могла решить это за две минуты по телефону, если бы клиент не запаниковал и не начал искать подвох в каждой запятой.
В этот момент в кармане его пиджака сильно, настойчиво завибрировал телефон. Гулкий звук в тишине переговорки прозвучал оглушительно громко. Все трое вздрогнули и повернулись к нему.
— Извините, — пробормотал Игорь, с трудом вытаскивая аппарат из внутреннего кармана.
На экране горело: «Семён Семёныч». И в голове Игоря тут же пронеслось: «Бля. Похоже, началось. Как не вовремя-то…»
Дарья бросила на него убийственный взгляд, который ясно говорил: «Ты серьёзно сейчас, сука ебливая?»
Игорь, извиняюще подняв палец, перебил их:
— Мне… простите… я отойду. Это очень важный звонок.
Дарья, не отрывая раздражённого взгляда от Глеба, махнула ему рукой, будто отмахиваясь от назойливой мухи.
— Иди.
Игорь, почти пригнувшись, вышел из переговорки, тихо прикрыв за собой дверь. В коридоре он сделал глубокий вдох и поднёс телефон к уху.
— Алло, Семён Семёныч, слушаю вас…
В трубке послышалось лёгкое покашливание, а затем зазвучал ровный, монотонный, лишённый всякой эмоциональной окраски голос.
— Коллега, — начал Семён Семёныч, чётко выговаривая каждый слог, как будто диктуя протокол. — Время, как я вам уже неоднократно информировал в ходе наших предварительных бесед, настало. Начинаем операцию по реализации того пакета ценных бумаг, о котором шла речь. Соответственно, мне в срочном порядке, в рамках обеспечения бесперебойности процесса, необходимо, чтобы вы осуществили перевод денежных средств на ваш торговый счёт в личном кабинете. Речь идёт о начальном гарантийном обеспечении. Сумма, как мы и договаривались, — двести тысяч российских рублей. Без этой суммы выставление ордеров на продажу, так сказать, невозможно в принципе. Прошу вас в кратчайшие сроки совершить необходимую операцию.
Игорь мысленно выругался: «Блин, ну как назло, а…»
— Семён Семёныч, — сказал он, понижая голос, — я сейчас не смогу зайти в личный кабинет. Я не за рабочим компьютером. Я… не на месте.
Семён Семёныч на том конце провода сделал паузу, столь красноречивую, что она была слышна.
— Коллега, — зазвучал его голос, став ещё более размеренным и ещё более нудным. — Позволю себе напомнить, что именно вы, так сказать, проявили первоначальную инициативу в данном совместном предприятии и неоднократно подчёркивали свою заинтересованность в его скорейшей реализации. И несвоевременное обеспечение процесса может повлечь за собой упущение благоприятной конъюнктуры, что, в свою очередь, негативно скажется на потенциальной доходности операции для всех участников. Это… как вы понимаете, нежелательное развитие событий.
— Да-да, я знаю, Семён Семёныч, — поспешно сказал Игорь. — Просто я сейчас с Дарьей в переговорной. Она с клиентом беседует, и меня с собой взяла… отлучиться пока не могу.
На этот раз пауза была дольше, а последовавший за ней голос выразил не просто недоумение, а целый комплекс аналитических сомнений.
— Хм-м… Дарья Станиславовна? Это, так сказать, для меня новость. Она, как вам, наверное, известно, не является сторонником личных встреч с клиентами, считая их нерациональной тратой рабочего времени, которое можно более эффективно использовать для анализа рынка. Если, конечно, не секрет, дружище, в чём суть проблемы клиента, раз она столь кардинально, э-э-э, пересмотрела свои взгляды на оптимальные форматы трудового взаимодействия?
Игорь вздохнул, понимая, что придётся признаваться в своей глупости.
— Да нет, там даже не проблема… эм… это я назначил встречу, пока её не было. Я просто не знал, что…
Семён Семёныч перебил его, неожиданно начиная хвалить своим сухим, лишённым эмоций, но при этом удивительно многословным образом.
— Похвально, дружище. Весьма похвально. — Его голос приобрёл оттенок почти отеческого одобрения. — В вашем поступке прослеживается здоровая инициатива и понимание базовых принципов клиентоориентированности. Я всегда говорил — и не устану повторять — что личная, персонифицированная коммуникация с контрагентами является одной из важнейших, если не ключевой, составляющих нашей трудовой деятельности в сфере доверительного управления. Формальные барьеры, безусловно, необходимы для системности, но живой контакт, позволяющий прояснить нюансы и снять психологическое напряжение, зачастую является тем самым катализатором, который переводит потенциального партнёра в разряд лояльного клиента. Я, признаться, весьма рад констатировать, что мы с вами, судя по всему, мыслим в одном диапазоне мировоззрения касательно фундаментальных основ эффективной трудовой деятельности. Это обнадёживает и внушает определённый оптимизм в контексте нашего дальнейшего сотрудничества.
Игорь слушал, слегка опешив.
— Э-э… ну да, я тоже так подумал, — промямлил он.
— Конечно, конечно, — подхватил Семён Семёныч, и его голос снова обрёл ту же размеренную, аналитическую интонацию. — Но в свете сложившейся, э-э-э, оперативной обстановки и вашей текущей занятости, возникает закономерный вопрос, касающийся дальнейшей координации наших действий. Для минимизации временных издержек и сохранения, так сказать, синергии нашего взаимодействия, мне бы хотелось уточнить один принципиальный момент. А именно — степень доверия, которую вы готовы делегировать в рамках нашего совместного, так скажем, проекта.
— Э-э… что? — ничего не понял Игорь.
— Я имею в виду, — уточнил Семён Семёныч без тени смущения, словно объясняя очевидный пункт инструкции, — доверяете ли вы мне, как партнёру и, так сказать, техническому исполнителю, в достаточной мере, чтобы предоставить временный доступ к вашему торговому счету? Иными словами, готовы ли вы передать мне логин и пароль от вашего личного кабинета, дабы я, действуя от вашего имени, мог оперативно совершить необходимые операции с акциями в оговорённое нами время, не дожидаясь вашего личного присутствия? Это позволило бы нивелировать фактор вашей текущей занятости и обеспечить бесперебойность процесса.
Игорь почувствовал, как внутри у него что-то ёкнуло от облегчения. Это было идеальное решение. Не нужно никуда бежать, ничего срочно делать.
— Да-да, конечно! — почти выпалил он, понижая голос до шёпота. — Я был бы только рад! Я вам полностью доверяю, Семён Семёныч!
— Что ж, коллега, — прозвучал в ответ его ровный, одобрительный голос. — В таком случае, я расцениваю ваше согласие как проявление здравого смысла и партнёрской логистики. Как только вы сможете безопасно отправить мне необходимые реквизиты для доступа, а я прошу вас это сделать в срочном порядке. И параллельно, вам всё же критически важно в ближайшее время осуществить перевод денежных средств на ваш торговый счёт. Без наличия денежных средств на балансе, даже при наличии технического доступа, совершение операций, так сказать, лишено какого-либо практического смысла. Рекомендую сделать это при первой же возможности, а я, со своей стороны, начну подготовительные процедуры.
— Хорошо, я понял, — сказал Игорь, кивая в пустоту, хотя Семён Семёныч этого видеть не мог. — Сейчас же переведу деньги.
— Превосходно, — прозвучал в ответ сухой, одобрительный голос. — В таком случае, жду ваши данные, коллега.
— Понял, — коротко ответил Игорь, и связь прервалась короткими гудками.
Он опустил телефон, тяжко вздохнув. Чувство было двойственным: с одной стороны — лёгкость
