Ознакомительная версия. Доступно 27 страниц из 176
не нужно никому из нас это общение, будем просто не замечать друг друга?»
— Вась, поможешь мне? — в дверях кухни стоял Арсений в одних своих потертых джинсах, с мокрыми волосами, и протягивал мне пластырь.
Я завороженно проследила за каплями воды, стекающими с волос по смуглой груди, ниже, по невозможному рельефу торса, исчезая в темной дорожке, ныряющей под пояс штанов. В горле разом пересохло так, словно окружающий мир стал раскаленной пустыней, и именно эти чертовы капли остались последней в нем влагой. Я сглотнула так громко, что и сама испугалась этого звука и резко развернулась, давя шумный выдох.
— Вась, пластырь… я там сам не достану, — хрипло напомнил о себе Арсений. Будто я могла забыть!
Обернувшись, я посмотрела на мое личное наваждение. Арсений уже повернулся спиной и уперся ладонями в стол, слегка наклоняясь вперед, давая мне доступ к глубокой царапине на лопатке. Он стоял, опустив голову и глядя прямо перед собой, и совершенно не выглядел расслабленным. У меня болезненно потянуло внизу живота и от этой его позы, и от того, как вдруг стало тесно от его большого тела в просторной, вроде, кухне, и от запаха, присущего только ему, который не могли бы уничтожить, наверное, тонны воды и литры самого пахучего геля для душа. Он пах моей слабостью, моей бессонницей, всем тем, чего я боялась в себе и отказывалась признавать. Пластырь. Ничего сложного, просто взять чертову липкую полоску и наклеить. Я шагнула ближе и, взяв пластырь, протянула руку к его спине. Как только пальцы ее коснулись, Арсений вздрогнул, и вся кожа покрылась крупными мурашками, которые не увидел бы только слепой. Чайник засвистел, пугая меня. Я, надеюсь, научусь когда-нибудь не замечать этого мужчину и то, что происходит, как только мы сближаемся? Да, Василиса… А ты та еще фантазерка!
ГЛАВА 22
Арсений.
Одно неуверенное касание теплых пальцев к моей коже, и зрение и слух отказали за ненадобностью. Все мои способности что-либо чувствовать и воспринимать мгновенно сконцентрировались там, в этих крошечных точках контакта. Невыносимо хотелось выгнуться, как одуревшему от валерьянки коту, и, развернувшись, начать ласкаться, тереться лицом, всем телом о ее ладони, живот, бедра, нахально вымогая больше. Даже если нет никаких шансов получить ничего, кроме оплеухи и возмущения в ответ. Василиса провела по моей лопатке, изучая место, куда прилепить чертов пластырь, и мне пришлось сжать зубы, задерживая дыхание. Прикрыв глаза, я стал умолять про себя: «Ну, давай же, погладь меня еще. Смелее, Васька! Проведи ладонью вдоль позвоночника и посмотри, что можешь сотворить со мной! Обопрись второй рукой на поясницу, ведь так тебе будет удобнее, клянусь! Наклонись вперед, так, чтобы соски коснулись спины, прижмись бедрами сзади… я же долбаный пострадавший, нельзя оставлять мои травмы без тщательного внимания!»
Видение того, как Василиса прижимается ко мне сзади, как ее ладони, обследовав спину, отправляются на поиски новых проблем со здоровьем, проскальзывая под руками на грудь, а оттуда медленно, вытягивая из меня все жилы, ниже, чтобы обнаружить там одну очень насущную проблему. Вот прямо колом стоящий вопрос жизни и смерти! И найдя его, она, конечно же, предложит мне помощь, ибо как же оставить страждущего в беде? И как бы я активно ей содействовал в моем излечении! Вот прямо не покладая рук. Содействовал и содействовал. Снова и снова. Самоотверженно и до полного изнеможения.
— Все! — голос такой тихий, что мог просто почудиться, и волна холода от того, как быстро Василиса отстранилась.
Что значит все? Какое, на хрен, все? Еще же ничего и не начиналось! Я открыл глаза, чтобы тут же столкнуться с чуть насмешливым взглядом Кирилла, стоявшего в дверях. Нам что, резко воду отключили? Чего он так быстро-то примчался? Ладно я мылся со скоростью света, а он чего? Василиса тут же загремела чашками, а Кирилл, подойдя вплотную, прошептал так, чтобы слышал только я.
— Мазохизм практикуешь? И как успехи?
Вот же говнюк глазастый!
— Со дня на день из любителей в профи перехожу, — огрызнулся я так же тихо. — Если так пойдет, к концу лета инструктором стану.
— Самосовершенствование это прекрасно, но, как говорится, помни о времени! — сказал он уже громче, и Василиса посмотрела на нас с подозрением.
Как будто я забывал! С момента нашего странного разговора в коридоре отделения я не переставал думать о его словах.
— Ты знаешь, для чего я на самом деле приехал? — спросил он, провожая взглядом пробежавшего мимо парня с какими-то бумагами в руках.
Да плевать я хотел, для чего ты приехал, ты скажи лучше, что сваливаешь незамедлительно, порадуй дядю.
— Так ты сам сказал — мне в морду дать! — однако фыркнул я.
— Ну, в морду — это так, для удовлетворения низменных потребностей психики и чисто удовольствия ради. — Кирилл вытянул длинные ноги. Лось самодовольный.
— Ну и как удовольствие?
— Вполне себе. Причем оно как-то неожиданно получилось обоюдным, хотя это и не входило в мои планы, — Кирилл хмыкнул и потер ребра.
— Ну, извини, дорогой! Я привык заботиться об удовлетворении партнера. Но в следующий раз, если есть острое желание продолжить, можем поиграть в одни ворота.
А чего уж мелочиться? Для Василисы уже отмазки есть — вон, в обезьяннике надрываются, так что можно вернуться и продолжить с того же места. А то ведь явно охота человеку, а я парень отзывчивый и не жадный.
— Да конечно извиню, особенно когда ты перестанешь быть таким тупым засранцем и начнешь делать то, что должен! — Тон Кирилла резко поменялся, теряя признаки веселости.
— И чего же это я задолжать тебе успел? — тут же интуитивно напрягся я в ответ.
— Не мне. Лиске. И себе, между прочим.
Как же бесит, что он зовет ее этим дурацким именем! Оно какое-то раздражающе интимное, что ли. Будто у него есть право на эту интимность… ну ладно, может, и есть, но я собираюсь это в ближайшее время исправить!
— А тебе не кажется, что ты сейчас опять нарываешься? Я, конечно, могу быть с тобой милым, но это в том случае, если ты о Василисе говорить не будешь.
Отвыкай считать ее своей, столичный гость.
— И почему это? Думаешь, права не имею? Я вот так не считаю!
— А я всегда подозревал, что у людей искусства со счетом плоховато! Скажу прямым текстом — тема с Василисой закрыта! — Хоть и сдерживался, но в пустом коридоре вырвавшийся у меня рык гулко отразился от стен.
— Она будет закрыта только тогда, когда я
Ознакомительная версия. Доступно 27 страниц из 176
