в моей жизни, даже если потребуется на какое-то время разойтись.
– Что?
– Я уважаю твое решение. Если не хочешь особо высовываться, пока все не разрешится, будь по-твоему. – Хейден взяла его за руку и робко взглянула на Броди. – Но я не хочу расставаться навсегда. И не хочу, чтобы наши отношения заканчивались.
Броди ласково посмотрел на нее.
– И я тоже. А еще мне не нравится идея не высовываться.
– Правда?
Он шагнул ближе, наклонился и поцеловал ее в губы – прямо в коридоре. Увидит их кто-нибудь или нет, какая разница? Он мечтал об этом, похоже, целую вечность.
Точнее, он не целовал Хейден всего лишь несколько дней, но уже успел чертовски по ней изголодаться. Когда Броди скользнул языком ей в рот, углубив поцелуй, оба застонали. Через пару секунд он почувствовал, как у него встает. Ему отчаянно хотелось поцеловать ее еще крепче, прикоснуться к каждому дюйму ее тела.
Вспыхнув, Хейден разорвала поцелуй и отступила, пока Броди не поддался порыву затащить ее в ближайший туалет и оттрахать до потери сознания.
– Приедешь в отель после допроса? – прошептала она. Хейден после поцелуя выглядела чуть запыхавшейся.
Он широко улыбнулся.
– Прибуду в лучшем виде.
– Не обязательно в лучшем. Но можно в голом. – Она одарила Броди ответной сногсшибательной улыбкой. – И не заставляй меня ждать. Мне еще надо кое-что тебе сказать.
Глава тридцать первая
Пару часов спустя Броди вошел в отдельный лифт «Ритца», подождал, пока коридорный повернет ключ, дающий доступ в пентхаус. После того как паренек выскользнул из кабины, Броди прислонился к стене, чувствуя себя так, будто сперва пробежал Бостонский марафон[14], а затем взобрался на Эверест.
Разговор со следователями, присланными лигой, напоминал пытку в чистом виде. Броди в костюме и галстуке, который его практически задушил, сидел на стуле и давал показания сначала против человека, которого некогда считал другом, а потом против прежде уважаемого шефа.
Слава богу, этот адский день закончился. Он не знал, к чему приведет расследование, чем оно завершится, но сейчас дышать стало чуть легче.
По крайней мере, отчасти. Броди до сих пор не сумел окончательно принять тот факт, что Беккер его предал.
Броди знал: если он захочет примириться с этим, ему потребуется длительное время. Однако он вышел из конференц-зала с чистой совестью, а теперь не мог дождаться, когда же окажется в объятиях Хейден и забудет обо всем, кроме любви к ней.
– Детка! – позвал он, едва двери лифта открылись, и шагнул в гостиную.
– Я здесь, – послышался ее голос.
Хейден обнаружилась в спальне. Скрестив ноги, она сидела посреди кровати – в той же свободной зеленой юбке и желтой блузке, которые были на ней днем. Черт. А Броди надеялся, что она будет голая.
Впрочем, эту ситуацию легко было исправить.
Хейден соскользнула с матраса, шагнула навстречу Броди, и юбка закрутилась вокруг крепких бедер.
– Как прошел допрос?
– Ужасно. Но я думаю, мне удалось убедить их, что я ни в чем не виновен.
На лице Хейден показалось облегчение.
– Хорошо. – Встрепенувшись, девушка добавила: – Я кое-что узнала о Сэме Беккере, и тебе эта информация не понравится.
Броди сглотнул.
– Я в курсе. Кто тебе сказал?
– Подслушала, когда папа общался с ним по телефону. – Она прикусила губу. – Значит, все правда? Он действительно брал взятки?
– Ага. Никлаус тоже. Наш гребаный вратарь, Хейден. – Злость вдруг вспыхнула с новой силой подобно удару под дых. – Поверить не могу, что они пошли на такое. Особенно Сэм.
– Мне жаль. – Хейден мягко коснулась его подбородка. – Но я думаю, когда-нибудь в будущем ты простишь Сэма. Если уж я могу простить папу, то и ты сумеешь извинить своего друга.
– А если у меня не получится? – неуверенно спросил Броди.
– Я тебе помогу. – Хейден иронично улыбнулась. – Я же профессионал. Сам посуди, разве я не простила тебя, когда ты меня бросил?
Он тихо фыркнул.
– Я запаниковал, ясно? И я лишь предложил поставить отношения на паузу… – Он осекся, заметив веселье во взгляде Хейден. – Ты не злишься?
– Конечно, нет. – Она провела указательным пальчиком по изгибу его скулы. – Я не способна злиться на мужчину, которого люблю.
У Броди перехватило дыхание. Он не посмел поддаться эмоциям, которые, казалось, вот-вот хлынут через край.
– Ты серьезно?
– Да. – Она смотрела на него в упор. – Я люблю тебя, Броди. Да, я спорила всякий раз, когда ты говорил, что мы идеально друг другу подходим, но… теперь я не намерена сопротивляться. – Она вздохнула. – Моя звезда хоккея, я влюбилась в тебя. Когда мы вместе, земля сходит с оси, и мне это нравится.
Признание грело Броди душу, наполняло сердце радостью, а кровь быстрее бежала по венам.
– Я понимаю, что ты хоккеист, у тебя особый образ жизни, и я готова быть его частью столько, сколько потребуется, – добавила Хейден. Глаза ее сверкали решимостью. – Я даже согласна посещать твои матчи. – Она задумчиво пожевала губу. – Хотя, наверное, в эти моменты буду делать заметки для лекций. Понимаешь, мне до сих пор не нравится хоккей, но я обязательно постараюсь, чтобы…
Броди заглушил ее слова поцелуем, но, когда она охотно разомкнула губы, отстранился.
– Я не всегда буду играть в хоккей, – хрипло произнес он. – Кроме того, возможно, на следующий сезон заключу контракт с клубом Западного побережья. Ты продолжишь преподавать в Беркли, и мы могли бы… ну… начать строить совместную жизнь. Купим дом… – Не успели слова сорваться с губ, как Броди понял, что, вне всякого сомнения, именно этого он и хочет.
Общий дом с Хейден. Жизнь с женщиной, которая не обращала внимания на высокий статус, а видела в нем просто мужчину.
– Я люблю тебя, – взволнованно проговорил он. – Больше, чем хоккей, больше, чем спортивный успех. Я хочу каждое утро просыпаться и видеть твою улыбку, ложиться в постель вечером и прижиматься к тебе. Слышать тот звук, который ты издаешь, когда кончаешь. А однажды… завести с тобой детей. – Он положил руки на ее стройные бедра, приобнимая. – Ты позволишь мне?
Хейден закинула руки ему на шею и, встав на цыпочки, поцеловала Броди долгим, томительным поцелуем, обещавшим любовь и смех, и жаркий, бесконечный секс. Слегка отстранившись, она прошептала «да» и снова прильнула к его губам.
Броди углубил поцелуй, вытащил блузку Хейден из-под пояса юбка, скользнул руками под ткань, погладил шелковистую кожу. Их языки сплелись, руки Броди легли на полную грудь.
Хейден застонала.
– Одну секунду… – Она метнулась к тумбочке и вытащила презерватив. Потом схватила Броди
