Зять. Есть за что взять
Глава 1. «Чужой в моём доме»
— Мам, мы пришли!
Голос Лизы ворвался в прихожую раньше, чем она сама. Я отложила нож и вытерла руки о полотенце. Салат почти готов, осталось только заправить. Борис опять забыл купить майонез.
— Я на кухне! — крикнула я.
— Знакомься, это Артём, — Лиза вплыла в дверной проём, сияя, как новогодняя ёлка. — Мой парень.
Я повернулась.
Он стоял в проёме и занимал собой всё пространство. Широкие плечи в чёрной футболке, взлохмаченные русые волосы, наглая ухмылка. От него пахло бензином и чем-то терпким, мужским, что ударило мне в ноздри раньше, чем я успела сделать вдох.
— Здрасте, — сказал он низким голосом. — Вероника Андреевна, я полагаю?
— Здравствуйте, — я кивнула и машинально одёрнула фартук. Домашняя, старая, в пятнах от соуса. Зачем я вообще её надела?
— Мам, ну ты чего застыла? — Лиза подтолкнула Артёма вперёд. — Скажи что-нибудь.
— Очень приятно. Мойте руки и за стол. Ужин почти готов.
Он прошёл мимо меня к раковине. Задел плечом. Случайно? Я отступила на шаг. Он открыл кран, намылил руки и бросил на меня короткий взгляд через плечо.
— Вкусно пахнет. Мясо?
— Котлеты.
— Обожаю котлеты.
Он улыбнулся. И в этой улыбке было что-то такое, от чего мне стало не по себе. Слишком прямой взгляд. Слишком долгий. Он смотрел на меня не как на мать своей девушки. Он смотрел как мужчина, который оценивает женщину.
Я отвернулась.
— Лиза, где ты его нашла?
— В автосервисе! Представляешь, у меня колесо пробило, а он там работает. Подошёл, посмотрел на меня и говорит: «Девушка, вам не колесо менять надо, а машину». А я ему: «А вы мне поможете выбрать?» Ну и слово за слово…
— Понятно, — я поставила тарелки на стол.
Из гостиной выглянул Борис. Вечный свитер с вытянутыми локтями, газета в руках, тапочки шаркают по паркету.
— О, гости! — он протянул Артёму вялую ладонь. — Борис Семёнович. Отец, так сказать.
— Артём, — парень пожал руку, и я заметила, как напряглись его пальцы. Мозолистые, крупные. Рядом с Борисом он выглядел как волкодав рядом с болонкой.
— Прошу за стол, — я села первой, чтобы занять руки и перестать думать.
Ужин шёл нормально. Лиза щебетала о планах, Борис жевал и кивал. Артём молчал и ел. А потом я потянулась за солонкой.
Он потянулся в тот же момент.
Наши пальцы столкнулись. Его ладонь накрыла мою. Горячая. Шершавая. Он не отдёрнул руку сразу. Задержал на секунду. И посмотрел на меня.
— Простите, Вероника Андреевна.
— Ничего.
Я выдернула руку и уставилась в тарелку. Сердце колотилось где-то в горле. Что за бред? Мне сорок два. Ему двадцать четыре. Он парень моей дочери.
— Мам, ты чего покраснела?
— Жарко. Я открою окно.
Я встала и отошла к раковине. Включила холодную воду, подставила запястья. В висках стучало.
За моей спиной Лиза рассказывала, какой Артём мастер на все руки, как он может починить что угодно, и что он будет жить у нас пару недель, пока в его квартире не закончат ремонт.
— Что? — я обернулась. — Жить здесь?
— Мам, ну а что такого? У нас же есть свободная комната. Ты сама говорила, что хочешь сделать там кабинет, но всё руки не доходят. Пусть Артём пока поживёт.
— Я…
— Вероника, не спорь с молодёжью, — Борис добродушно махнул рукой. — Парень хороший. Поможет, если что.
Артём смотрел на меня. Я чувствовала этот взгляд кожей. Он улыбался уголком губ.
— Я не доставлю хлопот, Вероника Андреевна. Обещаю.
Его голос прозвучал так, будто он обещал совсем другое.
— Хорошо, — сказала я сухо. — Но у нас правила. В доме не курить. После одиннадцати не шуметь. И никаких девушек в комнате.
— Обижаете, — он рассмеялся. — Мне Лиза разрешает. Так что девушек не будет.
Лиза чмокнула его в щёку. Я отвернулась к плите.
После ужина они ушли в комнату Лизы. Я осталась на кухне одна. Мыла посуду. Руки дрожали. Я тёрла и без того чистую тарелку и пыталась унять пульс.
«Прекрати. Он просто парень твоей дочери. Просто гость. Просто случайное прикосновение».
Я выключила воду и прислушалась. Из-за стены, из комнаты Лизы, доносился смех. Потом шёпот. Потом тишина.
Я легла спать в одиннадцать. Борис уже храпел рядом, безобидный и привычный, как старый диван. Я закрыла глаза.
И вдруг услышала скрип.
Ритмичный. Тихий. Кровать.
Их кровать.
Я замерла. Скрип повторился. Быстрее. Громче. Я сжала подушку. Сердце бухнуло в груди, а низ живота свело горячей судорогой.
Я лежала и слушала, как парень моей дочери занимается с ней сексом за стеной. И ненавидела себя за то, что не могу заткнуть уши.
Скрип прекратился. Наступила тишина. А потом я услышала его голос. Низкий, грудной, доносящийся будто сквозь стену:
— Спи, Лиз.
И тишина.
Я повернулась на бок, поджала колени к груди и зажмурилась. Между ног ныло. Я не могла уснуть ещё два часа.
А утром, когда я вышла на кухню, он уже сидел за столом. Без футболки. С чашкой кофе.
— Доброе утро, Вероника Андреевна. Как спалось?
Он смотрел на меня и улыбался. И в его глазах плескалось что-то такое, от чего мой голос дрогнул.
— Спасибо, хорошо.
— А мне показалось, вы долго не спали. Я слышал шаги.
Я застыла.
— У
