Арина
Я не могу понять, что со мной происходит. Превращаюсь влюблённую дурочку рядом с мужчиной, которого знаю несколько дней. Три дня. Три! Я не понимаю, как за это время пробивает все мои защиты, беря не измором, а напором.
Даже отец Алека не смог пробраться далеко, так сильно втереться в душу. Я думала, что любила его, Красавчика, что он был дорог мне и нужнее кислорода. И он был, с ним я поверила, что могу быть счастливой, что всё станет лучше и хорошо.
Не стало.
Проебалась.
Но сейчас, рядом с этим мужчиной, который то притягивает к себе, то отталкивает я чувствую совсем другое. Будто раньше все эмоции были под слоем пыли и защиты. А сейчас Клык трясёт меня, взбалтывает все эмоции и заставляет реагировать. Ни с кем я такого не испытывала и понимала, что ни с кем больше и не испытаю.
– Клык, мне нужен честный ответ, - убедительный, лживый, любой, чтобы заставить меня поверить. – Это твоя очередная игра? Я сломана, Клык. Ты ничего не знаешь обо мне, но у меня очень много проблем. Не ломай меня сильнее, пожалуйста.
– Это не игра. Ты моя и я хочу быть с тобой.
– Пообещай мне одну вещь, пожалуйста. Если мы сделаем это – будем вместе, не важно на неделю и навсегда – давай без лжи, секретов и утаек.
– Хорошо, - н подсаживается ближе ко мне, ведёт пальцами по коже и улыбается. – Но тогда и ты не будешь использовать свою привычку выкручиваться и лгать без лжи.
– Хорошо. Это значит… мы встречаемся?
Может, мужчина и посчитает этот вопрос глупым. Он заявил, что у него серьёзные намерения и я важна ему. И некоторым не нужны было определений отношений. Кому-то, но не мне. Я понимала, что между нами твориться излишнее притяжение, которое не со всеми бывает. Но мне нужен этот дебильный «статус», чтобы чувствовать себя лучше.
– Нет, не совсем, - рука мужчины замирает и он серьёзно смотрит на меня. – Сначала ещё одна правда, чтобы ты могла принять правильное решение. Я убийца.
– Но Баширов…
– Баширова убил не я. Я тебя не поправлял, когда ты верила в мою полную невиновность. Я не убил его, хоть хотел, но убил многих других. Ты должна это знать.
Мне хочется вырваться из объятий мужчины и отскочить подальше. Он убийца, не просто преступник с махинациями, а убийца. Клык мог бы убить и меня, если бы кто-то заказал ему меня до нашей встречи. Или он убивал только ради своего бизнеса, но это тоже не меняет ситуацию.
Всё это неправильно, гадко, аморально. Он отнимал чью-то жизнь, у кого были мечты и планы, семья. Вышел с утра, а вечером уже лежал в морге. Из-за мужчины, который теперь сжимает мою руку и заглядывает в глаза с надеждой на понимание.
– Это были конкуренты или случайные свидетели?
– Только ребята из криминала.
Его ответ уже не важен, но хочу знать. Толи хоть немного оправдать в своей голове, толи просто заполнить гробовую тишину. Потому что я не знаю, как себя вести, как правильно отреагировать.
Есть какой-то самоучитель по тому, как стоит реагировать, если твой мужчина оказался убийцей?
Мне нужно сказать, что это всё меняет. Мои чувства, планы, согласие быть его.
Но проблема в том, что это не меняет.
Я смотрю на него и всё ещё вижу того Клыка, который ворвался в мою жизнь и перевернул всё. С лёгкой неуверенностью во взгляде, с крепкой хваткой горячих пальцев и улыбкой.
– Я не знаю, что ты хочешь услышать от меня. Что я понимаю? Я понимаю, - вижу удивление в глазах мужчины и подстраиваюсь под его ласки рукой по моим волосам. – Ты делал то, что считал нужным ради бизнеса и выживания. Чтобы я признала, что это нормально или приемлемо для меня? Нет, я никогда не стану одной из тех жен криминальных авторитетов, которым всё равно на происходящее. Не смогу.
Клык подсаживается ближе, зарываясь лицом в шею и ловит каждое моё слово, ожидая вердикта. Он практически лежит на мне. Его ладони на моих плечах, руках, путешествуют по всему телу, отвлекая, заставляя забыть тему разговора.
Когда он так близко я вся дрожу. И далеко не от страха или даже возбуждения. От самой мысли, что он рядом, превращаясь из наглого мудака в домашнего кота. Он практически мурлычет и ласкается. И то, что такой мужчина выбрал меня, хочет быть только со мной – это подкупает. А вместе с его улыбкой и лёгкими прикосновениями делает практически безвольной.
– Клык, я не собираюсь просить тебя бросить всё ради меня. Я понимаю, что это глупая затея. Но я не хочу быть частью этого мира.
Мужчина напрягается, но больше ничем не выдаёт своё состояние. Пальцы всё так же прокладывают дорожки по сгибу локтя, щекоча, а дыхание всё-такое же ровное.
Но мне кажется, что за это время я узнала его достаточно хорошо, чтобы различать все грани эмоций, даже не видя лица и реакции.
– Это не мой мир, не смотря на мою работу. И если ты сможешь сделать так, чтобы я не натыкалась на трупы или разборки, чтобы бандиты не врывались во время наших свиданий – то я смогу это принять.
Клык резко поднимается, возвышаясь надо мной, и внимательно всматривается в моё лицо. Он улыбается ещё шире, мальчишеской улыбкой, и накрывает мои губы. А затем усыпает короткими поцелуями всё моё лицо, переходя на шею и ключицы. Он целует везде, колет двухдневной щетиной, слегка прикусывая оставленные ранее следы.
