Под предлогом ненависти - Нетта Хайд

– Тео? – хмурюсь, смотря на него и замечая, как его лицо резко меняется: расслабленное выражение уходит, уступая место задумчивости.

– Черт, Скарлетт, я не должен был… – он запинается, потом вздыхает и с заметной досадой проводит пальцами по волосам, будто пытается вырвать из себя лишние слова. – А-а-а… – стонет он, – рано или поздно ты бы все равно обо всем узнала.

– О чем? – продолжаю находиться в состоянии легкого недоумения. Пока что легкого…

– Тео стал спонсором клуба, и именно он попросил вернуть тебя сюда.

Внезапная тишина. Лишь глухой стук собственного сердца разносится по территории.

– Что?! – выкрикиваю неожиданно для самой себя. – Он попросил за меня? Он…

– Скай, только слепой бы не заметил, что ты ему небезразлична. Особенно, если учесть его дикое желание научиться управлять байком. Он появлялся здесь каждый день, чтобы выучить все как можно быстрее. И я скажу тебе честно – у него настоящий талант. Мог бы гонять профессионально, если бы захотел, но у него была другая цель. Ты.

Меня будто ударило по затылку. Все внутри провалилось. Мое лицо сейчас можно сравнить с холодным асфальтом – такое же бесчувственное, пустое, как будто любой порыв ветра снесет все эмоции, и не останется ни одной. Я не могу ничего выразить, не могу ни улыбнуться, ни нахмуриться. Просто… ступор.

Он тратил свое время. На меня.

Он научился ездить на мотоцикле. Ради меня.

Он попросил вернуть меня сюда. Для меня.

Последнее так кольнуло, что сжало что-то внутри до боли, даже до злости. Я цепляюсь за эту резкую, раздражающую мысль, ведь только она способна сейчас заглушить панику – не пускать в голову ту правду о том, что все это потому, что я ему небезразлична. Это невозможно. Я не могу быть причиной для чьих-то поступков. Но если бы я не нравилась ему… он ведь не стал бы так стараться, правда?

Я иду в полном мраке, достаю телефон, включаю его. Набираю его номер, готова взорваться, накричать, потребовать, чтобы он не вмешивался в мою жизнь. Он не имел права, не должен был…

Но прежде чем из динамика раздаются гудки, я резко сбрасываю и снова выключаю телефон, не желая затрагивать еще одну неизбежную тему для разговора.

Нельзя – я не хочу говорить об этом. Сделал – значит сделал. Мне должно быть все равно.

Мне и есть все равно.

Ха-ха, Скарлетт Скай, давай ты пройдешь курсы, где тебя научат лгать самой себе? Плохая актриса… плоха-а-ая!

Вернувшись в фиолетовую комнату, я беру в руки учебник по правовой этике, намереваясь отвлечь голову от мыслей о нем. Страницы шуршат под пальцами, но ни одно слово не желает складываться в ясную мысль: между буквами, строчками, абзацами – все равно он.

Т щательное исполнение обязанностей является обязательным требованием к деятельности юриста…

Е диные стандарты профессионального поведения определяют доверие к правовой системе…

О тветственность за принятые решения формирует уважение общества…

Л ичные убеждения не должны вступать в противоречие с законом…

Ю рист обязан соблюдать правила профессиональной этики…

Б лагонадежность и честность – основа достойного служения закону…

И сполнение профессионального долга исключает личную выгоду…

Т ребовательность к себе отличает настоящего специалиста…

Абзацы складываются в вертикаль, и по первым буквам выступает фраза, от которой колени начинают дрожать:

ТЕО.

ЛЮБИТ.

…не хватает лишь одного – ТЕБЯ.

Я рехнулась…

Захлопываю учебник, падаю лицом в подушку – и там, в темноте, снова вижу его. Зеленые глаза, обаятельную улыбку, хриплый голос, чувственные прикосновения. Такой красивый, такой умный, такой веселый. И, черт, это ощущение, что он что-то ко мне чувствует…

Мне хочется кричать, рвать волосы, выколоть глазные яблоки, отключить сознание, выдрать из себя это чувство с корнем. Я хочу стереть память, заблокировать даже возможность вспоминать – чтобы никогда не узнать, что всепоглощающая ненависть была только тупым предлогом…

Предлогом, за которым скрывалось нечто жгуче опасное. Что-то такое настоящее, что страшно даже себе признаться.

А ему – тем более.

***

Сегодняшний день проходит в таком же режиме, как и предыдущие несколько, – только вот меня реально нет. Я призрак, пустое тело с мыслями о нем. Он? Он просто отсутствует. Его нет ни на горизонте, ни в воздухе, ни в ощущениях.

К вечеру до меня потихоньку начинает уже доходить кое-что логичное… Наверное, не только я решила избегать его и прятаться. Что если он тоже предпочел не видеть больше ту личность, которой важен только секс с ним? Может, он реально считает, что я не заслуживаю его внимания…

Может, так и должно быть? Может, это и к лучшему?

Но если это так… тогда какого черта я тащусь сейчас навстречу к компании, будто меня кто-то дергает за невидимую нитку?

Останавливаюсь, выдыхаю так, словно задыхаюсь сама от себя, и спрашиваю:

– Вы не знаете, где Тео?

Один из парней с ленивой усмешкой отрывается от разговоров:

– У его старшего брата несколько дней назад была свадьба. Может, он ловит отходняки после этого.

Меня передергивает.

– А вы откуда это знаете? – спрашиваю, хмурясь.

– Ну это же Тео. Он все публиковал в сеть. Ты что, не следишь за ним?

– Что? – переспрашиваю я, вспоминая, что не включала телефон уже несколько дней. – Нет, не слежу.

– Если хочешь, я могу заменить его. Я, если что, тоже отлично пользуюсь членом, Скарлетт.

Закатываю глаза, глубоко вздыхаю и отворачиваюсь.

Вылетаю на улицу, включаю телефон и открываю его профиль. Ничего нет. Ни одной сторис, ни одной фотографии, даже имени нет – просто ничего.

Меня словно обливают ледяной водой.

Я что, в черном списке?

Вот это поворот, вот этого я не ожидала. Смех давится где-то внутри, истерика подступает под кожу. Грудь сдавливает так, что болезненно жжет между ребрами слева. Бинго, это финал.

Пусть катится. Пусть делает, что хочет. Вычеркнул меня из жизни – да еще таким тупым способом? Да пожалуйста. Плева-а-ать.

Психую? Черт, конечно, психую. Потому что меня это какого-то хрена задевает.

Любит меня? Куда отсыпать смех? Я сама себя накрутила этим. У него нет ко мне ничего. И у меня нет ничего к нему.

Пусть идет к черту! И я тоже уйду. Совсем скоро, осталось переждать всего несколько дней до моего дня рождения – и я исчезну отсюда. Свалю, сбегу туда, где нет его проклятой улыбки и ни одного напоминания о нем.

Плевать на