он посмотрел на мою руку, где, конечно, красовалось новенькое обручальное кольцо. Я поймала себя на том, что смотрю на него по меньшей мере двадцать раз в день, а еще двадцать раз трогаю его. Я все еще не могла поверить, что он дал его мне.
– Шутишь небось? – рявкнул он.
– И не думала.
Я была в джерси «Грейвс».
– Ага… – Вот так просто конфликт был улажен. – Ясно.
Мужчина притормозил и, казалось, на секунду задумался.
– Не могла бы ты передать ему, мол, Гэри из Дентона надеется, что он не бросит эту гребаную команду? Простите мне мой французский, но без Грейвса нам трындец.
Что я могла сказать ему?
– Конечно. Передам.
Но когда я взглянула на поле, здоровяк уже исчез.
– Это было ужасно, – невозмутимо сказал Зак.
Табло по-прежнему издевалось над болельщиками и покинувшими поле игроками, показывая: 31–14.
Черт.
– Нам надо убираться отсюда, – сказал Зак, глядя на верхние ряды, где дело близилось к потасовке.
Да, надо убираться.
– Идем, – сказала я, указывая в нужную сторону. Он положил руку мне на плечо и пошел следом за мной.
Я стала пробираться сквозь толпу, которая текла по лестнице к выходу. Шум стоял такой, что у меня даже уши заложило. У меня в кармане лежало два пропуска, так что я повернула в небольшой закуток у киосков, где не было народа.
– Ну что, идешь в семейную комнату? – прокричал Зак.
Я вспомнила плачевный итог матча и пожала плечами.
– Даже не знаю. Пойдешь со мной?
Зак бросил на меня взгляд, который слишком напоминал любимый взгляд Эйдена.
– Нет. – Это был глупый вопрос, но Зак достаточно любезно ничего по этому поводу не сказал. – Но тебе стоило бы.
– Вряд ли он захочет видеть меня прямо сейчас, – сказала я ему на ухо, встав на цыпочки.
– Иди, – твердо сказал Зак, отступив назад.
– Не хочу бросать тебя одного, – объяснила я. – К тому же, а что, если Эйден не захочет подвезти меня до дома?
– Вали уже, Вэн. Ты не бросаешь меня, и мы оба знаем, каково сейчас Эйдену. Возможно, я пропущу стаканчик перед тем, как ехать домой. Но если я тебе понадоблюсь, позвони.
Я не питала особых иллюзий. Я знала Эйдена – знала, как болезненно он переживает каждое поражение, особенно такое сокрушительное, в плей-офф. Возможно, мое сообщение стало для него неожиданностью, но тревога грызла меня изнутри.
Черт. Что он сделает? Наорет?
Плевать. Я не из трусливых.
Убедившись, что Зак не сядет за руль пьяным, я направилась в семейную зону. Охрана была строже обычного, но я пробилась. Помещение было забито – люди стояли тесными группами. Одни пытались сохранять бодрость, другие не скрывали разочарования, но общая атмосфера висела тяжелым одеялом. Вот дерьмо.
Похоже, я была не единственной, кто боялся этой встречи.
Я не была уверена, что Эйден вообще захочет меня видеть. Да, он дал пропуск и намекнул, что ждет меня на игре. Но это было до поражения. Я нащупала в кармане мятное печенье – взяла на всякий случай. Прежний Эйден предпочел бы одиночество. Но тот Эйден, которого я узнала сейчас… в нем я уже не была ни в чем уверена.
С другой стороны, я пойму, если он не захочет разговаривать. Не стану обижаться. Не позволю этому ранить меня надолго.
Это была деловая сделка, а мы – друзья.
Эти слова отозвались пустотой в груди. Сезон окончен. Что будет дальше с Эйденом?
Не зная, чего ожидать, я встала в углу у коридора, чтобы перехватить его до того, как он уйдет.
Вскоре из раздевалки начали выходить игроки. Но Эйдена среди них не было.
Нервно потерев ладони о джинсы, я проверила телефон – ничего нового. Я чувствовала себя неловко, стоя в одиночестве. Переминаясь с ноги на ногу, я вертела обручальное кольцо, ощущая гладкий край камня. Все больше игроков выходило из раздевалки, некоторые бросали на меня взгляды, но большинство спешило к своим близким. Время текло, комната пустела. Пора было решать, сколько еще ждать. Может, десять минут? Зак уже уехал. Диану тревожить не хотелось – она была со своим парнем.
Снова потерев руки, я сглотнула и осталась. Принялась играть с молнией куртки: вверх-вниз, вверх-вниз.
Десять минут прошли, а Эйдена все не было. В комнате осталась лишь я.
Я достала телефон, нашла номер такси. С вздохом подняла голову, уже собираясь набрать номер… и увидела его. Высокого темноволосого мужчину, шагавшего по коридору. Его лицо кричало: «Не подходи». Плечи и сжатые в тонкую линию губы говорили то же самое.
Вот черт.
На мгновение мне захотелось отступить и вызвать такси. Но… я уже была здесь. И я знала – он не станет меня унижать.
– Эйден! – окликнула я тише, чем планировала.
Его темные глаза поднялись с пола, шаг замедлился. Он остановился. На нем был темно-серый костюм, сидевший безупречно. Лишь спортивная сумка через плечо напоминала о том Эйдене, которого я знала – том, что предпочитал шорты, кроссовки и старую толстовку. Между его густыми бровями на мгновение легла складка, и, не успев подумать, я помахала ему рукой.
Помахала еще раз. Господи.
Уголок его рта дрогнул, и я поняла – совершила ошибку. Не стоило приходить. Надо было уехать с Заком.
Его ноздри расширились, он сделал шаг. Затем еще. Молча.
Я идиотка. Какая же я идиотка. Какие знаки внимания? Что я вообще думала? Да, мы делились сокровенным, но это не значит, что мы друзья. Можно доверять человеку, но не быть ему другом… правда?
Еще шаг – и он остановился прямо передо мной. Почти на полметра выше, гораздо шире… он казался гигантом, заполнившим собой полкомнаты.
От него исходило тепло, пахло чистотой. Я сглотнула, выдавила дрожащую улыбку.
– Привет, здоровяк. Не знала, захочешь ли ты меня видеть, но…
– Хватит.
Он наклонился, одна рука коснулась моей щеки, другая обхватила шею. И он поцеловал меня.
Эйден поцеловал меня.
Его губы прижались к моим – твердо, почти грубо. Я сделала то, что сделал бы любой здравомыслящий человек: расслабилась и ответила на поцелуй. Наши губы встретились, а затем раздался хриплый вздох, прошедший через мою шею. Его лоб прижался к моему.
Так. Ладно. Все в порядке.
Я не понимала, что, черт возьми, только что произошло, но не собиралась искать в этом скрытых смыслов.
Сердце колотилось, я потянулась к нему, чтобы поцеловать так же сильно. Ладонь легла на его шею, ощущая рельеф мышц. Я опустилась на пятки, и его лоб последовал за мной. Я провела рукой по его упругим
