Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 129
— Я все пытаюсь понять, как она вошла в дом?
— Не знаю, — устало ответила Элен.
Пока Патрик говорил, она лежала на кожаном диване, закрыв глаза рукой. Когда она только вернулась домой, Патрик предложил ей чашку чая, но эта чашка так до сих пор и не материализовалась.
— Я положила ключ в другое место после того раза.
— Что?
Элен слишком поздно осознала свою ошибку.
Патрик замер на месте, остановился как вкопанный посреди гостиной:
— Что значит «после того раза»?
Элен открыла было рот, чтобы заговорить, но тут же закрыла его. Она отчаянно пыталась найти некий баланс между честным ответом и страхом еще больше распалить его гнев.
И сдалась:
— Саския оставила на крыльце бисквиты, когда мы ездили в горы. И думаю, она могла испечь их прямо в моей кухне.
— Что? Она уже проникала в дом, а ты даже не потрудилась мне об этом сказать?
— Я ведь могла и ошибиться. — Элен села и защитным жестом положила ладони на свой живот. — Просто у меня возникло такое ощущение.
Патрик смотрел на нее так, будто ему хотелось ее ударить. В мозгу Элен вспыхнула картина: Патрик хватает Саскию за плечи, словно собираясь швырнуть ее об стену.
— Я не Саския, — сама того не желая, произнесла она.
— Знаю, — нетерпеливо бросил Патрик, резко взмахивая рукой. — Но почему ты вообще ни слова ни сказала мне?
— Не хотела понапрасну тебя расстраивать. Я ведь знаю, как все это тебя огорчает.
— Но ты, разумеется, сразу же выбросила те бисквиты?
— Конечно, — кивнула Элен.
Значение честности явно переоценивают.
— Потому что она вполне могла подсыпать в них крысиного яда. Или, уж не знаю, бациллы сибирской язвы!
— Патрик, она совсем не хочет тебя убить. Она тебя любит.
— Да откуда тебе знать, чего она хочет? Ты об этом ни малейшего понятия не имеешь! Боже милостивый, эта женщина смотрела на нас прошлой ночью, когда мы спали!
— Я только что разговаривала с ней в госпитале. Уверена, на этом все и закончится. Я действительно так думаю. Она мне обещала. В любом случае ей придется долгое время провести в постели.
Патрик сел на стул перед Элен. Это был тот самый стул, на который садилась бабушка, когда смотрела телевизор. Патрик выглядел слишком большим и грубым для этого стула. Элен с трудом удержалась от того, чтобы не сказать: «Не садись на него».
— Ты… с ней… разговаривала, — медленно произнес Патрик. — И зачем ты это сделала?
— Мне показалось, что, если я с ней поговорю, возможно, сумею все изменить.
— Верно, — пробормотал Патрик и с силой провел ладонью по лицу. — Значит, вы, девушки, неплохо поболтали?
— Я действительно думаю, она уже дошла до предела… — начала Элен.
— Ох, милая бедняжка! — перебил ее Патрик.
Элен замолчала. Он имел право на сарказм.
Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, потом Патрик отвел взгляд и покачал головой. И тяжело вздохнул:
— Предполагается, что ты должна быть на моей стороне.
— Так и есть! — мгновенно откликнулась Элен.
— Но у меня такое чувство, будто ты защищаешь ее.
— Это… это глупо!
— Если бы какой-нибудь твой бывший приятель начал гоняться за тобой так же, как Саския гоняется за мной, я бы не стал колебаться. Я бы тут же расшиб ему башку.
— Ты хочешь сказать, что я должна поколотить Саскию? — спросила Элен, понимая, что говорит ерунду, но чувствуя необходимость расставить все по своим местам.
— Конечно нет! — устало произнес Патрик.
Он откинулся на спинку стула и закрыл глаза.
В глубине головы Элен что-то начало мерно постукивать. И вдруг ужасно зачесалось запястье.
Чувство вины. Вот что она ощущала, потому что отчасти Патрик был прав. Элен гораздо сильнее старалась понять, каково это — оказаться на месте Саскии, и ни разу не попыталась понять, каково быть на месте Патрика. И наиболее мудрым в данной ситуации было бы просто промолчать, а не делать попыток оправдаться и, уж конечно, прекратить равнять себя с Саскией.
— Ты именно о ней сейчас думаешь? — однако спросила Элен.
— Что? — Патрик открыл глаза.
— Ты думаешь о Колин?
— Да о чем ты говоришь? Почему я должен думать о Колин? Какое она имеет отношение ко всему этому?
Патрик явно был сбит с толку.
Это было уж слишком. Элен напрочь забыла о своем добродетельном решении, принятом в машине. Да, отчасти ей хотелось повернуть время вспять и не задавать этот вопрос. Но с другой стороны, ее основное глубинное, инстинктивное «я» желало, чтобы все, все до последней точки, было раскрыто.
— Прошлой ночью ты сказал, что иногда смотришь на меня, вспоминаешь Колин и думаешь, что это не то же самое и что ты никогда не полюбишь никого так, как любил Колин.
— Я это сказал? — удивился Патрик. Потом помолчал немного. — Я никогда такого не говорил!
— Ты был в гипнотическом трансе, — вынуждена была признать Элен.
А ведь он не сказал, что это не так.
— То есть я вроде как говорил во сне, — медленно произнес Патрик.
— Вроде того, — кивнула Элен. — Ты находился в промежуточном состоянии между сном и бодрствованием.
— Значит, когда мы устраиваем эти сеансы расслабления, ты меня расспрашиваешь о всяком-разном? — спросил Патрик. — Ты расспрашиваешь меня о Колин? Ты для этого устраиваешь сеансы? Чтобы можно было забраться в мою голову?
— Конечно нет! — возразила Элен.
Зазвонил телефон. Элен подумала, не воспользоваться ли этим для того, чтобы избежать разговора, который явно пошел в неправильную сторону.
Она посмотрела вниз и увидела, что так сильно расчесала запястье, что на коже выступили крохотные капельки крови.
— Пусть оставят сообщение, — сказал Патрик.
И они просто сидели и смотрели друг на друга, а телефон все звонил и звонил.
* * *
Из-за морфина все как будто перепуталось. Потолок стал текучим и принялся кружиться, белое одеяло подернулось рябью, как вода.
Когда я закрыла глаза, чтобы не видеть расплывающуюся комнату, передо мной помчались картины моей жизни, как игральные карты, которые кто-то стремительно выкладывал одну на другую.
Патрик ждет меня перед кинотеатром, он глубоко задумался и выглядит таким печальным. И вдруг его лицо меняется, светится, потому что он видит меня. Моя мать, когда у нее были еще светлые волосы, везет меня домой из школы, смотрит на дорогу перед собой и смеется над тем, что я сказала. Дети, которые переехали в соседнюю квартиру, смотрят на меня снизу вверх доверчивыми, чистыми глазами. Ланс, с которым я работаю, стоит в моем кабинете и пылко навязывает мне диск со своим любимым сериалом «Предупреждение».
Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 129
