class="p1">Шер проигнорировала это замечание.
— Спасибо за то, что ты чертовски горяч в постели.
Он покачал головой на подушке и почувствовал, что его тело тоже начинает дрожать.
— Было бы отстойно, если бы ты был высоким, красивым, способным привести стены в порядок, но при этом был бы ужасным в постели, — заметила она.
Его дрожь переросла в громкий смех. И сквозь него он умудрился спросить:
— Умею приводить стены в порядок?
— Это, определенно, добавляет высоких балов в тесте на проверку мужчин.
Он продолжал смеяться, даже когда спросил:
— Серьезно?
— Абсолютно, — ответила Шер сквозь улыбку. — Хотя потрясающие оргазмы дают куда больше баллов. — Она крепче прижалась к его груди и бедрам. — Намного больше.
— Попрошу заметить, — начал он, — не я устроил сегодня шоу, дорогая. Ты сама все сделала. Я просто находился рядом. Но я действительно оторвался по полной программе.
Она все еще улыбалась, но он видел, как удовольствие от его комплимента засветилось в ее глазах, когда она ответила:
— Ты ошибаешься, если считаешь, что не принял никакого участия в моем оргазме. Я оседлала тебя и наблюдала, насколько тебе все нравится.
Его бедра автоматически подались слегка вперед, и он прорычал:
— Черт. Мне сорок два, и я с двадцати лет не трахал женщину через несколько минут после того, как она трахнула меня. И сейчас я снова становлюсь твердым, хотя еще даже не успел стать мягким.
Ее брови взлетели вверх.
— Ты жалуешься?
— Нет, черт, — ответил он. — Но я говорю тебе это, чтобы ты слезла с моего члена. Мне нужно сходить в туалет и избавиться от этого гребаного презерватива, чтобы я мог снова трахнуть тебя.
Шер усмехнулась и не спеша сползла с него, не торопясь освободить его.
Черт возьми
Шер.
Впечатляюще.
Он прикоснулся своими губами к ее, скатился с кровати и направился в ванную.
Вернувшись в спальню, Гаррет увидел, что Шер укрылась простыней: ноги и бедра оставались на виду, как и большая часть груди. Рука поднята к груди, и простыня едва ее прикрывает. Она лежала на боку, изогнувшись и положив голову на другую руку, стоявшую на локте. Глаза ее были обращены на него.
Или на его член.
Учитывая его возраст и опыт, Гаррет понимал, что женщины одобряют то, чем наделил его Бог и генетика.
Да и Шер не пыталась скромничать или скрывать, что ей все это нравится.
Ему нравилась ее уверенность в себе. Она была собой. Знала свои желания и не выделывалась, сообщая о них.
А еще ему нравилось, как она лежит в его постели, накрывшись его простыней.
Он запечатлел в памяти эту картину, вместо того чтобы стоять и наслаждаться ею, потому что знал, что ему еще больше понравится, если он присоединится к ней.
Лишив свой член ее внимания, он скользнул в постель и притянул Шер к себе. И спросил, ловя ее взгляд:
— Что должно произойти, чтобы мы могли отказаться от презервативов?
Она выглядела смущенной, но с готовностью ответила:
— Э-э… ничего. Это может произойти прямо сейчас.
— Ты принимаешь противозачаточные?
Шер кивнула.
— Детка, — начал он. — У тебя был перерыв. А у меня нет. Ты уверена, что все хорошо?
— Ты был осторожен?
Гаррет кивнул в ответ.
— Значит, все может произойти прямо сейчас, — сказала она.
Шер доверяла ему. Полностью.
Черт… его девочка.
— Милая… — он прижал ее к себе. — Давай я пройду ежегодный медосмотр на пару месяцев раньше и добавлю к нему кое-какие тесты?
Она ничего не ответила.
— Шер…
Она перебила его шепотом, опуская глаза на его губы, а затем на его шею.
— Позаботься обо мне.
Гаррет не знал, было ли это предложением или требованием.
Он снова обхватил ее челюсть и слегка надавил, чтобы она подняла взгляд на него. И тогда он не почувствовал беспокойства. Никакого раздражения. Никакой напряженности.
Только благоговение перед тем, что он увидел в ее глазах.
Настолько сильное благоговение, что его тело стало твердым, словно он запер это ощущение в себе, чтобы никогда не потерять.
— Спасибо. — Она все еще шептала.
— За что, Шери? — прошептал он в ответ.
— За то, что сделал меня счастливой.
Черт.
Его кареглазая девочка.
Он снова запустил пальцы в ее волосы, ворча:
— Ты убиваешь меня, детка.
— Я остановлюсь, — мгновенно ответила она. — Если я убью тебя, ты не сможешь трахнуть меня снова.
Он улыбнулся, перекатываясь на нее и перенося свой вес на Шер.
— Мне приятно делать тебя счастливой.
— Хорошо.
Поскольку она заслужила это, а ему нужно было все высказать, он откровенно проговорил:
— И это пугает меня до усрачки.
Шер провела руками по его бокам, по спине, сжимая его задницу, и при этом не сводила с него глаз.
— Я держусь.
Он почувствовал, усмешка изогнула его губы.
— Да. За мою задницу.
Он видел, как потеплели ее глаза, как появилась улыбка, и она раздвинула ноги, опуская его бедра, чтобы обхватить их своими икрами.
— Лучше? — спросила она.
— О да, — пробормотал он, переключив внимание на ее рот.
Шер впилась пальцами одной руки в его задницу, а другой провела по его позвоночнику, спрашивая:
— Ты собираешься заняться мною или нет?
Гаррет опустил голову, проведя губами от уголка ее губ по щеке до уха.
— Да, именно этим я и собираюсь заняться, — прошептал он.
— Ну что ж, приступай, босс.
Он провел рукой по ее бедру и подтянул ее ногу так, что она обхватила его задницу, и приказал:
— Держись крепче, Шери.
— Хорошо, — вздохнула она, проведя носом по его челюсти.
Гаррет усмехнулся.
После чего приступил к действиям, из-за которых его девочке приходилось держаться. И очень крепко.
* * *
Очень поздняя субботняя ночь
Шер прижималась к стене, на ее лице застыл страх, а в дюйме от ее носа застыл пистолет.
От взрыва выстрела вокруг потемнело.
Не прозвучало даже крика.
Гаррет открыл глаза. Все его тело напряглось, на груди, как и в паху, выступили капельки пота.
Он моргнул, глядя в потолок.
И почувствовал, как Шер придвинулась к нему, перекинула икры через его бедра, прижалась щекой к его груди, обхватила руками его тело.
Он глубоко вдохнул и сосредоточился на расслаблении мышц на выдохе.
Ему потребовалось четыре вдоха.
Затем он передвинулся сам, а следом и свою женщину. Гаррет сдвинул ее так, что Шер оказалась к нему спиной, после чего прижался к ней и обхватил рукой ее живот, притягивая ближе к себе.
— Мерри, — пробормотала она.
— Здесь, Шери.
Больше она ничего не сказала. И просто уснула.
Гаррет уставился в темноту.
Испытывая всепоглощающий ужас.
* * *
Воскресное утро
