— Селеста… — руки его нерешительно замерли в каком-то сантиметре от подрагивающих плеч девушки. — Вот уж никогда не думал, что буду твоей жилеткой, — всё-таки он слегка приобнял её и ободряюще погладил по спине. Она подняла на него заплаканное лицо и разжала руку. На ладони лежала золотая цепочка с кулоном.
— Я… Это его. Я хотела отдать, он забыл у меня.
Данте взял цепочку и что-то проговорил по-итальянски.
— Это плохо. Её не нужно снимать, — пальцы его дрогнули, а от выражения его лица ей стало ещё хуже. На какую-то секунду в глазах его отразились все чувства, которые он испытывал, все опасения, что тревожили. Она снова всхлипнула, но он крепко сжал её плечи.
— Тихо! — довольно резко сказал он и Селеста поневоле замолчала. — Тихо… — повторил он мягче и приложил указательный палец к губам. Она прерывисто вздохнула и вытерла катившуюся по щеке слезинку.
— Стой тут! — он приставил её к стене как вещь и отошёл. Она осталась на месте и всё смотрела на него, дивясь сама себе. Чуть дальше у стены стояли кресла, и она думала некоторое время, стоит ли ей двигаться или остаться так. Как долго ей придётся ждать Данте, было неизвестно, поэтому Сел неуверенно пошла, чтобы устроиться в ожидании.
«Я тоже никогда бы не подумала, что ты будешь моей жилеткой», — она посмотрела на кулон, с изображением какой-то святой и снова крепко сжала ладошку.
Только такая ситуация и такое отчаяние, которое она испытывала в этот момент заставили её вести себя именно так. Иначе она просто не подошла бы к нему. Побоялась. Объяснению это не поддавалось, но каждый раз при его приближении она испытывала внутренний трепет сродни страху. Только сейчас ощущения её притупились, оттого, что мысли всецело были заняты лишь одним человеком. Однако воспоминания от первых двух встречах были ещё очень свежи.
Никто не посвятил её в тайны их родства, а внешне они были не очень похожи. Это сейчас она замечала их сходство в жестах, выражениях и даже в манере одеваться. Как и Лисандро, Данте любил чёрный цвет и в те несколько раз, что ей довелось увидеть его, именно этот цвет преобладал в его одежде. У него на шее она заметила золотую цепочку. Возможно, что у него был такой же кулон. По поведению было понятно, что он узнал подвеску, а болезненная реакция говорила, что это очень важная, имеющая определённое значение вещь.
Первый раз она столкнулась с ним в кабинете Яна, да второй раз, собственно, тоже. Он бросил на неё всего лишь мимолётный ничего не значащий взгляд, но стало не по себе. Двигался как сытый хищник, с лёгкой ленцой в каждом жесте, но взгляд был острый, пронзительный, словно следил за каждым едва заметным движением. Казалось и подрагивание ресниц от него не укроется. Было совсем непонятно, что связывает его с Яном. Она никогда не замечала его среди контактов начальника.
В тот день она и так была сама не своя. Накануне не могла заснуть, замучила бессонница. Сдуру она пялилась полночи в телевизор, созерцая какой-то фильм про маньяка. И как результат — тот самый маньяк во сне, а наутро ощущение полнейшего недосыпания. Голова болела, настроения совершенно не было, а тут ещё и Лисандро со своими полными обожания взглядами, что совершенно выводило из себя.
«Четыре…», — сказала она про себя и наполнила четыре чашки кофе. — «Без сахара — так без сахара… без сливок — так без сливок…»
Аккуратно Селеста поставила поднос на кофейный столик и покинула кабинет. Ян кивнул ей и продолжил что-то говорить Кристиано, который восседал в его кресле и усердно щелкал кнопкой мыши.
— Ян, можно мне воспользоваться твоей секретаршей? — спросил Данте. Ян даже не обратил внимания на формулировку, с которой обратился новоявленный друг. Просто кивнул, не глядя.
Данте послушно дождался разрешения и только потом поднялся со своего места.
Селеста налила стакан воды и запила таблетку. Услышала тихие шаги и удивилась, увидев его в приёмной. Он подошёл молча и тихо, остановился у края стола.
— Вы что-то хотели мистер Коста? — вежливо поинтересовалась она и вернулась за свой стол.
— Хотел, — он сказал это безо всякого выражения, но почему-то эти слова оставили ощущения двойственности. Селеста посмотрела на него в ожидании, почувствовала неловкость, но всё же заставила себя взглянуть ему прямо в глаза. Тогда он достал из внутреннего кармана пиджака флешку и протянул ей.
— Распечатай мне, пожалуйста, — весьма немногословно.
Она чуть помедлила, не хотела брать её из его рук, не хотела случайно коснуться его. Но он не положил флешку на стол, продолжал держать, зажав между пальцами.
— Угу, — кивнула она и взяла протянутый предмет. Осторожно, словно боялась обжечься.
— Там не много, — добавил он.
В окне содержимого флеш-карты отобразилось несколько документов.
— Вот это, — он подошёл совсем близко и указал на один из значков.
— Всё?
— Да, — подтвердил он, и Селеста не стала открывать документ, а сразу отправила на печать.
Он забрал бумаги и бегло просмотрел.
— И вот этот, — снова указал он на монитор. — Там один лист.
— Хорошо, — после едва слышного жужжания он получил от Сел ещё один лист. Взглянул и на него тоже.
— Всё, — коротко бросил он, дав понять, что распечатка закончена. — Премного благодарен, — он улыбнулся. От его улыбки Селеста слегка опешила, но ответила ему тем же, и кивнула в знак того, что всегда готова помочь. Кто бы мог подумать, что улыбка сделает его таким привлекательным, смягчит жестковатые черты. Но дело, скорее не в самих чертах, а в выражении его лица; иногда с лёгким прищуром, словно искал подвох, чаще пренебрежительное или выражающее откровенный сарказм. Хотя за те несколько минут, что он пробыл рядом с ней, он не сделал ничего такого, что могло бы, конкретно её, настроить против него.
Данте развернулся. Оказалось в кабинете они не одни. Лисандро стоял в дверях, прислонившись к косяку. Весь его вид говорил сам за себя, но всё же он решил сообщить о своих мыслях вслух. Дальнейшая сцена взбесила настолько, что поначалу Селеста даже не нашлась, что ответить на выпады Лисандро.
— Ну и что тебе тут надо? — грубо спросил он, оттолкнувшись от дверного косяка и сделав пару шагов навстречу кузену. Тот только взглянул на него, приподняв бровь. Он даже не улыбнулся, но в глазах светился задор, что ещё больше разозлило Лисандро. — Если ты только попробуешь… Не подходи к ней, понял?
Данте постучал краями листов об стол, формируя из них ровную стопочку. Усмехнувшись, он подошёл к нему и похлопал его ладонью по груди.
