Измена. Муж...Начальница...Развод - Даша Литовская

Я вспоминаю наши с ним ночи. Чего не хватало? Прожив в браке несколько лет, а встречаясь со школы, могу сказать, что мы изучили друг друга вдоль и поперек. Но я все равно старалась его удивлять. Да и просто старалась! С первой же зарплаты купила такое белье, что у Антона крышу снесло! Мы потом до утра с ним не спали!

Неужели, моих стараний было ему не достаточно?!

Муж устало вздохнул. Во взгляде читалась досада. Убрал руки в карманы пальто. Помедлил с ответом.

— Так было нужно, Женя. Тебе не понять.

Ладонь зачесалась — так захотелось ударить его. Но усугублять и без того напряженные отношения будет ошибкой.

Я простить не смогу.

Он этого прощения даже не просит.

У нас общий сын.

И теперь нужно адекватно решать, как быть дальше, сместив обиду на второй план.

Со скрипом затолкав чувство собственного достоинства куда-то поглубже, произнесла:

— Нам нужно все обстоятельно обсудить. И, возможно… — сглотнула колючий ком в горле. — Возможно, тогда я смогу понять. Если ты попытаешься объяснить.

Один бог знает, как тяжело сейчас мне было переступить через себя и произнести эти слова.

Но Антона буквально взорвало! Вместо того чтобы поблагодарить меня за этот шаг, его лицо перекосило от гнева! Муж сурово на меня посмотрел, и процедил озлобленным голосом:

— Нечего тут обсуждать! Что не понятного?! Было и было! Застала, увидела! Хорошо, извини! — выдавил он через силу, — забудем и будем жить дальше!

Острые безжалостные слова жалили больно, вонзаясь в душу тысячами иголок. Не думала, что моя необъятная обида могла стать тяжелее на целую тонну. Но сейчас случилось именно это.

В неверии отступила на шаг, упираясь спиной в холодный камень стены.

— Ты шутишь сейчас…? — тихо, ошеломленно произнесла. — Хочешь, чтобы я закрыла на это глаза…? Сделала вид, что ничего не было…? И продолжила жить с тобой, как и раньше…?

— А что ты еще предлагаешь? — Антон даже руками развел, искренне удивляясь постановке вопроса.

— Ты… Ты не в себе? Я видела, как ты ее трахаешь! А ты делаешь вид, что это пустяк, который мы с легкостью перешагнем?!

Глаза все-таки покрылись влагой обиды и я принялась часто моргать. Но это не помогало. Жалкие дорожки из слез уже полились по щекам.

— Не пустяк, но и не причина, чтоб разводиться.

Не выдержав моего взгляда, он все-таки отвел глаза в сторону.

— Тебе ведь вообще плевать, что я чувствую, да? — отрешенно спросила.

— Ты не делай трагедии, ладно?! — вновь начал заводиться Антон. — Все изменяют. И никто от этого еще не умирал.

11

— Все?! Я не изменяю! Я ни разу тебя не обманывала и не изменяла! — кричу. Со злости даже сумочкой в него запускаю. Сама не понимаю, откуда во мне, обычно тихой, спокойной и сдержанной, берется столько агрессии.

Муж от сумочки уворачивается. Но она все равно чертит ему по щеке. А потом падает на пол, рассыпая по нему содержимое.

Антон смотрит на меня, как на умалишенную.

— Ты ополоумела?! Успокойся немедленно!

— Не успокоюсь! Как ты мог?! Как ты мог так поступить с нашей семьей?! Ты все разрушил! Я же любила тебя! А ты…! Ты…! — задыхаясь обидой, я бросаюсь на него с кулаками. — Мы разводимся! Ясно?! Я забираю сына и ухожу от тебя! Трахай дальше свою Нину Ивановну!

— Да кто тебе развод то даст, полоумная?! А уж тем более сына!

— Суд! — рычу, пытаясь вырвать руки из его пальцев. — Не хочешь давать мне развод! Нас разведут по суду! Так и знай!

— Ну иди! Подавай заявление! Только знай, что Лешку все равно не получишь! Никто его с безработной матерью не оставит!

— Я, вообще-то, работаю!

— Только надолго ли?! Стоит мне попросить, и тебя вышвырнут из компании. Как ты уже видела, начальница точно будет на моей стороне! Мы тебе такую рекомендацию напишем, что никуда, кроме полодрайки, в жизни не устроишься больше!

После этих слов, я, кажется, совершенно перестаю себя контролировать. Вцепляюсь в пальто, царапаю его шею, залепляю пару пощечин.

Во всей этой возне, даже не замечаю, как из квартиры выбегает свекровь, с любимым предметом домашнего обихода — чертовым веником!

Не сомневаюсь, что у нее давно руки чесались меня им отходить!

— Ах ты ж, еще руки на Антошеньку будешь тут распускать! — тараторит замахиваясь.

Каким-то чудом я уворачиваюсь, и грязная метла прилетает прямо по ошеломленному лицу мужа. Антон ругается и плюется, потому что наелся пыли.

Любовь Пална впадает в виноватый ступор.

Из квартиры выбегает заспанный сын.

— Мама…? Пап...? — жалобно сипит он.

— Леша! — шепчу, хватая его. Сынок в одной пижаме. На улице, как и в подъезде, уже давно довольно прохладно, поэтому я сдергиваю с себя куртку, и оборачиваю ребенка.

Грозно смотрю на Антона.

— Только попробуй, — цежу предупреждая.

Я не хочу! Терпеть не могу устраивать при сыне разборки! Даже свекрови при Лешке никогда старалась не отвечать, хоть она и не стеснялась отчитывать меня в любое удобное время.

Но сейчас другого выхода нет.

Я понимаю, что если хоть на секунду замешкаюсь, сына мне никто не отдаст.

Прижимаю ребенка к себе. Торопливо собираю в сумку рассыпанные по полу вещи.

— Ма-а-м… — тянет перепуганный Лешка.

— Тш-ш-, — шепчу, нервно поглаживая его свободной рукой. — Все хорошо, родной. Все в порядке. Ты испугался? Прости нас, прости...

— И что ты дальше собираешься делать? — давит взглядом Антон. Хоть в этом он адекватен, и не бросается вырывать сына из моих рук. А вот Любовь Пална уже на низком страте.

Бросаю ей предупреждающий взгляд.

— Уж точно не собираюсь, как ни в чем ни бывало, дальше играть в счастливую семейную жизнь! — буркаю в ответ мужу и поднимаюсь на ноги.

Отступаю. Медленно, шаг за шагом, предостерегающе смотря на Антона и Любовь Палну. Будто в моих руках не Алешка, а боевая граната.

— Женя, успокойся, — хрипло предупреждает Антон. — Хватит психовать. Возвращайся, — кивает на дверь. — Забудем этот разговор. Я сделаю вид, что ничего не было.

— Ты сделаешь вид…? — чувствую, как яростно раздуваются ноздри. — Серьезно?!

И где мои глаза были все эти годы?!

— Давно, Антон?! — шиплю размеренно, закрывая уши сына руками.

— Что? — непонимающе переспрашивает меня.

— Давно ты стал таким ублюдком, Антон?!

Ответа не дожидаюсь. С колотящимся сердцем, разворачиваюсь и бегу вниз по пролету.

Тяжелая подъездная дверь отворяется, обдавая меня порывом свежего воздуха.

Быстрым шагом отхожу дальше от дома, по дороге шаря в сумке рукой. Телефон нахожу, но как