Недотрога для босса

Только тогда не удалось спасти…

Крепче прижимаю Ксюшу к себе. И она не сопротивляется, просто всхлипывает иногда и утыкается лицом мне в грудь.

А потом засыпает… Мягко целую ее в макушку и понимаю, что сделаю все, что в моих силах, чтобы ей помочь…

Через два часа мы уже сидим в клинике, ждем, когда закончится операция.

- Спасибо… - шепчет Ксюша и смотрит на меня такими глазами, что хочется опять прижать ее к себе и держать так, пока все не закончится.

- Не за что, - отвечаю.

- Есть, за что… Вы… - и обрывается на полуслове, потому что к нам выходит Никита.

Ксюша сразу вскакивает и чуть бы не бежит к нему. Я тоже встаю.

- Ну что? – шепчет она с такой мольбой и надеждой в голосе.

- Операция прошла хорошо, - сообщает он Ксюше, а потом обращается ко мне. – Матвей, вовремя ты все успел. Там счет был на часы… Теперь надо время на восстановление. Мы обеспечим самый лучший уход.

- Спасибо, - шепчет Ксюша.

Никита уходит, а Ксения поворачивается ко мне и смотрит на меня такими глазами…

- Спасибо, Матвей Александрович… Спасибо! – шепчет и в следующую секунду обнимает меня, прижимается щекой к моей груди. – Если бы не вы, то…

И запинается, судорожно вздыхая. Прижимаю ее к себе и глажу по волосам и спине:

- Все будет хорошо, Ксюша…

В какой-то момент немного отстраняется и нерешительно смотрит в глаза:

- Как я могу вас отблагодарить за все, что вы сделали?

Серьезно смотрю на девчонку. Ох, Ксюша, Ксюша… Я много чего хотел бы, но не при таких обстоятельствах. Поэтому просто отвечаю:

- Никак не надо благодарить. Ты ничего мне не должна.

- Но…

- Ксения, - строго останавливаю ее. – Я сказал, ничего не надо. Я помог, потому что так захотел. И потому что не мог иначе…

Сам в свое время прошел через это. И надо быть полным поддонком, чтобы в такой ситуации что-то требовать взамен.

Отодвигаю ее от себя и сухо предлагаю:

- Поехали домой. Завтра мой водитель привезет тебя сюда.

Она кивает и молча идет за мной. Садимся в машину, едем какое-то время в тишине. Ксения не выдерживает и тихо начинает:

- Матвей Александрович, я вас чем-то обидела? – и опять этот взгляд, который прямо пробирается в душу.

- Нет, Ксюша. Все хорошо, - сухо кидаю.

- Но… вы как будто разозлились или расстроились…

Смотрю на нее молча пару минут, а потом медленно говорю:

- Самым родным человеком в моей жизни была моя бабушка. И ее не удалось спасти. Тоже инсульт, - и замолкаю.

Я тогда наверно впервые в своей жизни плакал. До сих пор чувствую боль потери. Она дала мне очень много. Гораздо больше, чем родители, которые были увлечены лишь одним – ненавистью друг к другу.

- Извините, я не знала, - тихо говорит Ксюша.

- Мало, кто знает это…

Приезжаем, и я сразу ухожу в кабинет, чтобы надраться. Хреново на душе. Радует лишь одно – мне удалось помочь Ксюше избежать той же ситуации, в которой оказался я когда-то… Ситуации, в которой недостаточное количество денег может сыграть большую роль. И тогда я оказался именно в такой ситуации…

Робкий стук в дверь. Так стучит только она… Да и некому больше. Мария ночует у себя дома, приходит рано утром.

- Да… - кидаю я, а сам гипнотизирую дверь.