очень ценное качество как для примерной христианки, так и для будущей жены.
Рука Эмили так и потянулась к ножу, что лежал неподалёку. Ещё немного и из примерной христианки она превратится в кровожадного убийцу.
Мистер Гриффин задержал на ней взгляд. Она спохватилась и постаралась придать лицу более миролюбивое выражение.
– Щедрость, доброта и самопожертвование – качества, достойные похвалы, – заключил гость. – От каждого своего служителя Господь ожидает их проявления. Особенно, если они исходят из сердца и побуждаемы любовью.
– Мне кажется, что ключевым здесь является слово любовь, – продолжал Натан. – А ее у мисс Фейн с избытком. Она готова дарить ее каждому, кто в ней нуждается.
– Мистер Гриффин, – не удержалась Эмили, – боюсь, мистер Коулман преувеличивает мои достоинства. Он обладает тем редким качеством думать о людях гораздо лучше, чем они есть на самом деле.
– Вот видите, – не унимался Натан, – теперь вы ещё воочию можете наблюдать и скромность мисс Фейн.
Всё! Терпению Эмили пришел конец! Под столом она отвела ногу назад, а потом со всей силы вонзила носок туфли в его голень. Натан резко дернулся и замычал.
– Что с вами?! Вам плохо?! – испугалась Джудит.
– Нет, нет, всё в порядке. Просто ногу свело. Сейчас это пройдет.
Он наклонился немного вперёд и потирая ушибленное место, не сводил с Эмили мстительных глаз.
– Мистер Гриффин, как вам наши края? – взял на себя инициативу мистер Фейн. – Насколько мне известно, вы прибыли к нам из центральной части Йоркшира. У нас же здесь климат более влажный и с моря часто дует порывистый ветер. Готовы всё время держать края шляпы, чтобы ее ненароком не унесло?
– Мистер Фейн, я отношу себя к тому роду людей, которые рады любому уголку природы. Жить у моря моя давняя мечта…
Наконец, разговор повернул в безопасное для Эмили русло. До конца обеда ей больше не пришлось краснеть, а Натан если и вступал в разговор, то говорил по делу и без тайного смысла.
Как Джудит и обещала, после приема пищи дочь исполнила три романса. После этого молодые люди распрощались с хозяевами, а те в свою очередь выдохнули. Но до самого вечера Ларри с Эмили слушали восторженные отзывы матери о воспитанном, умном, начитанном и владеющим прекрасными манерами мистере Гриффине. При этом она не переставала хвалить Натана Коулмана, который так хорошо отзывался о ее дочери.
В который раз Эмили пришлось молчать, чтобы не наговорить гадостей о последнем. И только лёжа в постели и думая о прошедшем обеде, она не удержалась и воскликнула:
– Какой же он всё таки болван!
Глава 8
– Эмили! – разнесся голос Джудит по небольшому саду семьи Фейн. – Эмили, где ты?!
– Я здесь! – отозвалась она, и срезав последнюю розу, направилась в ту сторону, откуда доносился голос матери. – Что-то случилось?
Джудит выглядела возбуждённо и постоянно поправляла на себе палантин.
– Только что пришло приглашение в дом мистера Майерза. Он написал, что сегодня устраивает небольшой вечер в честь нового преподобного. Тебе нужно немедленно привести себя в порядок. Посмотри на свои руки! – в ужасе воскликнула она. – Они похожи на руки садовника! Не хватало ещё предстать перед мистером Гриффином с такими ногтями. Он может подумать, что мы настолько бедны, что сами ухаживаем за своим садом.
Эмили осмотрела свои руки.
– Зато вы с гордостью сможете сообщить ему, что помимо скромности, щедрости и доброты, я обладаю ещё таким качеством как трудолюбие.
Джудит уже было открыла рот, чтобы возразить дочери, но, как ни странно, ее слова понравились ей. Она сразу же загорелась этой идеей, как вдруг задумалась, а потом вообще махнула рукой.
– Ну уж нет! Пусть лучше мистер Гриффин как-нибудь по другому узнает об этом твоём качестве. Всё таки не стоит ходить перед ним с грязными ногтями. Кстати, рассказать ему о тебе вполне может мистер Коулман. Надеюсь он будет присутствовать на этом вечере.
Эмили скривила лицо.
– Так, отдай это мне, – забрала Джудит у нее корзину с цветами, – и скорее иди отмываться. У нас есть всего лишь пару часов, чтобы привести тебя в должный вид. Только бы Майерзы не позвали к себе Брамсов и Дэвисов! Не хватало ещё лицезреть их дочек. Те так и будут льнуть к нашему мистеру Гриффину, а он, как истинный джентльмен, не откажет ни одной из них в танце! Вот уж настоящие охотницы за мужьями! И зачем люди заводят столько детей?
Эмили чуть не рассмеялась. Уж кто бы говорил!
Отряхнув платье от земли, она направилась в дом.
Семья Фейн прибыла в поместье Майерзов к самому ужину. Хозяин радушно принял их и проводил вместе с остальными гостями в столовую. Там был накрыт длинный стол.
К несчастью Джудит, и счастью Эмили, здесь не было Натана, но были дочери Брамсов и дочери Дэвисов. На две семьи их оказалось семь штук.
За столом мистер Гриффин оказался сидящим между старшей мисс Брамс и средней мисс Дэвис. И если первая была блондинкой, то вторая брюнеткой. А напротив него расположилась рыжеволосая дочь Майерзов. Эмили подумала, что преподобный сидел в таком цветнике, что мог выбрать себе жену на любой вкус.
Пока шел ужин, от тётушки Агнес Эмили узнала очередное неприятное известие. Оказывается, сегодня утром Натан Коулман отправился в Лондон, и, судя по всему, собирался пробыть там не менее двух недель. У него появились какие-то неотложные дела, которые не терпели отлагательств, и он сообщил управляющему, что вернётся в поместье лишь когда все их закончит. Эмили хоть и старалась выразить сожаление по поводу его неожиданного отъезда, но на ее лице расцвела улыбка и не сходила с него всё то время, пока сидела за столом.
После ужина все отправились в бальный зал. Эмили уже приготовилась занять место с пожилыми дамами и развлекаться в их обществе до самого конца вечера, как вдруг перед ней возник мистер Гриффин и пригласил ее на первый танец.
Эмили немало удивилась его приглашению, но всё же с большим удовольствием приняла его. Сегодня ей явно сопутствовал успех!
Мистер Гриффин оказался отличным партнером. Несмотря на слегка полноватую фигуру, он уверенно вел в танце, не наступал на ноги и вовремя совершал необходимые повороты. А ещё, он успевал спрашивать ее о вечере, настроении и ужине.
– Мисс Фейн, не откажете ли вы исполнить со мной ещё один танец? – спросил он, когда отвёл ее в сторону. – Если четвертый танец у вас не занят, то могли бы вы оставить его за мной?
– Конечно, мистер Гриффин. Я
