Девушка убирает розовую вещицу, открывая мне регистратор. Блять, совсем забыл, что он у меня есть. Это Миха любитель, а мне как-то и без него нормально.
– Я подумала, что если они увидят его, то захотят взглянуть на запись.
– Ты молодец, - прикасаюсь к девушке и радостно замечаю, что она не отшатывается.
Арина вообще интересно реагирует на происходящее. В истерике, шоке, но при этом может судить трезво и придумывает выходы, до которых я бы не додумался.
Моим вариантом было съебаться оттуда и надеяться, что не поймают.
– Просмотри видео, вдруг что интересное увидишь. Я домой пока не повезу, чуть покатаемся.
Голую кожу щиплет холод, но я лишь поправляю джинсы, застёгивая их. Девушка крутиться с регистратором, разбираясь с настройками. Подтянула колени к груди, не собираясь одеваться. А у меня взор всё возвращается к длинным ногам и наливающемся синякам на бёдрах.
Отпечатки пальцев, оставленные ещё утром. Меня обдаёт волной жара от воспоминаний и следов.
Блять.
Не о том думаю.
Внимательно выслеживаю каждую машину, что едет возле нас. Сворачиваю в случайных местах, иногда катаюсь по одному кольцу, чтобы убедиться в отсутствии хвоста.
Девушка включает видео, поворачивая ко мне. Видно, как я направляюсь к салону, а практически сразу за мной она. Как вздрагивает от выстрела, но упрямо идёт в салон.
А затем видно, как убийца подходит к машине. По тому, как наставляет пистолет, я понимаю, что он готов был стрелять. Заглядывает в окна, подсвечивая телефоном. Убедившись, что никого нет, уходит прочь.
Бью по рулю несколько раз.
Сука. Сука! Сука-сука-сука!
Потащил за собой Арину, хотел выпендриться, довести её. А в итоге чуть не довёл до гроба.
– Тише! – девушка сжимает мою ладонь, стараясь успокоить.
– Из-за меня ты чуть не умерла. Ты жива только благодаря упрямству. Если бы он увидел в машине – убил бы.
– Зато, ты точно не убийца.
Глажу тонкие пальцы девушки, задумавшись. Слабое алиби, но хоть что-то было для защиты. А с предъявой про взлом разобраться можно.
Арина продолжает держать меня за руку, хоть я успокоился и не бушую.
– Почему ты не сдала меня?
– В смысле?
– Ты могла. При ментах. Не помогать мне. Взять Алека к себе и выскочить из машины. Но ты защитила.
– Мне хотелось верить, что ты не убийца.
Я не спрашиваю дальше. Арина наклоняет голову, скрывая лицо за волосами. А затем отворачивается к окно, всматриваясь в ночной город. Второй рукой сжимает ремень безопасности, как главную защиту.
Я даже не заметил, когда она пристегнулась. Хотя я в тот момент вообще не соображал.
Как ей удаётся сохранять самообладание?
– Да и знаешь, - вдруг разрушает тишину. – Убийцы не допускают таких осечек, как ты.
Осечки. Арина поверила мне ещё и потому, что я лажал на каждом шагу. Но до встречи с ней я не ошибался. Никаких следов, свидетелей и деталей. Всё чисто, без сучка и задоринки. А как она рядом, так готов лезть без перчаток к трупу и оставлять важные улики.
Всё потому что успокоить её было важнее всего остального. Унять страх, убедить, что я не убийца. Это казалось самым важным – чтобы она не отказалась от меня.
Чтобы осталась рядом до конца, чтобы не произошло. Я постоянно думаю об Арине, когда зол, когда радуюсь, когда возбуждён. За это дни она просочилась во всю мою жизнь.
Я думал, что поиграюсь и отлично проведу время. Что трахну, и наваждение пройдёт. Мало что ли в городе длинных ног и красивой груди? А хер там. Уже не важно, что там у других.
Эту хочется. Решить хочется, понять, присвоить себе навсегда.
Так не вовремя. Как единственное слабое место, в которое можно ебануть. Стоило отпустить, вернуть домой и решать всю поебень. Но теперь не получится. Потому что слишком важна. И если до неё кто-то доберётся…
Всех же на куски порву.
– Ты спрашивала кто ты мне? Ты моя проблема. Одна сплошная проблема.
