Плохие воспоминания и натянутые отношения с отцом также сыграли свою роль, но он оставил это при себе.
— Какое твое любимое место из тех, что ты посетил?
Блейк задумался.
— Зависит от цели. Если мы говорим о еде — Токио. Природа? Норвегия. Чудеса света? Мачу-Пикчу.
— Ты ездил в Мачу-Пикчу по делам? — Скептицизм пропитал голос Фарры.
— Ламы любят пиво и футбол. Мой бизнес не дискриминирует по видам, — сказал он, вызвав еще один смешок. Блейк ухмыльнулся. Два за один день. Теперь дело пошло. — Если серьезно, я хочу развить Legends в более крупный международный бренд, поэтому я много путешествую, исследую рынки, встречаюсь с партнерами по лицензированию и все такое. Но Мачу-Пикчу был просто для удовольствия. Ты там была?
— Еще нет. — Фарра прочертила пальцем звезду на камне. — Я была так занята работой, что не могла путешествовать столько, сколько хотелось бы, за исключением уикенда на день рождения. Хотя теперь у меня больше гибкости, раз нет работы в офисе. Не то чтобы я планировала брать отпуск в разгар твоего проекта, — быстро добавила она.
Блейк был бы не против — при условии, что он сможет поехать с ней.
— Лэндон сказал мне, что ты ушла из своей дизайнерской фирмы как раз перед тем, как взяться за мой проект. — Вот уж удачное совпадение. — Ты хочешь основать собственную компанию?
— Может быть, когда-нибудь. Не сейчас. Я работаю с тобой как фрилансер, а не как студия из одного человека. — Фарра прочертила еще одну звезду. — В любом случае, я ушла не поэтому.
Когда она не стала развивать тему, Блейк спросил: — Так почему же ты ушла?
— Это долгая история.
— У нас есть время.
— Не совсем. Уже темнеет.
Она была права. Яркое дневное солнце смягчилось до теплого желтого цвета «золотого часа». Приближался закат, превращая небо в палитру нежных пастельных тонов.
— Мы могли бы продолжить за ужином. Не свидание, — добавил Блейк, когда Фарра нахмурилась. — Просто обед между старыми друзьями. — Он сильно растягивал определение «друзья», но, по крайней мере, она его не поправила. — Здесь неподалеку есть пара отличных ресторанов.
— Может быть, но я не могу. — Фарра поднялась с камня. — У меня свидание.
Зеленоглазый монстр снова поднял свою уродливую голову.
— О. С парнем или просто свидание? — спросил он. Легко, непринужденно, но под его словами скрывалось жесткое напряжение.
Она заколебалась.
— Просто свидание.
Облегчение вскипело в нем — по крайней мере, у нее не было парня — но напряжение осталось. Был ли это тот самый придурок, который писал ей на днях? Куда, черт возьми, он планировал повести Фарру? Вероятно, в какой-нибудь пошлый итальянский ресторан, где он попытается напоить ее красным вином в надежде на успех на первом же свидании.
Фарра не любит красное вино, придурок.
Кто-то мог бы назвать его сумасшедшим за то, что он ведет мысленный диалог с парнем, которого никогда не встречал, но эти люди могут идти лесом.
Блейк засунул руки в карманы куртки, когда они вышли из парка. Энергия города вибрировала в воздухе и танцевала по его коже, сбивая часть его спеси.
Ему не пошло бы на пользу вести себя как ревнивый козел, поэтому он перестроился.
— Если передумаешь насчет ужина или твое свидание окажется провалом, я буду в The Egret в Верхнем Вест-Сайде. Лучшие чертовы бургеры в городе — по крайней мере, до тех пор, пока не откроется мое заведение. — Блейк ухмыльнулся так, что щеки заныли. — Скидки на напитки у них до одиннадцати, так что я буду там до поздна.
Фарра проигнорировала наживку.
— Спокойной ночи.
— Спокойной ночи. Приятного свидания.
Полная ложь.
Это было неправильно и мелочно с его стороны, но пока Блейк смотрел вслед уходящей Фарре, он не мог не надеяться, что свидание у нее пройдет очень, очень плохо.
Глава 9
Фарра хотела выколоть себе глаза, а они еще даже не добрались до основного блюда.
Коллега Оливии был симпатичным, этого у него не отнять. У Кена были темные волосы, зеленые глаза и приятная улыбка. На этом фронте претензий не было. Жаль только, что он обладал личностью и самовлюбленностью мокрой губки, не говоря уже о зрелости восемнадцатилетнего парня, вступающего в студенческое братство.
— Короче, я был на созвоне с этим парнем, и он такой: «чувак, ты обязан приехать в Хэмптонс этим летом, вечеринки там просто улет». А я такой: «чувак, мы ездим в Хэмптонс каждое лето. Давай поедем куда-нибудь в другое место, понимаешь? Давай махнем на Мартас-Винъярд!» И вот он…
Взгляд Фарры остекленел. Пока Кен бубнил, она потягивала красное вино и старалась не смотреть слишком пристально на столовые приборы, чтобы не схватить нож и не заколоть себя или Кена, лишь бы прекратить их мучения. Она ненавидела красное вино — от него у нее начиналась мигрень, а от одного глотка кожа краснела сильнее, чем у разгневанного лобстера, — но Кен заказал бутылку, не спросив ее, а она была в отчаянии.
Даже ресторан не мог компенсировать этот катастрофический вечер. Они были в милом маленьком итальянском местечке в НоМаде, которое Фарра всегда хотела попробовать. Без сомнения, Оливия подтолкнула Кена при выборе места для свидания, но это не спасет Оливию от неминуемой расплаты, которая ее ждет.
Я убью ее. Как она могла подумать, что мне понравится этот парень?
— Так. — Фарра попыталась увести тему от летних подвигов Кена. — Тебе нравится путешествовать.
— Ага. У моей семьи членство в NetJet, — похвастался он, назвав компанию частных самолетов, предлагающую аренду для тусовки загородных клубов.
— Какое самое интересное место ты посетил?
— Легко. Ибица.
Фарра нахмурилась.
— Ибица?
— В Испании. Испанияяяяяя. — Кен растянул последнюю «я».
— Я знаю, где находится Ибица. — Она боролась с желанием «случайно» пролить вино на его драгоценный «Ролекс», который вызывающе поблескивал под светом ламп.
Фарра заскочила домой, чтобы принять душ и переодеться после встречи с Блейком в Центральном парке, и из-за задержек в метро опоздала на свидание. Кен поприветствовал ее сообщением о том, что она опоздала ровно на семь минут, согласно его «высокотехнологичному Ролексу за 7 500 долларов, который никогда не ошибается», но добавил, что прощает ее, потому что у нее «хорошие ножки».
Ей следовало уйти прямо тогда, но она дала ему шанс ради Оливии.
Лив, ты покойница.
— Ну, ночная жизнь там дикая. — Кен хмыкнул так, будто думал о вещах, слишком непристойных, чтобы произносить их на людях. — Там у меня была первая оргия.
Видимо, они были не слишком непристойными, чтобы произносить их на людях.
— Потрясающе. — Фарра выдавила улыбку. Как, черт возьми, она должна была на это реагировать? — А ты бывал в, эм, других местах? В тех, где нет оргий?
— Э-э. — Кен пожал плечами. — Лондон, Париж, Рим. Обычный набор.
— Где-нибудь за пределами Европы?
— Не. А куда мне еще ехать?
Иисусе. Как этот парень попал в сферу частных инвестиций? Фарра думала, что эта индустрия для умных людей.
— Не знаю, может быть, на один из других континентов, — сказала она, не в силах скрыть сарказм. — Азия, Африка…
— Ну да, конечно. Я не хочу подцепить малярию, а в Азии странная еда. Если бы я хотел пожрать сверчков… ай!
— Мне так жаль. — Фарре вовсе не было жаль. — Я наступила тебе на ногу?
Если бы только на ней были четырехдюймовые шпильки вместо трехдюймовых. Удар был бы болезненнее.
— Да, — простонал Кен.
— Моя вина.
Фарра сделала еще один большой глоток вина. Вот что она получила, согласившись на свидание вслепую в попытке побороть свое влечение к Блейку. План провалился. С треском. Потому что на фоне Кена Блейк выглядел как бойскаут, рожденный от союза матери Терезы и Ганди.
Официант принес основные блюда: телячьи медальоны, обжаренные с лимоном и каперсами, для Кена и паппарделле аль рагу для Фарры. У нее потекли слюнки от запаха, хотя желудок сводило при мысли о том, что придется высидеть еще одно блюдо с этим Королем Придурков.
