подобием улыбки обращается к тете Тоне.
Фух. Хорошо, что в отношении меня у него нет никаких подозрений.
— Конечно, догадалась! — взмахивает опять руками женщина. — Когда эту девку за волосы тащили, а ты не вмешивался, сразу стало понятным, что ты даешь добро на это! А кому можно дать добро?! Конечно же, только своей невесте!
Хм… А она права… Я же даже не задумалась над тем, что Заур не вмешивался…
— Тетя Тоня, — старательнее делает подобие улыбки Заур, — вы, как всегда, очень проницательны.
Мой жених двигается в мою сторону.
— Я оплошал, — будто признает свою ошибку, отчего я отворачиваюсь, желая показать, что зла на него. — Прости, милая.
От слова «милая» замираю, ожидая подвох. Но не такой же!
Заур наклоняется ко мне и крепко обнимает, пропустив руки под моей грудью. И все бы ничего, но вот одна ладонь его непозволительно раскрыта и слегка поддерживает мою выпуклость…
— Больше этого не повторится, — шепчет мне в ухо, а затем целует мочку, обдавая таким горячим дыханием…
Кажется, мой жених нашел выход из запрета смотреть… Решил сразу щупать…
Глава 8. Заур
— Ой, ну какая вы красивая пара! — улыбается открыто тетя Тоня, которая никогда не может сама остановиться.
Сегодня впервые, когда она не внеслась в дом фурией. Хотя может быть, поначалу так и было, но как только она увидела потасовку между Соней и Кристиной, потеряла дар речи. И хорошо. А то тут выясняется, что она не против была и помочь Соне.
— Я свою красавицу долго искал, — практически шепчу в ухо Соне, которая сейчас дрожит в моих руках.
Не скрою, что хочется знать о приятной ее дрожи. Но скорее всего, это от страха. Или чего хуже — со злости…
Сначала я хотел просто наклониться к Соне и шепнуть на ухо, чтобы больше улыбалась. Но побоялся, что это может быть расценено тетей Тоней неверно. А она женщина впечатлительная. И чрезмерно болтливая. Сразу бы поведала моим родителям, что здесь в моем доме происходит. Хотя… О Кристине тетя Тоня так и не рассказала родителям. Иначе они бы меня закидали вопросами.
В результате решил, что лучше Соню обнять. Это не просто покажет ей мой замысел, но и подскажет, как действовать. Для верности планировал за что-нибудь ее ухватить. Слегка ущипнуть, чтобы не выдала нас. Но вот когда мои руки оказались уже на животе, с прискорбием понял, что щипать там не за что… Пришлось…
— И хорошо, что нашел! — в очередной раз вскидывает тетя Тоня руками. — Я переживала за тебя. Вся родня переживала! Но теперь они только порадуются! Вон какая красавица, — качает довольно головой. — А детишки у вас какие красивые будут! Ммуа! — целует она свои пальцы.
— Детишки.., - реагирует Соня и дергается.
— Конечно, будут.., - с улыбкой на лице цежу ей в ухо, попутно слегка сжав раскрытой ладонью ту самую волнующую уже меня выпуклость.
Соня дает мгновенную реакцию.
— Конечно, милый, — поворачивает ко мне голову, оказавшись в опасной близости.
Моя невеста улыбается. Наигранно и даже с каким-то злорадством. Но мы практически соприкасаемся носами. Поддаюсь непонятному импульсу и просто целую ее в нос. Все это время Соня «обнимала» мои руки. На поцелуй она по-прежнему «мило» улыбается. Только в глазах появляется злоба. И не только… Она впивается своими ногтями мне в руку. Сначала сильно давит. Потом специально царапает.
Больно, зараза…
— Ой, Заур! — спохватывается тетя Тоня. — Я ж совсем забыла! Мне бежать уже надо!
Она быстро вынимает пирог и накрывает его полотенцем.
— Сонечка, разберешься, доченька?! — смотрит широко раскрытыми глазами. — Через пятнадцать минут просто разрежь. Здесь все просто.
На этих словах тетя Тоня скидывает фартук и попутно благодарит меня:
— Заур, спасибо тебе большое, что отпустил пораньше! Меня там мой Малыш заждался. У Матильды запор! Надо бы ей лекарство дать! Ну, я побежала!
— До свидания, тетя Тоня, — одновременно с Соней прощаемся с нашей домработницей.
— Ой, — задерживается женщина и вновь широко улыбается, — какие же вы славные! А главное, как подходите друг другу! Вот уже и вместе говорите! Ой! — опять взмахивает рукой. — Тьфу-тьфу-тьфу на вас!
Сидим с Соней в обнимку неподвижно, пока входная дверь с грохотом не хлопнула.
— Эй, ты что?! — тут же начинает драться со мной моя невеста. — Какого черта ты меня мацаешь?!
— Чего делаю? — смотрю на нее хмуро, предварительно встав ровно.
Пришлось слегка прогнуться назад. Потому как затекла спина.
— Старость не радость? — язвит Соня, игнорируя мой вопрос.
— Просто.., - хочу сказать ей что-то в свое оправдание, но она перебивает.
— Я вот думаю, а к тебе уже можно применить выражение «Седина в бороду — бес в ребро»? — демонстративно задумывается она и тут же хихикает.
Сажусь напротив.
— Смотрю, тебе понравилось, как я тебя мацаю? — не могу сдержаться и не съязвить в ответ. — Вон как настроение поднялось.
— А что это мы такие нервные? — прищуривается Соня. — Наверное, расстроился, что я твоей курице слегка перышки пощипала?
— Это не моя курица, — отсекаю сразу.
— Но она очень сильно хочет сесть именно на наш насест, — обводит кухню пальцем, подразумевая под «насестом» дом.
— Этого больше не повторится. И прошу меня извинить за ее появление здесь. Я совсем забыл о том, что звонил ей утром.
— Давай так, — выставляет она руки вперед, начиная перечислять свои условия, — чтобы подобного больше не повторялось, в нашем с тобой фиктивном браке просто не будет места третьим лицам. Идет?
— Не совсем понимаю твои условия.., - теперь уже прищуриваюсь я.
— Давай откровенно, — подается Соня вперед. — Ты сейчас начнешь пропадать ночами с этой белобрысой курицей… уже ощипанной, — поднимает вверх указательный палец для уточнения, — а твои родственники будут шушукаться за моей спиной. И возможно, что упаси Боже, жалеть меня. Такую бедную и несчастную. А жалости в свой адрес я не потерплю. Поэтому — никаких третьих лиц в нашем доме и нашем браке! Пусть и фиктивном.
— Смысл твоих слов я понял сразу, — слегка ухмыляюсь. — Только вот…
— Я не имею на это право?! — перебивает и немного повышает голос.
— Имеешь, — соглашаюсь, также подаваясь вперед к ней. — Только отстаивая свои права, нужно будет выполнять и обязанности.
Соня хмурит брови.
— Да-да, — киваю головой, — запрещая пропадать ночами, ты невольно вынуждаешь меня требовать исполнения супружеского долга дома.
Глаза моей невесты округлились, но я не даю ей ничего сказать.
— Я так понимаю, что ты уже была наверху, — киваю головой на сухую футболку и откидываюсь на спинку стула. — Надеюсь, что тебе приглянулась одна из комнат для нашего будущего
