Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 82
— Ты, кажется, умеешь обращаться с этой штукой, — заметила я, успокаиваясь.
— Не совсем, но на военной подготовке мы возимся с винтовками, так что можно догадаться. Против винтовки от него, конечно, не много толку, но с ним как-то увереннее себя чувствуешь, правда?
— Бога ради!
Признаюсь, я посмотрела на это способное дитя с некоторым раздражением. Спасательная кампания становилась с ног на голову. Теперь получалось, что Колин эскортирует меня к Марку. А Ламбиса наверняка отрядят провожать меня домой…
— Вообще-то, — чистосердечно признался Колин, — я жутко боюсь этой штуки. — Он убрал пистолет. — Послушай, не слишком ли высоко мы забрались? Местность становится все более открытой.
Мы приближались к началу ущелья. Чуть впереди виднелось то место, где из-под груды камней и зарослей деревьев у подножия скалы выбивался ключ. Мне показалось, что я узнала старую скрюченную оливу, в дупле которой Ламбис прятал провизию.
— Да, здесь мы выйдем из укрытия. Только дай-ка я сначала одна поднимусь наверх — вдруг поблизости кто-нибудь бродит.
— Ладно. Но не лучше ли нам сначала передохнуть хоть минутку? Здесь подходящее местечко, чтобы присесть.
Он немного поднялся по южному склону оврага, где имелся довольно ровный участок, и растянулся на солнышке. Я присела рядом.
— Кончай свой рассказ, — предложила я.
— А где я остановился? Ага, как Джозеф спрятал пушку. Ну вот, он снова взял в руки свою винтовку и поднялся ко мне. Пока я пытался есть, он сидел там с винтовкой на коленях и смотрел на меня. У меня еда в горле застревала.
— Могу себе представить.
— Я все пытался вспомнить какие-нибудь греческие слова, но вообще-то я его совсем не знаю. — Он ухмыльнулся. — Только что ты выслушала весь мой репертуар, когда разбудила меня.
— В гаком случае ты преуспел. Не будь я столь подозрительно настроена, я бы просто решила, что ты туповат, к тому же слегка не в духе. Где ты раздобыл этот маскарадный костюм? Софья дала?
— Ага. В общем, в конце концов мне удалось-таки припомнить кое-что из классического греческого, и я решил попытаться. Вспомнил, что «брат» будет «аделфос», ну и попробовал. Очевидно, слово это сохранилось в языке без изменения. Вот уж не думал, — простодушно заметил Колин, — что Фукидид и иже с ним когда-нибудь пригодятся.
— И как, сработало?
Он плотно сжал губы, вмиг постарев.
— Да, пожалуй. Он ответил: «Нэкрос» — и для пущей наглядности провел рукой по горлу, вот так, будто отрезая ее. Потом ухмыльнулся, козел вонючий. Извини.
— Что? А-а… да ничего.
— Марк всегда меня затыкает и жутко злится, когда я ругаюсь.
— Марк? Правда? А почему?
— Ну, в общем… — Он перекатился на живот и уставился на дно оврага. — Говорит, одно дело, мол, в школе ругаться, но дома, перед девочками — совсем другое.
— Раз Шарлотта учится в Королевской академии искусств, — бесстрастно заметила я, — думаю, она тебя уже догнала.
Колин расхохотался.
— Вполне возможно, но я ж тебе говорил, что он малость консерватор. Но вообще-то он в порядке, старина Марк, брательник что надо. — Без всякого перехода Колин вернулся к своему повествованию. — После этого Джозеф заткнул мне рот, когда я попытался было что-то сказать. И лишь после его ухода до меня дошло, что он не прятался, позволил мне себя рассмотреть. Сидел передо мной совершенно открыто, прямо на свету, который пробивался сквозь ставни. Объяснить это я мог только одной причиной — они собрались меня убить. Весь тот день я отчаянно пытался освободиться, но лишь разодрал до крови запястья. Но как бы то ни было, вечером того дня пришел не Джозеф, а Софья. Она пришла очень поздно — чуть ли не утром, наверное, — и развязала меня. Сначала я даже этого не понял — двигаться я все равно не мог. Она растерла мне ноги, смазала растительным маслом запястья и перевязала их, а потом накормила меня супом. Она принесла его в открытом кувшине, и он был еле теплым, но жутко вкусным. И еще вино. Я немного поел, прикидывая в уме, скоро ли ноги послушаются меня и смогу ли я улизнуть от нее, но потом вдруг понял, что она знаками велит мне следовать за ней. Знаешь, сначала я ужасно перепугался. Решил, что… ну, в общем, развязка близится. Но оставаться там все равно было совершенно бессмысленно, так что я стал спускаться следом за ней по лестнице. Она шла впереди, так что я ухитрился стащить пистолет из-за той посудины, а потом спустился за ней. Было довольно темно, только-только начало рассветать. Тогда-то я и увидел, что все это время просидел на мельнице. Остальные мельницы стояли тихие и недвижимые, словно привидения. Было зверски холодно. Ах да, я и забыл, она принесла эту овечью шкуру и палку, чему я был чертовски рад; первые несколько минут я стоял и дрожал, словно желе, — от холода и слабости. Она увела меня довольно далеко, куда — я не имел представления, мы прошли сквозь заросли каких-то деревьев и мимо маленькой пирамидки из камней…
— Это придорожный алтарь. Там еще иконка Богоматери.
— Правда? Тогда было слишком темно, я не разглядел. Мы шли уже довольно долго, и уже рассвело — более или менее, и мы добрались до этой широкой тропы. Там она остановилась. Показала мне дорогу и что-то сказала, но я не разобрал. Может, она сказала, что эта тропа ведет к церкви, где они впервые с нами столкнулись; наверное, решила, что оттуда дорогу я найду. Как бы то ни было, она слегка подтолкнула меня и затем заспешила назад. Неожиданно взошло солнце, стало совсем светло, а остальное тебе известно.
— Значит, я все-таки упустила ее! Если б только у меня хватило духу караулить всю ночь!.. Итак, насколько я понимаю, ты решил, что безопаснее спрятаться в овраге и отлежаться там, пока не стемнеет?
— Ну да. В сущности, я просто не в состоянии был долго идти — слишком устал и все тело словно одеревенело, так что подумал: заберусь лучше в укромное местечко и немного отдохну. У меня ведь была пушка, а с ней чувствуешь себя куда надежней. — Он засмеялся. — Само собой, я не собирался так «вырубаться»! Должно быть, я продрых несколько часов!
— Ты же совсем обессилел. Сейчас-то ты как? Пойдем дальше?
— Конечно. Ну и ну, погляди-ка на этих птиц! Кто это?
Тени скользнули по неровной поверхности чуть ниже нас и стали плавно и неторопливо описывать широкие круги. Я посмотрела вверх.
— Ого, Колин, да это бородачи! Бородачи-ягнятники! Кажется, я вчера видала одного. Разве они не великолепны?
Сегодня я уже могла испытывать волнение и восхищение при виде этой редкой огромной птицы, так Же как прежде меня взволновала пестрая змейка. Я и раньше встречала бородача — в Дельфах, да и вчера тоже, но ни разу не видела его так близко, так низко, да еще в паре.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 82
