мне изголодавшегося зверя, а сейчас ласки парня кажутся прикосновениями ангела.
Он опускает руки к моим бёдрам, заставляя низ живота дрожать от возбуждения.
— Моя принцесска. Только моя, — покрывает мне грудь быстрыми поцелуями.
Как он меня назвал?
Принцесска?
Забавно. И откуда только прозвище взял? Детское какое-то.
Так я ведь до сих пор не сказала ему своего настоящего имени. Да и повода не было. В следующий раз, когда он спросит, я точно не стану таиться и расскажу о себе всё.
— Я доставлю тебе настоящее удовольствие, крошка, — обещает парень.
— Мне нравится то, что ты делаешь сейчас.
— Что именно?
Наши взгляды встречаются, и я замечаю усмешку на его губах.
— Это самое… — взглядом указываю на свою грудь. Мне нравится, как он её ласкает. А вот говорить об этом вслух как-то неловко.
— Это самое? — прищуривается, улыбаясь ещё шире.
Издевается.
— Ну ты понял.
— Не совсем, — ещё и усмехается. Наглец.
Как кот играет с мышкой, которая уже попала в мышеловку.
— Но я могу попробовать угадать.
Гулко сглатываю. Пришла его очередь дразнить меня.
Руслан наклоняется и до боли прикусывает мой сосок так, что я вскрикиваю.
— Ай! Больно.
— Значит, не то?
— Нет, — обиженно морщусь.
— Как насчет этого?
Опускает руку мне между ног и аккуратно раздвигает складочки. Кончиком пальца собирает смазку и размазывает её по клитору, выводя восьмерки.
Я выгибаюсь от удовольствия и издаю тихий стон. Это мне определенно нравится.
— Вот так хорошо, — закрываю глаза.
— Сейчас будет ещё лучше, детка.
Его палец проскальзывает в моё влагалище. Легко и естественно. И я поражаюсь, что интимные ласки могут быть настолько приятными. Для меня это открытие сравнимо разве что с открытием нового закона физики.
И как я раньше жила без этих сладких ощущений?
Между ног становится очень влажно. Низ живота пульсирует от навязчивого желания. Я жажду ощутить всю его мощь внутри себя.
Руслан достаёт палец, и я чувствую лёгкое разочарование. Но это чувство длится не долго. Парень раздвигает мои ноги шире, а сам устраивается между ними, утыкаясь членом мне в промежность.
Поверить не могу. Сейчас всё произойдёт, и мы займёмся сексом. Полномасштабным. Настоящим сексом.
— Ты такая влажная. Я не могу больше ждать, — чувствую, как в мой вход упирается набухшая головка.
— Я тоже, — хватаю открытым ртом пропитанный похотью воздух.
Тело пронзает лёгкая боль, когда его член врезается в меня. Но потом становится горячо, и неприятные ощущения исчезают. Словно их и не было.
Руслан громко стонет, насаживая меня глубже.
Но это ещё не предел.
Мне кажется, что вместить в себя эту твёрдую громадину просто невозможно. Я ёрзаю, но парень держит меня крепко, чтобы не соскочила. И рывком входит на всю длину.
— Какая ты узкая, — рычит мне в ухо, продолжая двигаться медленными толчками. — Хочу тебя всю, детка.
Целует меня в губы. Проталкивает в мой приоткрытый рот язык и ласкает им нёбо.
Я теряюсь в своих ощущениях.
Это пытка. Сладкая. Мучительная пытка.
Разве так бывает? Чтобы тебе было невыносимо приятно?
Я следую своим инстинктам, закрываю глаза и двигаюсь бёдрами ему навстречу. Руслан трёт мой твёрдый клитор, трансформируя все ощущения в одно лишь голое возбуждение.
Мне становится жизненно необходимо получить разрядку. Потому что терпеть подобное нереально. Это выше моих физических сил.
Напряжение в животе всё растёт и растёт. Пока с новым толчком не происходит настоящий атомный взрыв, заполняющий всё мое тело приятным теплом.
Руслан резко выскальзывает из меня и приподнимается. Хватает член рукой и начинает дрочить, сжимая головку. Я с любопытством слежу за его действиями, и в этот момент мне на тело брызжут горячие липкие капли спермы. Её много, и жидкость попадает даже мне на лицо.
— Прости, детка. Забыл натянуть резинку.
Я вся трясусь от новой порции адреналина и не знаю, что сказать. Мне безумно нравится всё, что он делает. До каждой мелочи.
Боже. Так недолго и по-настоящему влюбиться.
Мы принимаем вместе душ и возвращаемся на злосчастный диван в гостиной. Руслан включает свой любимый фильм, но уже на первых минутах какого-то шедевра мирового кинематографа мы утопаем в поцелуях, забывая обо всём на свете.
Мы как обезумевшие не можем насладиться нашей близостью. Словно нам уготован лишь короткий миг, по завершению которого придётся расстаться.
Руслан на руках несёт меня обратно в спальню. Уже по собственному желанию. Укладывает на кровать и сам опускается сверху. Мы бросаемся в такой бешеный водоворот страсти, что парень еле успевает менять презервативы.
Ближе к вечеру, уставшие физически, мы плетёмся на кухню проверить запасы холодильника. Я готовлю нам бутерброды, пока Руслан идёт кормить собаку. А когда он возвращается, нежно обнимает меня из-за спины за талию и целует в макушку.
— Мне немного неловко, что тебе приходится держать её взаперти из-за меня.
— Кого?
— Твою собаку.
— Она не моя.
Резко оборачиваюсь.
— А чья?
— Мамина. Она умерла несколько месяцев назад, и я взял её стервозную псину себе.
— Мне очень жаль, — не сдерживаюсь и обнимаю парня.
Что может быть тяжелее потери родителя.
— Спасибо. Это был несчастный случай, — голос Руслана наполнен грустью. — Мама очень любила Лейлу. И баловала её чрезмерно. Вот из неё и выросла настоящая сучка.
— Руслан, — укоризненно.
— Эта псина при виде меня начинает точить зубы. Если я с порога не кину ей кусок мяса, сразу вгрызается мне в ногу. Раны потом долго заживают.
— Она такая агрессивная?
— Думаю, она скучает по матери. Лейла была очень привязана к ней. Но собаке не объяснить, почему любимая хозяйка вдруг пропала. Вот она и страдает бешенством.
Обнимаю его сильнее. Кажется, я чувствую его тоску и грусть как свои собственные.
— А как ты водишь её гулять?
— Никак. Она нападает на людей даже в наморднике. Я бросаю шавку на балкон, чтоб остыла. Худо-бедно справляемся.
— У меня никогда не было собак. Родители не любят животных в доме. Но я бы хотела однажды завести себе какого-нибудь брошенного щенка, который бы нуждался в моей помощи.
— Забери меня к себе. Я очень нуждаюсь в твоей помощи.
— Так уж очень?
— Голоден как волк. Покормишь?
— Бутерброды на столе.
— Там только четыре. Ты себе не стала делать?
Игриво бью его по плечу.
— Если бы знала, что у тебя зверский аппетит, приготовила бы что-то существенное. Мясное рагу, например.
— Всё мясо в доме съедает псина. В холодильнике одни овощи.
— Нарезать салат?
— Давай.
— Если ты поможешь, будет быстрее.
— Конечно, помогу. Ты режь овощи, а я буду смотреть.
Снова игриво толкаю его локтем. Шутник, блин.
— Прости, детка. Я не против. Но
