Елена Арсеньева - Разбитое сердце июля

А впрочем, мы несколько отвлеклись от описания трагического и загадочного воскресного майского утра.

Итак, особа с визгливым голосом продержала Виктора у телефона чуть ли не час, выспрашивая у него подробности о «Форде» с дотошностью следователя, ведущего допрос бесспорного подозреваемого. Надо отдать ей должное: в машинах она разбиралась совершенно по-мужски, да и не всякий мужик был способен на такое знание технических деталей. Но дело даже не в этом. Воображение у собеседницы оказалось богатейшее, каким мужчина уж точно не может обладать! Виктор не раз и не два становился в тупик перед ее вопросами. Она оказалась просто-таки напичкана разными жуткими историями, которые происходят с водителями, и высыпала их и на Виктора целый ворох.

Самым душераздирающим показался ему рассказ о том, как один знакомый дамы вез на своем «Мерседесе» мешок с картошкой с дачи, а мешок вдруг взял да и развязался, картошка рассыпалась, и одна картофелина попала под педаль тормоза, а тут вдруг какой-то хмырь на «КамАЗе» подрезал «мерс», и водитель, конечно, нажал на тормоз, да не тут-то было, картофелина не дала педали вдавиться, и «Мерседес» врезался в злокозненный «КамАЗ», и… больше никакого «и» в жизни бедолаги его владельца не было… Так вот даму до крайности волновало: способна ли тормозная педаль «Форда» в случае чего продавить картофелину и таким образом спасти жизнь владельцу (владелице)?

В ответ на это Виктор только плечами пожал, потому что не знал. Ну, не было у него в жизни случая проверить такое предположение! Он уже хотел посоветовать очень простой выход: никому и никогда не возить картошку на иномарках, но потом подумал, что это будет несправедливо по отношению к отечественному автомобилестроению. Почему на «Волгах» или «Москвичах» перевозка всякого дачного урожая как бы сама собой разумеется, а на «Мерседесах» надо только любовниц катать?

И Виктор промычал нечто невразумительно-сочувственное, про себя заметив, что, вообще-то, история с картофелиной под тормозом очень напоминает тщательно спланированное убийство, но тут же саркастически усмехнулся собственному навязчивому профессионализму. Он взглянул на часы и обнаружил, что ему уже пора отправляться на встречу с единственным пока реальным покупателем. А вдруг владелец автомастерской передумал? Ну, наверное, тогда позвонил бы, предупредил Виктора. Впрочем, возможно, он и намеревался позвонить-предупредить, да ведь вон сколько времени Виктор занимает телефон, слушая дамские автомобильные ужастики, разве пробьешься…

– Послушайте! – взмолился наконец Нестеров. – Насчет тормозных педалей и картофелин под ними я вам ничего сказать не могу. Но, может быть, вы просто посмотрите на мой «Форд»? Придете и посмотрите? Давайте назначим время, я вам все покажу, все расскажу… Можем даже опыт провести с картофелиной, если угодно!

– Да что толку? – пренебрежительно фыркнула дамочка.

– В каком смысле? – озадачился Виктор.

– Да в таком! – сказала она с вызовом. – Ну, назначим мы время, а что толку? Вы все равно не придете.

– Как так? – изумился Виктор.

– Да вот так! – В голосе дамочки появилась обида. – Я ведь точно знаю: вы назначите встречу, а сами не явитесь. И вообще, у вас и «Форда»-то никакого нет.

– Как так? – повторил Виктор, уже не просто изумленный, а совершенно ошарашенный, получил в ответ то же самое «Да вот так!», а потом услышал короткие гудки, означающие, что его собеседница внезапно бросила трубку.

– Мать твою! – громко сказал Виктор, хотя знал, конечно, что материться нехорошо. Но, во-первых, его никто не слышал, во-вторых, ну как тут не заматеришься?! Столько времени убил на какую-то дуру, а получил… только и получил взамен, что страшилки, в числе которых и эта – про недопустимость перевозки картошки на «мерсах». Тоже полезная информация, что и говорить, однако Виктор без нее вполне обошелся бы. Как пить дать обошелся бы! Нет, главное, сколько раз себе давал в жизни зарок: не иметь дела с бабами, у которых визгливые голоса… И следовал, неуклонно следовал своим курсом. Правда, только в личной жизни. А исключений делать вообще нельзя было! Если уж ты придерживаешься какого-то правила, то не отступай от него ни-ког-да. Отступил – получил по сусалам. Нет, недавняя собеседница уж точно из многочисленного племени телефонных хулиганов, среди которых женщин ничуть не меньше, чем мужчин, а может быть, даже и больше. Виктор слышал, что хулиганы и хулиганки не только беспрестанно информируют о несуществующих бомбах, заложенных в школах, гостиницах, на вокзалах и прочих людных и малолюдных местах, но и обрывают телефоны отделений милиции, сообщая, что вот только что, прямо сейчас, видели одного из тех деклассированных элементов, портреты которых развешаны на стендах объявлений под шапкой: «Их разыскивает милиция». Как правило, телефонные хулиганы имеют при себе солидный запасец таких листовок, похищенных именно со стендов, а потому врут вполне правдоподобно. Кроме того, их хлебом не корми, только дай позвонить по какому-то телефону из газеты «Из рук в руки» и долго-долго, садистски-правдоподобно водить за нос какого-нибудь доверчивого лоха, продавца мебели, дачного домика, гаража, детской коляски, подшивки журналов «Бурда моден» за 1990 год, самоучителей игры на шестиструнной гитаре или, к примеру, старого автомобиля «Форд».

Да ладно, не время предаваться самобичеванию, а время идти этот самый автомобиль «Форд» продавать! Виктор глянул в окно – погода стояла замечательная. Вот угодил нынче май! По радио как раз сообщалось, что 6 мая – это день Георгия Победоносца, Егория-Юрия Вешнего. «Юрий весну на порог приволок», – начал диктор рассказ о народных поверьях. На Юрия дождь – скоту легкий год. Если благоприятствовала погода, по давней традиции в этот день совершался торжественный выгон скота на пастбище «на Юрьеву росу». По Юрьеву дню определяли урожай яровых хлебов: «На Юрия мороз – будет просо и овес, на Юрия роса – будут добрые проса…» Что случится, если на Юрия светит яркое солнце, Нестеров узнать не успел: пора было выходить из дома. Ну что ж, возможно, солнечный Юрьев день гласит, что Виктор Нестеров продаст-таки свой несчастный «Форд», подумал он. Хорошо бы!

Виктор сунул ноги в кроссовки, по своему обыкновению, не тратя времени на развязывание шнурков, и, прихватив ключи от машины, открыл было входную дверь. Но тут вдруг, словно какая-то неведомая сила его дернула, вернулся в квартиру, заскочил в ванную и выключил газовую колонку, что делал, только отправляясь на суточное дежурство, а также почему-то запер балконную дверь, открытую настежь по случаю хорошей погоды. И уже даже пошел к телефону – звонить на пульт охраны, включать сигнализацию, но остановился.