— Спасибо, Даф.
Чародейка улыбнулась, сделала глоток и ничего больше не сказала. Тогда Рэл полюбопытствовал:
— А насчёт сегодняшнего вечера? Что конкретно ты собираешься делать?
Дафна, похоже, не хотела объяснять всё заранее или просто не могла подобрать для этого нужных слов.
— Я хочу провести некий ритуал, который поможет нам удостовериться в правдивости слов твоей некромантки.
— То есть то, что она сделала со мной, для тебя недостаточно убедительно?
— Для меня — нет. Я не понимаю, что с тобой, Габриэль, и хочу всё знать наверняка.
— Если Лэй права?
— Если Лэй права, то ты живёшь только благодаря магической энергии, а это… не самый надёжный способ существования. Я хочу вытянуть из тебя эту магию и залечить открытую рану. Только… мне неизвестны масштабы этой раны, и я не знаю, справлюсь ли. Если не справлюсь, тогда тебе понадобится сильная защита от магов вроде этой Лэй. От таких, которые чуют некромантию за несколько миль.
— Такая защита существует?
Дафна запустила руку в волосы и растрепала их. Её взгляд был очень растерянным.
— Душу можно… спрятать. Если у меня не получится тебя вылечить и тебе придётся жить с этой чужеродной энергией внутри, то любой опытный охотник на чёрных магов увидит в тебе это. Как увидела Лэй.
— Как возможно спрятать душу?
— Возможно, — уверенно кивнула чародейка. — Однажды я сделала такую защиту для Матье. На него наслала проклятие какая-то безумная старуха, и его душа стала своеобразным маяком для мстительных призраков, что крайне досаждало. Пришлось пойти на такую хитрость. Но в случае с Матье было проще. Я просто укрыла его от магического мира. В твоём же случае мне придётся как-то разделить твою душу и эту странную энергию… но я что-нибудь придумаю.
Габриэлю нравился оптимистичный прогноз Дафны. Однако он хотел быть готовым к любым вариантам.
— А если Лэй не права?
— Тогда… я буду искать дальше. — Дафна вдруг сделала строгий жест рукой, прервав дальнейшие вопросы, и сказала: — Я тоже о многом хотела бы тебя расспросить, но всё это подождёт. Сейчас советую тебе хорошо отдохнуть, потому что задуманное мной не будет для тебя безболезненным.
Почему-то Габриэль изначально предполагал это. И если Дафна не боялась идти на риск, то дело было серьёзным. И на Габриэля она рассчитывала.
Он кивнул. Сейчас нужно было на время забыть о Тёмном Братстве, об Элисаэль и сосредоточиться на насущной проблеме, а Габриэль уже очень хорошо знал, что магия не терпит легкомысленного и безответственного подхода. Так что если Дафна говорила, что ему нужно отдохнуть и набраться сил, то игнорировать это не стоило.
— Я зайду за тобой вечером. Вещи можешь оставить тут, с собой ничего брать не нужно.
— Хорошо, Даф. До вечера.
Чародейка допила, поднялась со своего места и направилась к выходу. Рэл махнул рукой, подзывая к себе хозяина таверны.
— Твоё предложение ещё в силе?
*
В дверь настойчиво постучали.
— Габриэль, пора.
Осознание важности предстоящего дела мгновенно прогнало сон, и Рэл, поднявшись с кровати, открыл Дафне. На ней был дорогой городской плащ тёмно-синего цвета, грудь пересекал широкий ремень большой сумки.
— Мы уезжаем? — удивился Габриэль.
— Нет. Здесь только самое необходимое.
Он снял со спинки стула свою рубаху, надел её и взял со стола ножны с кинжалом.
— Я готов.
Дафна незаметно улыбнулась и молча пошла в сторону лестницы. Габриэль догнал её через несколько секунд, заперев дверь снятой на сутки комнаты.
К вечеру город стал удивительно безлюден, хотя обычно в это время все ещё продолжают суетиться на улицах. Впрочем, Дафна не пошла к центральной площади, а свернула в узкий переулок и, миновав жилые дома, вышла на обрабатываемую землю, где зрели большие яркие тыквы. С грядок взлетела переполошённая стая ворон.
— Мы идём в храм? — догадался Габриэль. Дафна молча подтвердила это, и у него в груди снова всё сжалось, когда он представил сияние витражей на закате. Рэл приказал себе не думать об этом, но получалось плохо. — Что за ритуал ты могла подготовить в храме?
— Помолчи, пожалуйста, — приказала Дафна. — Сейчас сам всё увидишь.
Они зашли в тень, отбрасываемую высокими шпилями, и, поднявшись по ступеням, Дафна приоткрыла дверь. Она бесшумно проскользнула внутрь незамеченной, и Габриэль понял, что чародейка не хотела привлекать внимание. Он тоже постарался не шуметь и аккуратно прикрыл дверь изнутри.
В храме было тихо и безлюдно, только одинокая служительница молилась у алтаря, но она не заметила осторожных ночных посетителей. Габриэль старался лишний раз не смотреть по сторонам, а строго следовать за Дафной и ни о чём не думать. Не получалось. В голове проклятием звучало «никогда больше не возвращайся», и от этого в руках появлялась слабость, а грудь сдавливало колющей болью.
Он когда-нибудь сможет её забыть?
Тёмный плащ чародейки скользил по ступеням, издавая едва слышный шорох, и Габриэль заставлял себя любоваться этим, лишь бы не смотреть на сияние высоких витражей и мягкий алый шёлк, укрывающий камень центрального алтаря.
Дафна спустилась в крипту. Здесь горел одинокий фонарь, пахло пылью, ветхостью и древностью, от холода камня кожа покрывалась мурашками. Чародейка, незаметно поёжившись, свернула в одно из помещений, вдоль стен которого стояли большие саркофаги, искусно украшенные барельефами, подле них скапливались расплавленные огарки свеч, и Габриэль заметил впереди свет, отбрасывающий живые тени. Там кто-то был.
Он коснулся плеча Дафны замёрзшей ладонью, но чародейка только кивнула: всё под контролем.
Подойдя ближе к неизвестному человеку, охраняющему крипту, она заранее подала голос, предупреждая:
— Это мы.
У одного из саркофагов сидел высокий альтмер в кольчужной рубашке, при оружии, подле него стоял щит с изображением герба города. Крипта охранялась, значит, в ней были не только мертвецы. Храм Дибеллы скрывал нечто гораздо большее.
Эльф поднялся, кивнул им, приветствуя, и предупредил:
— Я сменяюсь в шесть, так что рассчитывайте своё время. В противном случае уходите к заливу.
— Мы успеем, — заверила его Дафна и передала заблаговременно приготовленный мешочек с золотом. Альтмер развязал его, заглянул внутрь, оценивая, и, оставшись доволен, убрал деньги в поясную сумку.
— Парень, помоги-ка, — обратился он к Габриэлю.
Рэл не сразу понял, чего от него ждут, но альтмер упёрся руками в саркофаг, рядом с которым сидел, и начал медленно отодвигать неподъёмную крышку. Вдвоём они быстро справились с этим, стараясь минимизировать гремящий по подземелью скрежет, и внутри саркофага показались ровные каменные ступени, уводящие ещё глубже. Альтмер, отряхнув ладони от грязи, подал Дафне руку, помогая спуститься. Чародейка не отказалась от такой помощи и с улыбкой положила на его ладонь украшенные кольцами пальцы.
Когда и Габриэль шагнул в темноту, почти что на ощупь находя опору под сапогами, альтмер закрыл крышку саркофага, обрушивая на их плечи каменную пыль и беспросветный мрак. Дафна мгновенно взмахнула рукой, освещая пещеру заклинанием. Внешне она оставалась невозмутимой и спокойной, но Габриэль видел, что она волнуется.
Он отвлёк её от тревожных мыслей, спросив:
— Кто это такой?
— Стражник, охраняющий тайный ход из города. Под Анвилом пролегает обширная сеть подземелий, и в случае опасности, власти могут незаметно покинуть город этим путём. Поэтому крипта всегда охраняется. А ещё в ней хранятся некоторые графские сбережения, опять же на случай побега, так что оставить это место без охраны было бы безрассудно.
— И почему этот продажный стражник тебе помогает?
— Не только мне, — отозвалась Дафна и свернула из основного тоннеля налево. — Он получает выгоду, помогая убийцам и ворам бежать из города, если это необходимо. Но его услуги очень дорого стоят.
— Мне показалось, он к тебе очень благосклонен.
