Я не заслоняю тебе солнце?
— В общем-то, нет…
— Чем же ты всё-таки занимаешься, хотелось бы узнать?
— Медитирую.
— Ах, медитируешь…
Она не расслышала иронии в его голосе.
— А ты чем занимался?
— Я был очень занят, — он придал своему лицу выражение непроницаемой важности.
— Поэтому и не звонил? — доверчиво спросила она.
— Конечно! Но я постоянно думал о тебе, — он потупил глаза.
— Прости, а я думала, что ты забыл обо мне, — простодушно призналась она.
— Как я мог забыть о такой девушке! — выдохнул он жарко. И это было правдой. Теперь он понимал, что она оказалась совсем не похожей на всех других девушек, когда-либо бывших у него.
— Почему ты не купаешься? — спросил он.
— Я только собиралась…
— Вот как?
Он смотрел на её тонко очерченный профиль, волосы, вспыхивающие на солнце множеством золотистых искр, мягкие губы… Ему захотелось дотронуться до неё сию же минуту и попробовать на ощупь и на вкус каждую частичку её юного тела.
Он присел с ней рядом, тихонько провёл указательным пальцем по её щеке, подбородку. Она замерла, однако не отклонилась. Расценив это, как разрешение к продолжению, он развязал ленточки на её сарафане и медленно опустил ткань вниз, обнажая сначала её плечи и покрывая их поцелуями, потом грудь…
Ощутив прохладу его влажного тела и огонь его рук и губ, Настя ослабела, у неё закружилась голова. Но, когда её спина коснулась песка, а его тело нависло над ней, девушка изо всех оставшихся сил упёрлась руками в грудь мужчине.
— Подожди, не торопись.
— Тебе неприятно? — спросил он, почти не отрывая своих губ от её.
— Приятно. Но я должна тебе кое-что сказать.
— Что же? — спросил он без особого интереса.
— Завтра у меня день рождения.
— Замечательно. И сколько же лет исполнится моей русалке? — улыбнулся он, поглаживая её округлое плечо. — Или это тайна?
— Нет, почему же, никакой тайны. Мне исполнится восемнадцать лет.
— Боже! — воскликнул он, отрываясь от неё. — Я был уверен, что тебе за двадцать.
— Я так старо выгляжу? — простодушно улыбнулась она.
— Нет, ты выглядишь слишком сочно и аппетитно для своего возраста, — вырвалось у него.
— Это плохо?
Он пожал плечами, но тотчас улыбнулся.
— Так, значит, завтра тебе исполняется восемнадцать?
— Паспорт показать? — рассмеялась она.
— Нет, не надо, я тебе верю.
Он сел на песке, подтянув колени к подбородку.
— О чём ты думаешь? — тихо спросила Настя.
— Прикидываю, как романтичнее отметить твоё совершеннолетие.
— Ты собираешься отмечать его со мной?
— А с кем же ещё?! — изобразил он удивление.
— Ну… — она засмеялась.
Он коснулся губами своего пальца и приложил к её губам, и девушка тихонечко прикусила его. Он шутливо ойкнул и улыбнулся:
— Не знал, что русалочки кусаются.
Её губы разжались.
— Туся, — спросил он, — ты согласна встретить своё совершеннолетие в моей компании?
— Да.
— Тогда я предлагаю яхту!
— Яхту?! — возглас изумления вырвался из её груди.
— Да, как место встречи твоего дня рождения.
— У тебя есть яхта? — спросила она недоверчиво.
— Пока ещё не моя собственная, но на один вечер, ночь и утро она будет нашей…
— Вечер, ночь и утро? Почему не день?
— Потому, что день рождение приходит в двенадцать часов ночи.
— Но я не знаю, во сколько родилась…
— Тем более! Его нужно встретить на пороге начала нового дня.
— Как Новый год?
— Типа того. Ведь у тебя начнётся новая жизнь.
Она смотрела на него, точно завороженная, и не смела спросить о том, что он подразумевает под новой жизнью. В глубине души Настя надеялась, что он таким завуалированным образом намекает ей на их совместную жизнь. Может быть, в двенадцать часов ночи, как только наступит её день рождения, Олег сделает ей предложение, и они поженятся? Настино сердце сладко замерло.
— Так ты согласна? — спросил он, поднимая её подбородок и заглядывая в бездонно-синие глаза.
— Да, ради тебя я на всё согласна.
— Ну, вот и умничка, — он чмокнул её в губы и быстро поднялся на ноги.
— Ты уже уходишь? — спросила она разочарованно.
— Милая моя, — ласково сказал он, — мне ведь ещё нужно всё приготовить к празднику, а времени не так уж много.
— Да, действительно, — её губы озарила счастливая улыбка.
— Жди меня завтра здесь в восемь вечера.
— На берегу?
— Яхта, к сожалению, не может ходить по суше, — сказал мужчина и рассмеялся.
— Да, не может, — согласилась она, глядя в его весёлые глаза своими влюблёнными глазами.
Он помахал ей на прощание, прыгнул в волны и уплыл. А она всё стояла на берегу и глядела ему вслед. Потом девушка, так и не искупавшись, медленно пошла домой, очарованная своими мечтами о завтрашнем дне и не только.
Наблюдая за её задумчивым лицом и блуждающей улыбкой, тётушка Анюта спросила осторожно:
— Настенька, с тобой всё в порядке?
— А? — очнулась девушка от своих мыслей.
— Ты хорошо себя чувствуешь? — повторила обеспокоенная хозяйка дома.
— Хорошо, тётя Анюта! Даже больше, чем хорошо! — воскликнула Настя и рассмеялась.
— Ну, тогда ладно, — сказала женщина слегка успокоенная. — Я тебе там мятный чай заварила.
— Спасибо! Сейчас выпью чашечку и лягу пораньше спать.
— Конечно, ложись, — ответила тётя Анюта и подумала про себя: «Наверное, на солнышке перегрелась или в море перекупалась». — Если тебе что-то понадобится, — проговорила она вслед удаляющейся девушке, — буди меня, не стесняйся.
Настя остановилась и вдруг бегом вернулась к хозяйке дома, от всей души чмокнула её в щёку.
— Спасибо вам, тётя Анюта, вы такая замечательная?
— Да, ладно, скажешь тоже, — несколько смущённо ответила женщина.
Настя, как и обещала, выпила мятный чай и даже не одну, а целых две чашки. Есть девушке нисколько не хотелось.
Она легла в постель и с наслаждением ощутила прикосновение прохладного белья, пахнущего то ли морским бризом, то ли какими-то горными травами, к своему разгорячённому телу.
Мимо окна не спеша проплыло маленькое лёгкое облачко, посеребрённое тончайшим отсветом луны. И на этом облачке без вёсел и плеска волн проплыл кто-то, заглянувший в Настино окно и прошептавший нежно-нежно:
— Мама… — а потом добавил, залившись счастливым смехом: — И папа…
Никто на свете, кроме луны, звёзд и высшей силы не слышал этого шёпота. И Настя тоже не слышала…
Она думала о том, какие сюрпризы ей готовит завтрашний день, вернее, вечер. И представляла, как она стоит на берегу в своём голубом шёлковом платье, которое одолжила ей Ася, и смотрит вдаль. На набегающие волны падает отблеск заката, и всё вокруг расцвечено красками заходящего солнца. И вот, наконец, становятся видны алые паруса! Её Олег приплывёт к ней точно так, как приплыл когда-то капитан Грэй к своей Ассоль. И
