голову, это я так… Отдыхай, Анечка, — шепнул Аверин. — Поздно уже, а я буду охранять твой сон… Не теряй меня если не обнаружишь, когда проснешься, я заберу свои вещи у бабули и вернусь…
— Хорошо, я буду знать…
Глава 46. Неудержимые гормоны…
Глава 46. Неудержимые гормоны…
Ростов, то же время. Квартира Громовых…
Марьяна как заведенная покричала в трубку, после кинула ее на диван и что есть мочи закричала.
— Ди-ма!
Громов и Ванюшка выскочили одновременно из своих комнат.
— Что случилось?! — в унисон ответили они, так же встревоженно.
— Беда! — женщина в ужасе уставилась на мужа, и стала оглядываться по сторонам, хватая разные вещи и тут же бросая их в дорожную сумку, — срочно собираемся и едем в Марьино!
— Куда?! На ночь глядя? — не понимал ничего Громов.
Марьяна замерла на мгновенье и тут же ожила.
— Да! Точно! И подушки надо взять!
— Да что случилось? Объясни? — Дмитрий влетел за нею следом в спальню.
— Я разговаривала с Аней, — Марьяна говорила и собирала вещи в сумки, — и наш разговор прервался.
— Так, перезвони, — не понимал ничего мужчина.
— Нет, — Марьяна озадаченно осмотрелась, вытянула пару вещей из сумки и бросила их на кресло, я четко слышала голос! Мужской!
— М-м-м! А-а-а! — развел руками Громов, — я сдаюсь! Никаких мыслей!
— Мне показалось, что этот голос мне очень знаком, — выпучила глаза и проговорила Марьяна почти шепотом. — Там у А-ни! А-ве-ри-н!
Марьяна махнула рукой на мужа и продолжила лихорадочно собирать вещи. Громов озадаченно почесал под носом и пошел в комнату сына.
— Ванек, — спросил он, — ну что, хочешь в гости к своим друзьям Жуковым?
Мальчик вытянул руки вверх и подпрыгнул.
— Ну еще бы! Очень хочу! Урра!
Ваня достал свой рюкзачок и чего-то туда накидал, по его мнению, важного. Марьяна же сейчас возилась у входной двери. Громов же с неподдельным интересом наблюдал за суетой жены и старался не мешать. Он понимал, что Марьяна и так взрывная. А в ее положении, скажи он ей «нет» и машину ночью угнать может. Его еще беспокоил тот факт, что от жены кое-что тщательно скрывалось и реакция любимой может быть очень непредсказуемой.
«Добрыми намерениями вымощена дорога в… Эх, Дмитрий держись, это всего лишь женщина, беременная. М-да»
Ванюшка же не мог устоять на месте. Он выплясывал и пел песню.
— Шурке подарили караоке, мы будем завтра там петь песни весь день.
Ваня схватил короткий зонтик и подставил его к губам как микрофон.
— Пытают твои карие глаза, — запел он, — и сказанные в полутон слова. Меня пронзают. Меня пронзают. Душу пронзают.
Марьяна остановилась и посмотрела на сына.
— Это что еще за карие глаза? Что за песни? В нашем доме никогда не будут караоке! И так голова кругом.
Громовы уже выходили из квартиры.
— Поздно, — победоносно выкинул руку с зонтиком Ваня, — папа уже заказал.
Марьяна отобрала зонт и положила его на полку.
— Так давай иди, певец диско.
Она с упреком посмотрела на мужа, а Громов лишь пожал плечами и ответил.
— Зато девушек, ты, ему будешь выбирать.
— Поздно.
Выкинул кулак вперед Ванюшка. Громовы замерли и уставились на сына.
— В группе, — пояснил Ваня, — Лиана, показала на всех девочек пальцем и сказала. Кто к нему подойдет, тому все галю, газю, короче, гзазюки она выцарапает.
— Хох, ты ж, — впечатлился Громов, — правильно! Хороших мужиков еще щенками надо разбирать. Лиана эта знает толк в настоящих мужиках.
— Хорошая девочка, — сказала Марьяна, закрывая дверь, — и семья хорошая. Только она армянка.
Ваня совершенно ничего не понял. Для ребенка его возраста вопросы национальностей вообще не имели никакого значения. Он переглянулся с отцом. Лицо последнего было довольным, и Ваня успокоился. Громов потрепал сына по голове.
— Супер! У меня будут самые красивые внуки! Рыжие армянчики. Жду не дождусь.
— Угу, — зыркнула на него жена, — только после института!
Марьяна подтолкнула сына, и Ванюшка пошел по ступеням вниз. Его переполняла радость, от того, что он едет в гости.
— Ресторан, мы вдвоем.
Раздалось с лестничной площадки снизу с ярко выраженным «Р». Ваня зажигал. Марьяна шла следом за сыном и не мешала ему голосить, что есть мочи. Ее переполняло волнение за Аню.
— В этот вечер вновь для нас, звучит шансон. Звучит шансон. Ресторан, за столом. И в руке бокал с вином. Звучит шансон. Звучит шансон.
— Ты где такую песню услышал? — подала голос Марьяна.
— Лиана слушает, на ее телефоне такая есть.
— Вот как...
У Громова в кармане раздался звонок, и он тут же приложил мобильник у уху.
— Привет, мам, па.
— Дим, приезжайте к нам на ужин.
— Не сегодня, — вздохнул Дмитрий, — мы в срочном порядке уезжаем. В Марьино.
— Куда? В Марьино?
— Понимаешь, Марьяночке показалось, что у Ани в доме кто-то есть, и этот голос напоминает голос А-ве-ри-на, — комично скопировал он шепот жены. — И мы теперь едем туда все вместе! Свечку же некому подержать! Ты же знаешь мою Марьяну? Она собралась за десять минут! Мы уже на площадке.
— Ну тогда поужинаем без вас. Это все ее гормоны разгулялись, но тут уж лучше согласиться, иначе окажешься в немилости у женушки. Кто спасать потом Димочку будет? — спокойно согласилась мать, — и передай от нас с отцом Николаю привет. Скажи, мы очень рады, что он нашел в себе силы вернуться.
* * *
Громовы домчали до Марьино очень быстро. С момента, как Марьяна стала женой Дмитрия, он как-то незаметно заботы по дому родителей взял на себя и говорил ей, что за домом присматривают, и на этом все. Когда же они на рассвете добрались до места, то у Дмитрия были двоякие чувства, ведь реакцию жены предсказать невозможно. Он готовил сюрприз и не для жены, а для ее родителей.
Марьяна вышла из машины, потом протерла глаза. Снова села в машину и снова вышла.
Ей показалось, что не по той улице поехали, возможно, даже селом ошиблись. Как-то родительский дом мало напоминал то место, в котором она провела свое детство.
— Дима… а где дом? — почти шепотом проговорила Марьяна.
— Снесли, видишь, нет его. Новый строят, — осторожно так проговорил Дмитрий вполне очевидные вещи. Сейчас ему хотелось оказаться, где-нибудь вне машины, а лучше в Ростове. Марьяна способна на все, но она как-то странно задумалась…
— А где мы спать будем?
— Думаю, можем попроситься к бабе Нюре. Я не ожидал, что мы в Марьино соберемся так скоро.
— Так тут школу что ли строят. Почему такая площадь?
— Нормальная площадь. Там не больше двухсот квадратов. Вот там будет внутренний
