заверила она. – Обещаю, что не сбегу, не подожгу и не затоплю твою чудесную собственность. Закрою замок и посижу тихо-тихо, никто даже не догадается о моем присутствии.
Скрепя сердце, он все таки оделся и поцеловав девушку на прощание, присоединился к ожидавшему его брату.
Мужчины уехали, а Саша начала собирать вещи в дорогу. На ее удачу в шкафу у Виктора оказалась целая коллекция чемоданов. Выбрав средний размер, она стала перебирать новую одежду, расставшись наконец с разорванной и разрезанной. Решив, что свитера и куртки ей вряд ли понадобятся, она ограничилась легкими нарядами и босоножками, но уступив голосу практичности, прихватила теплый палантин на случай вечерней прогулки у воды. После того, как небольшой гардероб обрел свое пристанище в небольшом сундуке на колесиках, путешественница принялась за сбор несессера. Но выходя из ванной комнаты, она чуть не уронила его на пол. Глаза девушки сильно расширились, руки затряслись, краска сбежала с лица, оставив там только смертельную бледность. Прямо на нее смотрела суровая женщина с замашками ефрейтора и глазами питбуля.
– Что ты здесь делаешь? – грозно спросила она.
Несмотря на командный тон, Саша выдохнула с облегчением и чуть попятившись, облокотилась на дверной косяк, почувствовав внезапную слабость в ногах. Она на минуту закрыла глаза, борясь с бешеным сердцебиением. Если незнакомка хочет поговорить, вместо того, чтобы лишить ее жизни, что ж, это неплохой вариант. Судя по всему, женщину подобная реакция удивила, и уже менее грозно она повторила свой вопрос.
– Я Саша, то есть Александра, гостья в этом доме.
– Ты мне зубы не заговаривай, – потребовала ефрейтор, – я здесь работаю уже не первый год, и ни одной гостьи не видела!
– Работаете? О, вы должно быть Фрекен Бок? – Обрадовалась девушка, но сделала это весьма поспешно. И без того грозное лицо незнакомки стало еще жестче, глаза сузились, и Саша была готова поклясться, у нее клацнули зубы.
– Только один человек называет меня так, и с этим уже ничего не попишешь, но больше подобного обращения я ни от кого не потерплю!
– Простите, я думала, вас действительно так зовут, – пролепетала девушка.
– Теперь хотя бы понятно, чья вы гостья, – сказав это, женщина прошлась по Саше очень нелюбезным и оценивающим взглядом, будто та стояла голая в церкви.
– Нет, на самом деле я гощу у Виктора, просто его брат тоже приехал, и обмолвился о вас.
– Не сомневаюсь в этом, но у Виктора не бывает гостей. – Отрезала она.
– Ну, раз я здесь, значит бывает. – Начала злиться девушка.
– Хм. Может быть и так. Ладно, меня зовут Лукьянова Маргарита Аристарховна, можно просто Маргарита.
– Лагузина Александра Николаевна, – в ответ представилась она.
– Лагузина? – Казалось, женщина потеряла дар речи.
– Вы тоже знали моего отца?
– Значит все-таки ты дочь Николая Лагузина? И видимо не просто гостишь в этом доме?
– Не просто, – подтвердила она, опустив голову.
– Так, пойдем на кухню, я заварю нам чаю, а ты мне все расскажешь, и расстанься уже с этой сумочкой, а то вцепилась как в родную.
Маргарита взяла Сашу за руку и повела на кухню, но войдя, остановилась в изумлении.
– Деточка, когда я вошла в квартиру, то подумала, что кто-то заказал еду из ресторана, но теперь понимаю, что это ресторан приехал к ним.
Смутившись, девушка подошла к чайнику, и налив воды включила агрегат.
– Просто приготовила покушать.
– Судя по холодильнику, – инспекцию которого я только что произвела, – не просто, но я очень рада, что эти оболдуи начнут питаться нормально.
Однако разговору не суждено было продлиться долго, спустя полчаса воспоминаний, и забавных историй о братьях, которых было в изобилии у домоправительницы, входная дверь открылась. Саша с неспокойным сердцем выглянула в коридор, а увидев Виктора, бросилась в его объятия.
– Ты скучала по мне?
– Да, и у нас гости.
– Я бы не назвала себя гостьей, впрочем, как и тебя, дорогая, – от этого замечания щеки девушки залил нежный румянец.
– Вижу, вы познакомились, прошу прощения, что не предупредил вас обеих, в свете последних событий, я забыл о твоем приходе.
– Ты про него и не помнил. За десять лет так и не смог выучить, по каким дням твой дом приобретает вид жилого помещения. Хотя, – задумчиво произнесла она, – к тебе это почти не относится, в отличии от братца. Вот уж кого Бог спутал с поросенком.
