– Они пытались со мной связаться? А почему я об этом ничего не знаю?! И откуда об этом знаешь ты?
– Оттуда, что Ростов попросил меня помочь оградить тебя, Аня, от твоей вечно голодной до денег семьи. Не вижу смысла в данной ситуации скрывать эту информацию. После вчерашнего, ты просто обязана об этом узнать, – Мирослав закончил завтракать и сделал большой глоток кофе, – твой брат большую часть средств спустил в карты. Мама и сестра обыкновенно растратили в магазинах и ресторанах.
Я в полном шоке ковыряла вилкой омлет. Вот как… Но, в таком случае, я тем более должна поехать к ним и все разузнать.
– Я все равно поеду туда, – произнесла я вслух.
– Обязательно, но сначала я увижу, что ты поела, – сурово заявил Мирослав.
Я согласно кивнула.
Не видела смысла сопротивляться. В конце концов, силы мне сегодня еще ой как пригодятся. Быстро победив омлет, мне пришлось съесть еще и два тоста с абрикосовым джемом. Заботливая Генриетта настояла. Хорошая девушка, похоже. Надеюсь, мы с ней найдем общий язык. Когда все закончится.
К дому мамы мы с Мирославом приехали только через час. Ягудин пошел вперед, заслоняя меня своей могучей спиной.
Поднявшись на этаж, сыщик обнаружил, что дверь не заперта.
– Странно, – прошептал мой спутник и приложил указательный палец к губам, – оставайся здесь, я проверю что к чему.
Вынув пистолет из нагрудной кобуры, он направился вглубь квартиры. На этот раз я послушалась. Если что, один из нас сможет помочь другому.
Но, прошло несколько минут, а Мирослав так и не вернулся. Тогда я на цыпочках отправилась за ним. Не произведя ни единого лишнего звука, миновала узкий коридор. Осторожно заглянула в гостиную, где от увиденного просто застыла на месте.
– Доброе утро, Анна, – поздоровался со мной Герман.
Мой старый знакомый в безупречном и очень дорогом костюме расположился в жутком, буквально доисторическом кресле. За его спиной стояли двое охранников, наведя свои пистолеты на Мирослава, который, в свою очередь, держал на прицеле Германа. На диване же, понурив головы, сидели мама и брат.
– Вы бы не могли приказать своему спутнику, опустить оружие? – спросил Герман.
– Могу, – уже взяв себя в руки, спокойно произнесла я, – но сначала вы расскажете, что здесь, черт возьми, происходит.
– Ничего, о чем вам стоило бы беспокоиться, любовь моя, – так же спокойно ответил незваный гость, – я ведь предупреждал о своих намерениях на счет вас, Анна. Поэтому посчитал нужным разузнать подробнее о семье своей будущей супруги. Не скажу, что эта ситуация меня удивила. Россия – бедная страна и алчных людей, готовых пожертвовать своими родственниками за гроши, здесь очень много. Но, в случае вашего брата, это были не такие уж и гроши. Сегодня утром я спас его от долга в полмиллиона евро, за которые, как не прискорбно, его сегодня могли лишить непутевой жизни. Конфликт улажен и не требует вашего внимания.
Я посмотрела на Ивана – это было жалкое зрелище. Брат сидел вжав плечи, глаза его были красными, словно от слез, смотреть же на меня он даже не пытался.
– Похоже, я должна поблагодарить вас, Герман. Пожалуйста, назовите счет, куда я могу перечислить потраченную вами на мою семью сумму.
– Анна, не говорите глупости. Вы не за что мне не должны. Сейчас же меня беспокоят два вопроса, из-за которых я все еще нахожусь в этой ммм… квартире. Во-первых. Мне известно, что эти люди вчера напали на вас. А во-вторых, ваш брат зависим. И это, похоже, не последний раз, когда он попадает в такую ситуацию. Ваша семья – ваше бремя, а значит и мое.
– Герман. Давайте остановимся на этом. Предоставьте мне такую возможность, решить проблемы с моим “бременем” самостоятельно. Я вам очень благодарна за помощь и готова вернуть долг в любой момент. А что касается ваших планов на меня, уже высказала свою позицию ранее и намерена и впредь ее придерживаться.
Мой собеседник резко поднялся с ветхого кресла и, в несколько шагов преодолев небольшое пространство комнаты, приблизился ко мне.
– Вот это качество в вас, мне очень нравится, Анна, – жарко прошептал он, склонившись к моему уху, а я краем глаза заметила, как в этот момент дрогнула рука Мирослава, державшая его на мушке.
– Хорошо. Я дам вам свободу решать. В последний раз. И долг ваш… готов принять сегодня вечером. Ужин. Просто ужин и все. Я надеюсь, это не слишком большая плата?
– Нет, – покачала головой я.
– Пришлю за вами машину в семь. Где бы вы ни были, – он самодовольно улыбнулся, – до вечера, госпожа Де Круа.
Подав знак своим “волкодавам”, Герман удалился из квартиры.
– Может быть, стоило его пристрелить? – с надеждой на положительный ответ, спросил Ягудин.
– Нет, не стоило, – возразила я и заняла место, только что освобожденное Германом, – итак, мама, рассказывай. Что тут у вас происходит? Ты же мне говорила, что Иван стал успешным бизнесменом, что у вас все хорошо? Так?
– И что, ты теперь нас за это упрекать будешь? – накинулась она на меня. – Твоего брата хотели убить! Что думаешь, что ты вся такая святоша, сделала доброе дело и теперь можешь нас попрекать? Только о себе и думаешь! А о том, что у других могут быть проблемы, ты не подумала?!
– Нет, я ошибся. Пристрелить лучше их, – буркнул Ягудин, снова доставая пистолет из кобуры.
– Мирослав, – я посмотрела на него с упреком.
– Шучу, – пожал он плечами и спрятал оружие за спину.
– Так, значит, такая ваша позиция? – спросила я свою родительницу.
– А что ты хотела? Чтобы мы бросились ноги тебе целовать? – вставил свои пять копеек брат. – Ты трахаешься со всеми, купаешься в бабках папиков, а семье даже помочь не можешь. Мы уже столько лет с копейки на копейку перебиваемся! А ты там жируешь! Вон, мужики тебе миллионы бросают за один только ужин! Зажала? Для родной семьи? Мы тебя кормили, одевали, заботились, и вот так вот ты отплатила! Наняла этого гада Ростова, чтобы защищал тебя от твоей же родной семьи! – для выразительности, Иван плюнул мне под ноги.
Мирослав среагировал молниеносно, огромной нерушимой глыбой подлетев к Ивану, схватил обидчика за грудки и припечатав к стене, словно нерадивого щенка. Раздался треск. Это стена или его позвоночник?
– А-а-а-а! Не трогай моего сына! А-а-а! Убийца! Убери свои руки! А-а-а!
Мать безуспешно пыталась отодрать руку Ягудина от своего великовозрастного отпрыска.
– Мирослав, не надо. Не связывайся. Пожалуйста, – попросила я.
Сыщик поморщился, но отпустил свою жертву. Было заметно, как сильно он хотел стереть Ивана в порошок.
