ведущий к публике.
Я понимаю, что это мой сигнал убираться отсюда, и, пошатываясь на подкашивающихся ногах, иду вниз. У подножия сцены меня уже ждет Броуди Фаррелл — он протягивает мне руку, чтобы помочь спуститься с последних ступенек.
— Спасибо, — говорю я. Но когда пытаюсь освободиться, он сжимает мою руку крепче и притягивает меня ближе.
— Виктория, знаю, у наших отцов есть разногласия, но я бы очень хотел пригласить тебя на свидание.
Я вижу, как мой отец закипает от ярости. Если бы он был героем мультфильма, из его ушей уже валил бы дым.
Я возвращаю взгляд к Броуди и говорю: — Думаю, сейчас это не лучшая идея.
Его полное надежды лицо моментально искажается от злости. Он резко отдергивает руку, словно я его обожгла.
— Ты еще пожалеешь, что отказала мне, — угрожающе бросает он, разворачивается и уходит прочь, за ним следуют трое его приспешников.
Я провожаю его взглядом, пока по позвоночнику не пробегает холодок. Это было пугающе, и совершенно ни к чему. Я сама решаю, с кем встречаться. И уж точно не хочу связываться с семьей, с которой мой отец ведет бесконечную вражду.
Полчаса безуспешно ищу того самого высокого, смуглого красавца, а потом ускользаю наружу через двойные двери, ведущие во внутренний двор. Терраса возвышается над ухоженным газоном, за которым простирается залив.
Здесь темно и тихо, и я наконец могу дышать. Делаю несколько глубоких вдохов, наполняя легкие прохладным ночным воздухом. Как же я благодарна, что это последняя вечеринка сезона. Думаю, я бы не выдержала еще одного благотворительного бала, даже если бы захотела.
Обняв одну из массивных колонн, прижимаюсь к ней щекой и смотрю вдаль. Лунный свет отражается от гладкой глади воды, и я замираю, пораженная этой красотой.
Мягкий ветерок доносит до меня знакомый аромат мужского парфюма. Обернувшись, вижу того самого незнакомца, сидящего в кресле и глядящего на ту же самую завораживающую панораму.
— Прячешься, чтобы не платить за наше свидание? — шучу я.
Медленная, ленивая улыбка трогает уголки его губ, но он даже не поворачивается ко мне. Кажется, он с самого начала знал, что я здесь.
— Можешь быть спокойна — я уже все оплатил. И я не прячусь. Я просто избегаю одного напыщенного мудака.
— Всего одного? — делаю вид, что удивлена.
Он усмехается: — На самом деле их там много, но один особенно действовал мне на нервы.
— Понятно, — говорю, не отрывая от него взгляда, запоминая каждую черту. Он такой же красивый, как и тогда в кофейне. Щетина на его сильной челюсти стала чуть заметнее, придавая ему более зрелый вид.
— Ты знаешь, почему я здесь. А ты? Почему вышла? — спрашивает он.
— Я ненавижу толпу, — признаюсь я.
Похоже, это его удивляет.
— Тогда зачем ты вообще ходишь на все эти вечеринки?
Мои брови непонимающе хмурятся. Это уже второй раз, когда он говорит что-то такое, будто знает меня, или знает что-то обо мне. Возможно, он видел меня на таблоидах, как и все остальные в этом городе. И если это правда, то это ужасно разочаровывает — значит, он знает лишь вымышленный образ, созданный для публики, а не настоящую девушку, стоящую перед ним сейчас.
— Ты как-то слишком много обо мне знаешь. А я даже имени твоего не знаю.
Он встает и медленно направляется ко мне.
— Деймон. Деймон Ромеро.
Он нависает надо мной, и рядом с ним я кажусь еще более хрупкой и маленькой. Мне становится трудно дышать, когда он так близко. Он настолько обжигающе красив, что на него почти больно смотреть. Но я не могу оторваться от его глаз. Глаз, которые кажутся неземными, и до боли знакомыми.
И тут я понимаю, кого они мне напоминают.
Арло Росси.
Цвет глаз — точь-в-точь. И я бы узнала их где угодно. Я провела не один год, глядя в эти глаза, запоминая каждую деталь.
На мгновение позволяю себе подумать, а вдруг именно так выглядел бы Арло, если бы дожил до взрослой жизни? У них одинаковый цвет глаз, одинаковые темные волосы. Но в моем сознании Арло навсегда останется мальчиком. Мальчиком, застывшим во времени. Возможно, повзрослев, он выглядел бы совсем иначе.
Но я никогда этого не узнаю. Потому что он погиб в ту самую ночь пожара. Это была самая ужасная ночь в моей жизни, и она до сих пор возвращается ко мне в мыслях и снах.
Я прикладываю руку к груди, чувствуя сквозь ткань платья медальон, который Арло подарил мне много лет назад. Он помогает мне не потерять опору.
Этот мужчина выдернул из моей памяти того мальчика, которого когда-то любила, но я должна загнать воспоминание обратно, глубоко внутрь. Там ему и место. До сих пор больно осознавать, что я потеряла столь важного для меня человека, и всего спустя пару месяцев после смерти мамы. Я потеряла их обоих почти одновременно. Эта рана до сих пор не затянулась.
У Деймона тихо звонит телефон. Он быстро достает его из внутреннего кармана пиджака. Хмурится, глядя на экран, но, взглянув на меня, тут же возвращает себе невозмутимое выражение.
— Мне нужно идти, — говорит он. — Но я должен взять твой номер, чтобы договориться о свидании.
Я еще ни разу в жизни не давала свой номер мужчине. Для меня это в новинку. В детстве у меня даже не было парня… ни первого поцелуя, как бы жалко это ни звучало в мои двадцать три. Я училась в закрытой школе для девочек посреди глуши, так что парни даже не входили в сферу моего внимания, да и просто не попадались на глаза.
Я диктую цифры, а он набирает их на телефоне.
— Ты свободна завтра вечером? — спрашивает он, поднимая на меня взгляд.
— Да, конечно, — соглашаюсь я.
— Отлично. Я свяжусь с тобой. Спокойной ночи, Виктория.
С этими словами он разворачивается и уходит обратно в бальный зал. Я теряю его из виду в толпе.
Сжав в руке медальон, облокачиваюсь спиной на большую колонну позади себя и выдыхаю — даже не заметила, что все это время задерживала дыхание.
Между невозможностью нормально дышать и теми чертовыми бабочками в животе, которые готовы взлететь всякий раз, когда рядом Деймон Ромеро, я не уверена, что вообще переживу наше первое свидание без медицинской помощи.
В нем есть что-то такое, что заставляет сердце биться быстрее, когда он рядом.
Очень надеюсь, что он не слишком хорош, чтобы влечение к нему оказалось правдой.
Глава 6
